Венсеремос! (СИ)
Толпа же, слушавшая очередного оратора, взорвалась аплодисментами — Перу установило дипломатические отношения с Советским Союзом! — и Васе показалось, что среди собравшихся мелькнуло знакомое лицо.
— Это Дебре? — ошеломленно спросил он у Алисии.
— Да, я пригласила его.
— Алисия, я не буду утверждать, что он провокатор, но его действия дают основания так думать. Во всяком случае, его присутствие — однозначный индикатор «здесь планируют герилью». Я настоятельно советую немедленно изолировать его.
— Но он наш гость…
— Я тоже, и вы знаете мои полномочия.
Вторым потрясением стала организация охраны и контроля — приходи кто хочешь, делай что хочешь. Человек десять с фотоаппаратами в открытую снимали происходящее и Вася возблагодарил всех инкских богов, что отказался выступать, но внизу живота поселилось чувство тревоги.
Людям Габриэля и присоединившимся к ним людям Гильена он сделал серьезное внушение и потребовал нормальной организации службы. Представления о «нормальности» у гостя и хозяев сильно отличались и весь вечер первого дня пришлось посвятить обучению, пока там Алисия собирала великий курултай на завтра.
Второй день прошел в накуренной аудитории под портретами Аристотеля, Фомы Аквинского, Декарта и других титанов мысли, не опознанных с первого взгляда.
Алисия представила Васю и в него сразу же уперся десяток настороженных, насмешливых и недоверчивых глаз. «Давай, мальчик, научи нас делать революцию» прочитал в них Вася и малость остервенел.
— Нападение полиции, — резко скомандовал он. — Три машины, двадцать-тридцать вооруженных человек у входа в здание. Ваши действия?
Секунд пять собравшиеся хлопали глазами — все ждали занудной лекции, а не таких вот фокусов. Наконец, один вытащил пистолет и двинулся к окну.
— Неверно. К окну нужно подходить сбоку, так, чтобы с улицы не было видно.
Еще минут десять ушло на то, чтобы застращать собравшихся и привить им начатки здоровой паранойи. Но в качестве оправдания они заявили, что лучшие кадры давно отправились партизанить в Сальту и Хухуй. Даже после вытеснения армией колонны Че, действуют несколько отрядов, заложены склады. Правда, у Васи сразу же возник вопрос, насколько можно доверять этой информации, не привирают ли перед таким гостем, чтобы казаться значительней?
От состояния движения перешли к профсоюзам, вернее, к недавнему расколу между «конформистами» и «перонистами». Рассказывал Родольфо Уолш, писатель, профсоюзник и член «монтонерос» одновременно. При этом, к удивлению Васи, он даже не был на подпольном положении!
В Аргентине на двадцать четыре миллиона населения имелось десять миллионов работающих, из них в профсоюзах числился миллион человек, а если с конформистами, то полтора. Офигительная цифра, отчего профсоюзное руководство постоянно провоцировано забастовки и волнения, а военное правительство сильно нервничало.
Уолш предлагал создавать боевые группы под единым командованием и опираться на массу членов профсоюза. Вася в ответ зачитал подготовленные еще в Боливии тезисы.
— Чую дух Авраама, — сразу же отреагировал Уолш. — Это же план Авраама Гильена и Джона Кука!
При упоминании недавно умершего мужа встрепенулась Алисия:
— Что вы имеете против этого плана?
— Ничего. Но он неосуществим без сильного лидера.
— Гевара, — удивленно пожал плечами Вася.
Действительно, кто же еще?
— Он ушел за границу.
— Ничто не мешает руководить оттуда. Вон, как во Вьетнаме.
Итогом стало предварительное согласие на создание Аргентинских сил освобождения, куда по большей части вступали левые перонисты — Революционное перонистское действие, Перонистские вооруженные силы, те же монтонерос и утурункос. Компартия под твердым управлением Викторио Кодовилье глядела в рот Москве и только что избавилась от «маоистов». Последние же соглашались партизанить только в сельской местности.
И то хлеб.
Уже ближе к полуночи договорились начать с акций, направленных на освобождение соратников из тюрем.
***
Телекс доставили вечером и до утра Фрэнк сидел на узле связи, дергая за все доступные ниточки в Аргентине. Такой шанс судьба дает только раз — возможность захватить Тупака Амару, если уж не выгорело с Геварой! На связи есть несколько решительных аргентинских офицеров, которые не упустят шанс отличиться!
И он организует это сам, без Майкла!
Впрочем, почему без? Еще неизвестно, как оно обернется, так почему бы не дать Майклу возможность еще разок сесть в лужу? Фрэнк отправил сообщение своему номинальному шефу полностью официально — с номером, датой, фиксацией в журнале и продолжил рассылать свои указания, но уже неофициально. Получится поймать этого гребаного кечуа — Фрэнк герой, а Майкл опоздал. Не получится — об этом никто не узнает, а Майкл все равно опоздал.
***
С утра, стоило только продрать глаза, пронзительно заверещала чуйка. Вася проверил оружие, запасные магазины, растолкал спутников и поделился своими опасениями. Решено было вызвать подмогу и бдеть неусыпно. В университет с конспиративной квартиры поехали на двух авто, но стоило припарковать их у корпуса, как из пяти или шести стоявших неподалеку машин выскочили человек двадцать и бросились к Васе явно с недобрыми намерениями.
Второй водитель успел выстрелить, но тут же получил пулю.
— В здание!!!
Они ворвались внутрь, отстреливаясь на бегу. «Конференция», будто ничему их и не учил, прилипла к окнам и пучила глаза на происходящее. Вася уж было решил, что толку от них не будет, но в вестибюль сверху уже набежали трое или четверо вооруженных бойцов, а следом по лестницам загремели ботинки и раздались осмысленные команды.
— Всем укрыться, огонь на вход! — крикнул на бегу Вася и махнул охранникам. — К телефону!
За спиной загрохотали выстрелы, звонко запрыгали выброшенные гильзы. Грохот потряс здание факультета. На полы посыпалась щепа из дверей, штукатурка, осколки мраморного портала, брызнули осколками плафоны люстры и окна.
Заглянув в ближайший кабинет, Вася увидел на столе телефон и буквально подтащил к нему второго охранника и сунул ему в руку бумажку с номером:
— Звони в аэропорт Альта Грасиа, пилоту Кржемидловскому. Пусть срочно прогревает двигатель и будет готов к немедленному взлету.
Они выскочили через другой подъезд, водитель провел взглядом по машинам и ткнул в «мерседес». Вскрыть и завести — секундное дело, но не только если в полусотне метров не идет огневой бой…
Гонку по улицам Кордобы и потом, по дороге в Альта Грасия Вася помнил урывками — вот с опасным наклоном машина проходит поворот, вот вслед кричат проклятия едва успевшие отскочить пешеходы, вот пуля пробивает заднее стекло, а водитель, пригнув голову под руль, давит на газ…
Преследователи цепко висели на хвосте, чувствовался опыт. Вася еще раз проверил рукой два оставшихся магазина. Притащить такой хвост к самолету — проще застрелиться самому.
— Сбрось скорость.
— Догонят же!
— Сбрось. Держи дистанцию метров в 50.
Охранник начал сбавлять, что вызвало бурю энтузиазма у погони. Краем глаза отслеживая расстояние, Вася перезарядил оба пистолета и, дождавшись выхода на дистанцию, буквально за несколько секунд выпустил все пули в подобравшийся автомобиль.
Одна, судя по струе пара, пробила радиатор, а другая попала в колесо — авто вильнуло, задергалось по дороге, полетели клочья резины, завизжал тормоз…
Бац!
Следующая машина не успела отвернуть и вписалась в первую.
Вася вынул пустые магазины, вставил наполовину полные и выдохнул.
Кржемиловский, картинно поставив ногу на колесо, держался за дверцу и по мере приближения Васи с охранником терял свое благодушное и расслабленное состояние.
— Срочно взлетаем!
— Где у нас случилось?
— Погоня на хвосте, kurwa mat! [i]