Когда она влюбляется (ЛП)

Его взгляд расплавлен. — Не время стесняться. Подойди сюда и сядь мне на лицо.
Пока я обдумываю его приглашение, он щиплет мои соски и крутит бедрами, создавая восхитительное трение о мой клитор. — Ты хочешь, чтобы я умолял тебя о такой киске? Я хочу ее сейчас, Джемма. Прямо сейчас. Черт. Возьми. Сейчас.
Я вся вспыхиваю.
Он опускает ладони, чтобы сжать мою задницу, а затем толкает меня вверх по своему телу, мгновенно доставляя меня туда, куда он хочет.
  
— Ниже, — рычит он, когда я зависаю над ним.
Мое дыхание прерывисто. — А что, если ты не сможешь дышать?
— В этом-то и дело.
Он обхватывает меня за верхние бедра и одним махом опускает вниз.
Его язык проводит по моей щели, и мои глаза закатываются к затылку. Наслаждение такое, какого я еще никогда не испытывала.
Он трахает меня языком, поочередно присасываясь к моему клитору.
Внезапно оргазм кажется не таким уж недостижимым.
— Черт, — задыхаюсь я.
Я шлепаю ладонью по окну. — Продолжай в том же духе.
Он издает довольный звук и сильнее сжимает мои бедра.
Ему не требуется много времени, чтобы довести меня до состояния, когда все рациональные мысли исчезают.
Мои пальцы зарываются в его волосы. Я млею на его лице, забыв о своих прежних страхах задохнуться, а он шлепает меня по заднице, побуждая продолжать.
Я стону, моя попка восхитительно жжет от удара. Но это только усиливает удовольствие.
Он опускает одну руку ниже и вводит в меня толстый палец, а языком обводит мой клитор.
Это новое вторжение заставляет меня обрушиться на него волной.
Я задыхаюсь от оргазма, мое тело извивается над ним. — Рас... О Боже.
Он продолжает ласкать мою киску, теперь уже более нежно, его взгляд устремлен на меня, пока я дрожу и бьюсь в судорогах.
Когда я наконец перестаю двигаться, он еще раз долго и тщательно вылизывает меня, а затем тащит меня вниз по своему телу.
Его лицо встречается с моим, и он притягивает меня к себе для поцелуя, заставляя попробовать себя на вкус на его губах.
Я чувствую, что все глубже погружаюсь в эту фантазию. Туда, где есть только я и он, а весь остальной мир не имеет значения.
Он разрывает поцелуй и смотрит на меня темными лужами похоти.
— Какие еще у тебя есть идеи? — шепчу я, просовывая руку между нами и обнимая его через ткань спортивок.
Он вздрагивает, когда я провожу рукой вверх и вниз.
Не то чтобы у меня был какой-то опыт, но он кажется... большим. Меня пробирает дрожь. Каково это - иметь его глубоко внутри себя?
Что-то меняется в его выражении, как будто он задается тем же вопросом.
— Мои другие идеи..., — он сглотнул, — все закончились бы тем, что ты основательно испортила бы свой брак.
Моя киска сжимается, даже когда реальность начинает возвращаться.
Я все еще помолвлена с Рафаэлем. Я все еще выхожу замуж. Пока я не поговорю с Винсом, я не в состоянии строить другие планы.
Я не знаю, стоит ли мне искать выход. Я даже не уверена, что он существует.
Это значит, что мы с Расом не можем переступить эту черту.
Фантазия рушится.
Рас застывает, когда я сажусь.
Я отстраняюсь от него и неловко опускаюсь на свое место. Окна машины запотевают.
Рас поднимает свое сиденье и протирает ладонью окно слева от себя, пока я натягиваю одежду.
Мы сидим в тишине еще минуту, прежде чем он бросает на меня долгий взгляд, а затем включает машину.
 ГЛАВА 20 
 РАС 
Я лежу на кровати и смотрю на люстру, висящую над моей головой.
Мой член твердый. Плачет. Я беру его в кулак, закрываю глаза и делаю несколько толчков, пока мое воображение возвращается к той машине.
Ее вздохи. Как она сжимает бедра вокруг моих ушей. Ее земляные соки, стекающие мне в рот и пропитывающие мою бороду. Я и сейчас чувствую их запах.
Я хотел трахать ее до тех пор, пока она не забудет свое имя, но я не позволил ей даже прикоснуться к себе.
 Почему, дурачок? 
Потому что единственное, что ей было нужно от меня, - это разрядка. Отвлечься от плохих новостей, которые она получила.
А я начинаю понимать, что хочу гораздо большего.
Я ускоряюсь, желая поскорее покончить с этим и выкинуть ее из головы. Я не хочу затягивать это.
Эта чертова потребность.
Cazzo. Со времен Сары мне не было так плохо из-за девушки. Но даже она кажется ничтожной по сравнению с огнем, пылающим в моей груди.
Я потянулся в карман своих треников и вытащил кружевной кусочек едва заметной ткани. Ее порванные стринги.
 Что бы она подумала, если бы увидела меня сейчас? Уткнуться носом в ее нижнее белье, пока мои яйца напрягаются, а член готов взорваться? Стала бы она передо мной на колени и умоляла попробовать? 
Мои глаза закрываются, и я кончаю на живот. Оргазм разрушает меня, как и всегда, когда я думаю о ней.
Я пробираюсь в душ, желая проветрить свою чертову голову. Новость о плане преемственности Гарцоло была совсем не тем, чего я ожидал, когда Джемма написала мне, чтобы я встретился с ней.
Я и так знал, что он кусок дерьма, но это уже перебор. Неужели этому человеку есть дело до чего-либо, кроме собственной шкуры?
Когда Джемма начала сомневаться в своем браке, я почувствовал такую надежду, какой не испытывал уже чертовски давно. Я не религиозный человек, но в тот момент, клянусь, я услышал пение ангелов.
Но потом она вернулась обратно. И, может быть, это хорошо, потому что я уже собирался предложить ей улететь из Нью-Йорка ближайшим рейсом, но забыл, что это не мне решать. Это решение Дема.
Я отправляю ему сообщение с просьбой позвонить мне, когда он сможет, и проваливаюсь в сон на следующие несколько часов.
Дем звонит около шести утра.
— Что-нибудь от есть Оррина? — спрашивает он.
Я вытаскиваю свое усталое тело из постели и падаю в кресло у окна. Снова идет снег. Когда же это дерьмо закончится? Подъездная дорога белая.
— Нет, но у меня есть информация из другого места.
Я пересказываю то, что рассказала мне Джемма.
На другом конце линии раздается протяжный вздох. — Только что все стало гораздо интереснее.
— Интереснее? Да это просто кавардак.
— И то, и другое может быть правдой одновременно. Теперь ясно, что обе стороны получают от этого союза.
— Мессеро добился для себя чертовски хороших результатов, — пробормотал я. Жена, контроль над другим кланом и долгосрочная сделка с нами, заключенная при посредничестве Гарцоло. — Да пошел он. Мы должны расторгнуть нашу сделку. Это та информация, которую они должны были выложить при нашей встрече.
— Похоже, что у нас еще есть пять лет, чтобы иметь дело с Гарцоло. В конце концов, они бы нам рассказали. Возможно, когда выйдет обвинительное заключение. Есть какие-нибудь предположения о возможных сроках?
— Без понятия. Я поговорю с Оррином, может, у него что-нибудь есть. Насколько нам известно, это может произойти в ближайшее время.
— Баланс сил изменился. Наша сделка обеспечивает нам выход на Мессеро, который через пять лет станет самым значительным игроком в Нью-Йорке.
Мне чертовски не нравится, как это звучит. — Если Джемма не выйдет за него замуж, его преемственность может сорваться.
Наступила затянувшаяся пауза. — Так вот о чем она думает? Хочет ли она отменить свадьбу?
Я потираю лоб.
— Нет. Она в замешательстве и не до конца понимает позицию своего брата во всем этом. Думаю, если бы Винс сказал ей не выходить замуж за Рафаэле, она бы попыталась выкрутиться, но если ее брат действительно не хочет этого выступления, а ее отец окажется за решеткой без явного преемника, ее семья погрузится в хаос. Она не знает, что делать.
  
И, честно говоря, я тоже не знаю. Как будто мы посветили прожектором на угол шахматной доски, а большинство фигур не видно.
— Я попрошу Вэл связаться с Винсом. Посмотрим, что она сможет выяснить, — говорит Дем.
— Хорошая идея.