Венсеремос! (СИ)
— И что же вы посоветуете? — иронично спросил хозяин.
— Тут я вам не советчик. Мое дело — Латинская Америка, а здесь вам решать.
За стеной пискнули сигналы точного времени и Вася автоматически поднял руку, чтобы посмотреть на часы.
— Подарок Фиделя?
— Да. Пока еще можно принимать подобные подарки.
— Потом Фидель попытается вас взнуздать?
— Взнуздать нас будут пытаться все, — улыбнулся Вася. — Но скоро в эти часы можно будет запихнуть целый компьютер с диктофоном и радиопередатчиком.
— Фантастика. Это только для фильмов о Джеймсе Бонде.
— А вы посмотрите на тенденции в развитии электроники, ваш скепсис и развеется, — Вася решил, что грех не воспользоваться репутацией провидца и не сделать еще одну интервенцию. — Размер электронных компонентов уменьшается вдвое каждые пять-шесть лет. То есть, к началу восьмидесятых вместо мотороловского «кирпича» у нас будут дальнобойные передатчики размером с пачку сигарет. А у вас — жучки, которые можно встраивать… да хоть бы в пуговицу. И точно так же с вычислительной техникой, через десять лет настольным персональным компьютером уже никого не удивишь.
Кузнецов только похмыкал над Васиными сказками.
Глава 11 — Уаска Амару Кордоба
На прощание Кузнецов расщедрился на несколько «спящих» контактов в Аргентине и на троих офицеров, знающих испанский — не столько ставить контрразведку и вообще конспирацию в Латинской Америке, сколько посмотреть на подготовку «тупамарос» вблизи.
Возможно, на Бориса Семеновича подействовали Васины прогнозы о грядущей перемене тактики ЦРУ на континенте: после Вьетнама и Камбоджи США лет на двадцать откажутся от крупномасштабных военных операций, а после гибели инструкторов и рейнджеров в Боливии, будут очень осторожно относиться и к посылке советников. И тогда остается только формировать эскадроны смерти по мотивам гватемальской «Белой руки» и координировать их действия. То есть не воевать в лоб, а выпиливать и запугивать радикальную оппозицию поодиночке.
С таким богатством Вася и улетел в Белград.
На юга он даже не собирался, но хитрая схема поставок «Скорпионов» включала и Балканы. Типа свободные югославы прикупили партию у чехов для вооружения собственной полиции, но часть перепродали торговцам из Ливана, дальше следы теряются. Тем более, что «Црвена Застава» производит лицензионную копию, правда, не под парабеллумовский патрон. И хотя все всё понимают, но таковы правила игры — поставка оружия напрямую может стать поводом к большим разборкам.
Ну и попутно со стволами двигаются деньги, и тоже после третьей-четвертой транзакции теряются из вида налоговых служб и финансовых разведок. Все довольны, джентльмены пьют и закусывают.
А один латиноамериканский партизан пьет кофе по-турецки.
Точнее, напиток, который этим именем называют сербы.
Маленькая кафана в одном из множества переулков, примыкающих к улице Царя Душана, не могла похвастаться обилием посетителей. По утреннему времени, когда завтрак уже прошел, а обед еще и не думал наступать, в ней, кроме Васи, было четверо: со стены сурово взирал портрет Тито; два старичка, которым уже никогда не надо на работу и сам хозяин. Он колдовал в углу над джезвами — наливал, отливал, ставил на огонь, снимал, насыпал, перемешивал, доливал… Вася так и не понял технологию местного кофе, но пил уже третью чашку, когда обстановка неуловимо изменилась — словно дунул холодный ветер.
Старички отложили газеты, прекратили неторопливе обсуждение новостей и выпрямились на своих стульях, будто вместо утренней ракии проглотили по лому. Хозяин вообще выскочил из-за очага и встал почти что по стойке «смирно». Вася во все глаза смотрел, как в кафану заходит… джентльмен, иначе назвать высокого и полностью седого человека в отличном костюме-тройке невозможно. А за ним в дверь всунулись любопытные рожицы местных мальчишек.
Джентльмен сделал два шага к хозяину, неожиданно обаятельно улыбнулся и они влипли друг другу в объятия. После охлопываний и оглаживаний седой, наконец, обратил внимание на Васю и без лишних слов протянул руку:
— Рус.
Вася замешкался — это имя или что?
— Зовите меня Рус, — заметив Васину реакцию, добавил джентльмен на английском.
— Уасья…
— Хм… Рус и Вася, неплохо, неплохо. Кстати, как вас прооперировал доктор Хименес?
Он свободно уселся за стол, покрытый клетчатой скатертью, но Вася обратил внимание, что сел Рус так, чтобы видеть и вход с улицы, и выход на кухню. А еще так, чтобы обе двери оказались у него под правой рукой — ибо слева под расстегнутым пиджаком на секунду мелькнула плечевая кобура.
— Ракии? — тихо поинтересовался неслышно подошедший к столику хозяин.
— Кофе, Йован. Впрочем, — Рус взглянул на Васю, оценил его как собутыльника и предложил, — если вы желаете погрузиться в балканскую традицию, рекомендую перепеченицу, ракию двойной перегонки.
— А давайте, — пустился во все тяжкие Вася.
В конце концов, с утра выпил — весь день свободен.
Ракия невесомо скользнула в горло, жизнь подкрутила яркость и заиграла цветом.
Рус пил кофе и негромко посвящал Васю в детали операции по переброске оружия — кто, где, какими средствами, легко перечисляя немалое количество контрольных точек и сигналов. Он даже помолодел лицом — морщины разгладились, в глаза появился блеск… или это от ракии?
— А еще, — Рус сделал паузу, — я поговорю со своими знакомыми, человек пять-шесть не откажутся поехать с вами в горы.
— На Альтиплано? Зачем?
— Вам же нужны инструктора. А они воевали в горах, в Испании и здесь.
Господи ну какие здесь горы по сравнению с Андами! Рус заметил Васину гримаску и добавил:
— Я понимаю, что ваши горы куда выше, но опыт есть опыт. Да и мы поучимся.
Когда, после обсуждения всех частностей, Рус легко поднялся и ушел, помахав рукой хозяину и дедкам, Вася допил кофе и сделал попытку расплатиться.
— Вы гость Руса, моего партизанского командира, — отказался кафанщик.
Вечером, в гостинице Вася наудачу спросил портье — а кто такой Рус? Известный партизан? И был буквально прибит воплями восторга — Рус! Легенда! Народный герой! Партизанская звезда 1-й степени! В восемнадцать лет ушел в горы! Гроза четников, итальянцев, немцев и усташей!
Так что спать Вася отправился, имея ориентир — жить надо так, чтобы любой портье знал твою биографию.
***
Фрэнк наслаждался возможностями нового статуса. Здесь и сейчас он старший оперативник Фирмы и потому может позволить себе многие вольности. Например, читать документы не в кабинете, а у бассейна, в шезлонге.
Ну право же, ярко-зеленая листва и голубое небо куда лучше казенных шкафов и пыльных папок с бумагами. Коли уж тебе выдали в единоличное пользование этот прекрасный дом, так пользуйся! Но вот принимать других оперативников все равно нужно в кабинете — в Лэнгли еще не доросли до понимания, что сотрудник в плавках и гавайской рубахе может работать не хуже, а то и лучше, чем в костюме с галстуком.
Ничего, еще два-три инсайда, так помогающих обороту семейных денег на бирже, и он вполне может подать в отставку и жить состоятельным человеком. Но уходить сам он не собирался — уж больно горячит кровь эта игра, когда ты двигаешь не фишки по карте, а живых людей.
Фрэнк счастливо зажмурился, отставил хайбол с любимым мохито и принялся за бумаги.
10:45 Срочно!
Региональному директору № 006-09Ф
От резидента Буэнос-Айрес 109/2
Внешнеполитические вопросы — Аргентина
Примерно две недели назад Хосе Сабино, высокопоставленный лидер партизанской организации Утурункос, был задержан на пляже в Мартинесе, провинция Буэнос-Айрес, лицами, представившимися офицерами федеральной полиции Аргентины (PFA).
Последующие запросы родственников Сабино, которые были опубликованы в средствах массовой информации Буэнос-Айреса, показали, что PFA, провинциальная полиция Буэнос-Айреса, аргентинская армия и другие правительственные учреждения Аргентины категорически отрицали, что Сабино находился под стражей.