Край собачьих следов

Сегодня вечером местные музыканты дают представление. Знаю, ты любишь флейту, и я хочу пригласить тебя насладиться дивной мелодией вместе.
Навеки твой, Хинт.
– Умеешь ты убеждать женщин, – проговорила Антис, покачав головой.
***
– Слушай, Горностай, я тут подумал, – Вирт поджал губы и на минуту стал казаться серьезнее, – может, мы тебе наколку сделаем?
– Но я же еще не прошел церемонию, – возразил Рикки. – Я еще не Рыцарь Служения.
– Мы тебя уже приняли, – улыбнулся Кристофер. – Да к тому же Лидер не стал бы посылать тебя, не будь он уверен, и не стал бы доверять расследование побега Даррена. Так что твое посвящение – это только вопрос времени.
– Да, но он сказал, что я стану Рыцарем только после того, как найду пособника Тигра, – Рикки выразительно глянул на Вирта.
– А ты разве еще не нашел его? – удивился Сокол, ответив не менее красноречивым взглядом.
– Нет пока, но я близок. Кстати, хотел с тобой на эту тему поговорить.
– Со мной? – Вирт продолжал делать вид, что ничего не понимает. – Я вряд ли могу помочь, вот Арок у нас умный, но он остался в Индорфе.
– Ладно, пока вы тут беседовать будете, я все приготовлю, – Филипп принялся рыться в своем мешке.
– Змей у нас мастер в таких делах, – пояснил Орел.
– А что это будет за наколка? – поинтересовалась Эри, до того сидевшая тихо и рассматривавшая свои новые ботинки, купленные Рикки этим утром.
– Марк мне тут набросал изображение горностая, – Филипп достал небольшой клочок бумаги, на котором был нарисован остромордый зверек, овевавший пушистым хвостом длинный красивый меч. – Мы ведь давно хотели тебе предложить, да как-то случая не было.
– Только я сначала переговорю с Соколом, – Рикки кивнул и жестом пригласил Вирта прогуляться. Они отошли подальше от стоянки, так, чтобы никто не мог их слышать.
– Я знаю, что это ты помог Даррену, – сказал Горностай.
– И?
– Что и?
– Что ты собираешься делать? – Вирт смотрел на него прямо, и в его глазах не было страха или вины. – Расскажешь остальным?
– Нет, не расскажу. Но...
– Тогда чего ты от меня хочешь? – Сокол нахмурился.
– Хочу понять, почему.
– Ясно же, что Даррен невиновен.
– То есть Лидеру ты не поверил? – уточнил Рикки. – Что же это тогда за служба?
– Можно подумать, ты веришь! – Сокол усмехнулся. – Эри твоя, вон, вообще убийца. А Тигр только пособник.
– Я не помогал ей бежать, – возразил Рикки. Вирт смерил его взглядом.
– И то верно... – заметил он и спросил напрямую: – Так что ты будешь делать? Ведь Лидер захочет услышать имя.
– Не знаю, – Рикки тяжело вздохнул. – Признаться, я запутался. Незадолго до нашего отъезда я кое-что видел, – он помялся, не решаясь рассказать.
– Догадываюсь, что ты видел, – помог ему Сокол, – точнее, кого. И сразу отвечу на твой вопрос – да, до поры Тигр исполнял приказ. Но потом Лидер его предал.
– Как же так? И вы все знали?
– Нет, – Вирт мотнул головой. – Никто не знал. Но я тебе честно скажу, никто в невиновности Тигра и так не сомневался. Только среагировал каждый сообразно своему нутру. 
– Что ты хочешь сказать?
– Я хочу сказать, Горностай, что даже среди лучших Охотников немало трусов. И это не мешает им жить. Подумай об этом.
Рикки наморщил лоб. Он не был уверен, на что именно намекал Сокол, и хотел было уточнить, как позади раздался голос Орла:
– Эй, вы чего там? Филипп уже заждался!
– Идем, – Вирт хлопнул его по плечу и, присвистывая, зашагал впереди.
***
Получив от Лидера бумагу, Даррен в спешке выбрался из Толлгарда. Знакомые Вирта провели тайным ходом за стену, где он расплатился и вскочил в седло. Он гнал лошадь так быстро, что к вечеру она начала прихрамывать, и на губах появилась пена. Бедное животное едва держалось, и когда он резко потянул поводья, присело на задние ноги.
На обочине дороги набок завалилась черная карета. Двойка вороных нетерпеливо била копытами землю. 
 
– Что случилось? – крикнул Даррен, приближаясь к карете.
– Да олень на дорогу выскочил, лошадей перепугал, – из-за черного корпуса показалась фигура молодого человека. Увидев Даррена, он резко остановился.
– Лис?
– Тигр?
Они молча уставились друг на друга.
– Ты туда? – заговорил первым Доминик.
– А ты оттуда? – улыбнулся в ответ Даррен.
– Может, хоть поужинаем?
– Давай.
– Я уже и костер развел, пойдем? – Доминик качнул головой, приглашая Даррена к появившемуся за каретой кусочку тепла и света. Они сели напротив друг друга, Лис помешивал в котелке варево, а Тигр молча смотрел на огонь. Говорить им не хотелось. Слова могли разрушить ту тонкую паутинку, что опутала пространство вокруг. Когда-то они бегали в одной стае, потом стали врагами. Но в эту минуту они могли общаться друг с другом, не оглядываясь ни на что, в полном естестве природы.
Так же молча они поужинали и устроили себе ложа. 
– Ты ее любишь? – спросил Доминик, откидываясь на мешковину.
– Люблю, – Даррен посмотрел на темно-фиолетовый купол звездного неба, огромный, сводящий с ума своей необъятностью и непостижимостью.
– Замок Северной звезды – это остров за широким рвом. Туда никак не проберешься.
– У меня есть пропуск.
– Да ну? – Доминик повернул голову и удивленно посмотрел на него.
– С печатью, – Тигр позволил себе немного гордости.
– Ничего себе, я решительно перестаю понимать, что происходит. Как ты, кстати, выбрался из города?
– Через третьего игрока.
– То есть?
– Знаешь старую поговорку, что когда соперничают двое, выигрывает третий? Вот и тут так же. Лидер думал, что нам противостоит только подполье, треклятые революционеры. Но он забыл про них. Да и все мы забыли.
– Преступные кланы? – догадался Доминик. 
Тигр кивнул:
– Сам скоро увидишь, в столице полный бардак. Не сегодня, так завтра голова Лидера полетит с плеч за якобы измену. Но и Леория, уверен, долго не продержится. Не в одиночку.
– Но как? – Лис приподнялся на локте. – Каким образом они вбили клин между королевой и господином? Ведь это ж еще суметь надо.
Даррен кивнул:
– Ловкачей в мире хватает. Впрочем, может, случится чудо, и все обойдется. Ты лучше расскажи, как там она?
– Тут такие дела творятся, а ты о какой-то девице, – негодовал Доминик.
– Никогда больше не называй ее так, – сурово проговорил он.
Лис глянул на него с укоризной.
– Вот помяни мое слово, Тигр, погубит она тебя. Такие женщины высасывают из мужиков все до капли, а потом бросают и ищут других. Пока король был жив, она была его любовницей, когда король мертв, она, конечно, станет твоей. Но ровно до тех пор, пока не заберет все, что сможет. И подвернись кто богаче, она уйдет к нему, а ты останешься в дураках. Оно тебе надо?
– Антис не такая, – возразил Даррен. – Она сама не понимала, что делала. Я увлекся сначала, потому что она красивая, но потом понял, что она смелая, умная и добрая.
– Интересно, как ты это понял. По мне, так девчонка-убийца и то интереснее.
– Антис не девчонка, она женщина.
– Надо думать, – Доминик хмыкнул. – Но даже если я не прав, и она не бросит ради богатого, ты все равно погибнешь рядом с ней. Она не способна любить, она способна только брать. И ты же первый будешь мучиться оттого, что не сможешь дать ей всего.
– Смотрю, ты меня недооцениваешь.
– Ты просто за ее красотой ничего не видишь.
– А ты, Доминик? Ты видишь кого-то, кроме своей Надин?
– Что ты хочешь сказать? – Лис сразу напрягся. – С ней все хорошо?
– Она замужем.
– Она его не любит.
– И тем не менее она его жена. А ты сам – любовник, разрушитель семьи.
– Я делаю ее счастливой.
– Ты ничего не делаешь, Доминик, – возразил Даррен. – Я не понимаю, как можно довольствоваться такой жалкой ролью?