Когда она влюбляется (ЛП)

 ЛАВА 3 
 ДЖ 
 ЕММА 
После обеда Клео сразу отправляется в бассейн, а мама, Папа и я возвращаемся в гостевой дом. Как только за нами закрывается входная дверь, Папа берет меня за руку и тащит вверх по лестнице в их с мамой спальню.
Мама молча смотрит нам вслед, выражение ее лица напряжено. Она такая. Молчаливая. Контролируемая. Я никогда не могу сказать, подчиняется ли она папе из страха или потому, что согласна с его методами.
  
Да это и не важно. Конечный результат один и тот же.
На этот раз, когда Папа наносит мне ответный удар, он применяет гораздо большую силу.
— Никогда больше не перебивай меня.
От удара я падаю, и правое бедро принимает на себя удар о твердый кафельный пол. Я сглатываю вскрик и считаю в уме, пока боль, пронизывающая ногу, не начинает стихать. Я слежу за маленьким муравьем, бегущим по затирке между плитками, пока Папа грубо не поднимает меня на ноги.
Я знала, что прерывание обеда чревато последствиями, но я не могла допустить, чтобы они с Вэл поссорились и ушли домой раньше времени. Я не хочу быть ответственной за то, что свадьба моей сестры останется темным пятном. Во рту появляется металлический привкус, и я заставляю себя не плакать.
Папа смотрит на меня, его ноздри раздуваются от тяжелого дыхания. — Ты понимаешь это?
— Да.
Я выдыхаю, глядя на дверь у него за спиной.
— Думаешь, мне нравится это делать?
Мой взгляд падает на землю. — Нет.
— Я делаю это для твоего же блага, Джемма. Неужели ты думаешь, что Рафаэле захочет иметь жену, которая не может держать рот на замке достаточно долго, чтобы он мог закончить фразу?
Я покачала головой.
— Ты должна быть идеальной. Я не хочу, чтобы у тебя были с ним проблемы, слышишь? — Он приподнимает пальцами мой подбородок, заставляя меня встретить его взгляд. Он полон праведного гнева. — Твой брак не будет такой же катастрофой, как у Вэл. Я научился на том опыте. Я совершил ошибки с твоей сестрой. Мне следовало вмешаться раньше, когда все пошло не по плану. С тобой все будет по-другому, потому что я позабочусь о том, чтобы ты точно поняла, чего от тебя ждет такой мужчина, как Рафаэль.
— И что же это за человек? — спрашиваю я, хотя не уверена, что готова услышать ответ.
Папа убирает руку и выпрямляет спину. — В нашем деле он требователен, но справедлив. Я думаю, что он будет таким же и в твоем браке. У нас была возможность поговорить о его философии семейной жизни, и она полностью совпадает с моей собственной. Ты должна быть у него на службе. Всегда. Твоя цель в жизни - сделать его жизнь как можно более легкой и приятной. Узнай, что это значит, и он будет относиться к тебе с должным уважением.
Я выхожу замуж за более молодую версию своего отца.
Мне требуется все, что у меня есть, чтобы не рассыпаться в выражениях. — Хорошо.
Он похлопывает меня по обоим плечам. — На этой неделе у тебя будет возможность поговорить с ним побольше. Я не сомневаюсь, что со временем ты начнешь ценить и любить его.
Это слишком амбициозно. Я буду счастлива, если мне удастся только выжить.
Я выскользнула из комнаты и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Дело в том, что я была воспитана для этого. Все девушки в нашей семье были такими. Браки по расчету были нормой в нашей семье на протяжении многих поколений, и, как правило, они были удачными. Разводов практически не было. Единственные два брака, которые я могу вспомнить, были браками по любви. Две дальние тети с маминой стороны ушли из семьи, чтобы выйти замуж за мужчин, в которых они были влюблены, и вернулись через несколько лет, умоляя принять их обратно. Их истории всегда рассказывали как поучительные. И только в Вэл я задумалась о том, что брак по любви может быть удачным.
Думаю, в ее случае об этом еще рано говорить.
Вэл и Дамиано явно влюблены друг в друга, но будет ли их любовь долговечной? Выдержит ли она испытания, связанные с женитьбой на доне, не имеющей семьи? Даже мамам приходилось полагаться на Нону и наших тетушек и дядюшек, чтобы пережить трудности с папой.
У Вэл этого больше нет.
Она здесь совсем одна.
По мне пробегает дрожь дискомфорта. Я понимаю, почему Вэл сбежала, но, черт возьми, не могу понять, как она это сделала.
Она всегда была идеальной сестрой. Когда я росла, мама сделала Вэл идеалом, с которым я должна была сравнится. Я никогда не была так хороша. Никогда не была такой красивой. Я соперничала с ней, но это было одностороннее соперничество, и, может быть, поэтому оно никогда не приводило к разрыву между нами.
Я просто изголодалась по одобрению.
Мое отражение смотрит на меня. Этот консилер заслуживает награды. Он почти не размазался. Нет смысла беспокоиться о том, что я обнаружу, когда смою его вечером.
— Джемма?
Я поворачиваю голову в сторону двери. Это Вэл. Я должна была догадаться, что она не оставит комментарии папы о моем будущем муже без последующего допроса.
Она сидит на краешке кровати, когда я выхожу, и я вижу, что она на взводе. Я знаю, что сейчас произойдет, поэтому решаю взять инициативу на себя.
— Слушай, я знаю, что это странно.
— Странно? Джем, это звучит ужасно. Они будут выставлять простыни? Я имею в виду, Боже. Это унизительно.
— Со мной все будет в порядке.
Тот обед, который мы только что съели, был гораздо более унизительным, если ты спросишь меня. Я бы обошлась без того, чтобы Папа при всех объявлял все интимные подробности моего предстоящего замужества.
Особенно Расу.
Я поджала губы. Этому самодовольному засранцу, наверное, было приятно видеть, как я корчусь. Похоже, ему нравится доставлять мне неудобства.
— Нет...
— Вэл, почему эта традиция унизительна для меня? — потребовала я, усаживаясь рядом с ней. — Если уж на то пошло, то это больше унижает тех, кто настаивает на том, чтобы увидеть эту чертовщину, тебе не кажется?
Мои слова заставили ее на секунду задуматься. — Конечно, это так. Но я уверена, что для тебя это не будет приятным событием.
— Это не так уж и важно для меня.
— А что тебя беспокоит? Ты высказывала их нашему отцу? Он прислушался? Все изменилось, Джем. Ты ведь знаешь это, правда? После того, что случилось со мной, ты должна иметь право голоса, за кого выходить замуж.
— Ты действительно забыла, как все устроено в нашей семье.
Ее глаза вспыхнули. — Неужели ты не понимаешь, что теперь у меня есть рычаги влияния? Дамиано может…
— Дамиано ничего не может сделать. Он дон на другом конце света.
— У него с папой сделка...
На этот раз проскользнула насмешка.
— Неужели ты думаешь, что твой новый муж будет рисковать важной сделкой ради меня?
 Она заблуждается, если верит в это. Дамиано не стал бы доном, если бы принимал решения, ориентируясь на чьи-то эмоциональные прихоти, в том числе и Вэл.
— Ты можешь перестать перебивать меня и просто послушать? Позволь мне разобраться с Дамиано. Если ты просто скажешь мне, чего ты хочешь, я смогу тебе помочь.
Вэл не понимает. Она не знает, что поставлено на карту.
Отмена помолвки приведет к тому, что все окажутся под ударом. Если союз между Папой и Рафаэле распадется, Гарцоло станут мишенью.
Насколько я знаю, Рафаэле может сам решить уничтожить нас.
Нет, из этого нет выхода.
— Я хочу выйти за него замуж. Это будет хорошо для семьи.
По выражению лица Вэл пробегает тень. — Мой брак тоже был полезен для семьи. По крайней мере, так говорил Папа. Посмотри, как все обернулось.
— Это было совсем другое,— говорю я. — Если говорить о семье, то они скучают по тебе, ты знаешь. Бабушка хотела быть здесь, но перелет был бы для нее слишком тяжелым. А наши тетушки спрашивают о тебе каждый раз, когда я их вижу. Ты должна им позвонить.
  
Мое предложение невинно, но я вижу, что она ошеломлена. Она скрещивает руки на груди и смотрит в сторону окна. — Я не знаю, что сказать.