Край собачьих следов

Рикки пожал плечами.
– Ребята бы тебя все равно вытащили. Но я не хотел бы, чтобы ты потеряла их доверие.
Эри не стала спорить. Она не забыла, что Рикки сторожил ее, как и остальные. И все равно было приятно, что в то мгновение он выбрал бежать с ней, а не слушать Диану.
Эри пошла вперед быстрым шагом и остановилась уже только под окнами дома, где снимали комнаты.
– Лучше я залезу обратно через окно, – сказала она. – Ты прав, вдруг меня еще не хватились.
– Тебя подсадить?
– Давай!
Рикки помог ей забраться на дерево, с которого она попала на карниз. Прижимаясь к стене, она осторожно подобралась к окну. Он смотрел на нее снизу с плохо скрываемым беспокойством и в то же время с толикой восхищения.
– Так, так, так, – Вирт Сокол покачал головой, увидев Эри в оконном проеме. – Ну и где мы были?
– А вы где?
– Я в соседней комнате с Марком, а ребята в баню пошли.
– А про меня, значит, забыли, – Эри спрыгнула с подоконника на пол.
– Ты знаешь, если честно, – он почесал затылок, – это недалеко от истины. Кстати, я завтра утром пойду, могу с собой прихватить. Что скажешь?
Он подмигнул.
– Нет уж, обойдусь, – поспешно ответила она.
– Так где ты была? – спросил он уже строже.
– Она была со мной, – в дверях показался Рикки.
– А в окно полезла исключительно из любви к приключениям, – Сокол качнул головой и, не давая ему возразить, добавил: – Пойду проведаю Марка.
Рикки проводил его взглядом и задумался. Вирт помог Даррену бежать... Теперь он был уверен в этом еще больше. Но что это значило для их задания? Собирался ли он так же помочь Эри?
– Рикки? – позвала она.
– А? – он отвлекся. – Тебе чего-нибудь принести? Может, есть хочешь?
– Нет, спасибо, – Эри села на кровать. – Правда… Я бы хотела хоть ноги помыть…
– Я спрошу у хозяйки, – кивнул он и вышел из комнаты.
***
Антис не сразу поняла, где она. За окном было уже утро, и солнечный свет рвался сквозь тончайший шелк балдахина. Теперь она вспомнила, как увидела Хинта, как лишилась чувств, а потом ее отнесли в спальню. И если бы не эта роскошная кровать, она легко бы решила, что вчерашний день ей приснился. Приподнявшись, она сбросила с себя легкое, отделанное кружевом, одеяло и встала на ноги. Накинув на плечи халатик, она толкнула двери, ведущие в сад на крыше, и вышла на воздух.
Хинт сидел на скамеечке у пруда и задумчиво смотрел на воду. В свои тридцать восемь он неплохо выглядел, хотя красивым никогда не считался. С тех пор, как они виделись в последний раз, он почти не изменился, только в волосах наметилась седина.
– Ты уже проснулась? – Хинт поднял голову.
– Да, – ответила Антис и невольно коснулась ладонью своего животика.
– Я так испугался, – он встал, широко улыбаясь и протягивая руки.
– Но… как? – она смотрела в его глаза, ища в них ответ.
– Все тебе расскажу, любимая, – Хинт взял ее руки в свои. – Ты даже не представляешь, насколько я счастлив, что ты здесь.
Сделав шаг навстречу, он склонился к ее лицу и поцеловал. Антис не нашла в себе сил сопротивляться и даже не была уверена, хочет ли. В конце концов, ее столько связывало с ним, а ребенок соединил их судьбы навечно.
– Любимая, любимая, – в порыве страсти он принялся целовать ее шею, все крепче прижимая к себе. Его руки скользнули под тонкий халатик, и Антис почувствовала, сколько жара в нем было.
– Подожди, – она пыталась отстранить его, но Хинт не слушал. Он подхватил ее на руки и понес в спальню.
– Я никогда больше с тобой не расстанусь, слышишь, никогда, – шептал он на ухо. И дыхание его обжигало.
Хинт положил ее на шелковые простыни, не переставая целовать.
– Подожди, – Антис уперлась руками в его грудь.
– Что такое? – он замер над ней.
– Я… я не могу, – с трудом выговорила она.
– В чем дело? – он сел рядом. – Ты больше не любишь меня?
– Нет, то есть… дело не в этом, – Антис боялась смотреть на него.
– Тогда в чем? – взяв за подбородок, он повернул ее голову к себе. Она заметила, как на лбу у Хинта проступила морщинка, которая всегда появлялась, когда он был чем-то недоволен.
 
– Это все так неожиданно, я не знаю…
– Красивая моя, – он ласково улыбнулся и прижал ее к себе. – Извини, что так набросился. Конечно, тебе нужно собраться с мыслями, но ты не знаешь, как я по тебе скучал!
– Расскажи, что произошло, – Антис запахнула халатик и, чувствуя себя заметно лучше, приготовилась слушать.
Хинт рассказал, как той ночью ждал ее своих покоях, и кто-то ударил его сзади, и он потерял сознание. А очнулся связанным в карете, которая везла его в этот замок. Здесь у него было все, что и раньше, даже огромная библиотека, но покидать пределы маленького городка-государства он не мог. Люди относились к нему с почтением, и он даже мог бы чувствовать себя королем, если бы от него здесь хоть что-то зависело.
– Леория написала мне письмо, – продолжал рассказ Хинт. – Она объясняла, что мира с эльфами нельзя было допустить. Тем самым мы только отложим неизбежное, и заплатят за эту ошибку уже наши дети. Хотя я узнал почерк жены, писала она словами Лидера. Это он постоянно говорил, что мы готовы, как никогда, и надо наступать, пока преимущество на нашей стороне. Я же остаюсь другого мнения.
Хинт перевел дыхание. Антис не перебивала.
– Первые дни я рвал и метал, пытался сбежать, подкупить стражу, обещал им золотые горы. Но эти люди живут здесь не одно поколение, и красоты с богатствами Толлгарда их не интересуют. Замок Северной звезды был построен много-много веков назад как тайное убежище. Отсюда нет выхода. Поняв это, я впал в уныние. До сих пор не верится, что предали меня самые ближайшие. Ты знаешь, между нами с Леорией никогда не было любви, но мы обещали друг другу оставаться союзниками. И Лидер… Он мне присягал, – Хинт покачал головой.
– По крайней мере тебе оставили жизнь, – осторожно заметила Антис.
Король невесело усмехнулся.
– Ты знаешь, сколько раз я потом пытался с ней расстаться? Но с меня не спускали глаз ни на минуту. А я больше не видел смысла.
Антис взяла его за руку и слегка пожала.
– О моих тщетных попытках уйти на ту сторону доложили Леории, – продолжал Хинт. – Она приехала. Объясняла, что никогда не испытывала ко мне ненависти и уж тем более не желала смерти отцу своих детей. Меня нужно было устранить от власти, но проливать кровь внутри семьи чревато проклятьем для всего рода. Она боялась, что моя смерть обречет наших девочек на что-то ужасное.
– Как я рада, что Леория суеверна! – воскликнула Антис.
Хинт накрыл ее ладонь своей.
– А я рад, что ты здесь. И счастлив, что разделишь мою судьбу. На самом деле здесь есть все, что пожелаешь. В лесу за замком можно охотиться, можно устраивать праздники для местных жителей, турниры. Увидев тебя, я понял, что жена подарила мне не заточение, а рай. Рай без забот и несчастий, место, где я могу наслаждаться жизнью и не думать ни об эльфах, ни о войнах, ни о политике. Ты знаешь, я даже начал сочинять стихи.
– Все равно это клетка, – вздохнула Антис и добавила: – Пусть и золотая.
– Значит, мы в ней будем двумя птицами. Разве для счастья нужно что-то большее, чем быть вместе?
– Но разве ты не в обиде на Леорию? Неужели готов смириться с поражением? Ты не знаешь, до чего она уже довела страну. Она казнила эльфийского посла и развязала войну.
– Это нас не коснется, – заверил Хинт.
В дверь постучали.
– Входи, – приказал король в своей обычной манере.
– Простите, господин, – служанка поклонилась. – Завтрак подан.
– Так что, милая? – обратился он к Антис. – Готова разделить его со мной?
– Конечно, – ответила она.
– Тогда распорядись насчет платья, и пойдем, – он встал и подал ей руку. Рядом с ней он чувствовал себя молодым, и румянец на щеках, оставшийся от недавней вспышки страсти, очень шел ему.