Генетический потенциал (СИ)
Итого одним залпом, я уничтожил сразу троих, но далеко не всех. Чудовищ оставалось ещё слишком много, а я уже исчерпал свой заряд энергии, и для того, чтобы тот набрался заново, требуется время. Вот только у нас его нет.
— Отступаем! Отходим к цитадели! — отчётливо раздалась команда майора на общем канале связи.
Бойцы организованно исполняли приказ, сливаясь в четыре ручья, которые образовывали единую реку и, словно щупальце гигантского кальмара, плавно втягивались под панцирь пирамиды. Вал моментально заполонили мутанты. От их количества рябило в глазах, и сейчас мне как никогда хотелось ударить по ним импульсным оружием. Наверняка получилось бы очень красиво.
Вот только пора и мне задуматься об отступлении. Сомневаюсь, что мой костюм способен выдержать подобный разряд. Хотя как знать… Технологии древних не раз нас удивляли. Впрочем, экспериментировать мне почему-то не хочется.
Я наблюдал за тем, как электрические твари карабкаются на вал, и молился, чтобы оружие костюма успело зарядиться для ещё одного залпа прежде, чем твари жахнут по мне молнией. А они уже выстроились в боевой порядок, обступив цитадель со всех сторон. Шерсть поднялась дыбом, заискрилась, наполняя энергией биологические аккумуляторы.
Несколько залпов с грохотом ударили в навершие пирамиды, выбивая целый каскад каменного крошева. Часть облицовки, состоящая из инопланетного сплава, с хрустом лопнула и плавно поехала вниз, грозя накрыть бойцов, что ещё не успели скрыться в цитадели.
Люди с криками бросились врассыпную, спасаясь от смерти. Лист металла со стоном скатился по стене и вонзился в землю, ломая вымощенную камнем дорожку и блокируя вход в убежище.
Мелкие твари как по команде ринулись в атаку, но военные не собирались за здорово живёшь становиться обедом. Рассредоточившись небольшими группами, бойцы огрызались из автоматов. И надо признать, действовали без паники, планомерно уничтожая волну за волной.
Очередной электрический разряд, слился в единую молнию и грохнул по пирамиде с такой силой, что заискрил мой костюм. Некоторые бойцы отбросили оружие, видимо, по той же причине. А с цитадели слетел ещё один огромный кусок обшивки. Часть кладки разлетелась на куски, окатив каменным градом всех участников сражения. Мелкие камешки со свистом пролетели в опасной близости от меня.
И в этот момент я будто оглох и ослеп.
Нет, костюм всё так же исправно работал, но я мог пользоваться лишь его штатными опциями. Я больше не видел карту, не видел слабые места противника, а вместе с тем пропала и связь. Твари в очередной раз вздыбили шерсть, и на этот раз, сделали это максимально синхронно, а значит, новый разряд разнесёт цитадель так, что мы её будем месяц по округе собирать. Если, конечно, сможем пережить сегодняшнее месилово.
У ближайшей ко мне твари уже заплясала дуга меж клыков, когда вдалеке раздался хлопок, который привлек моё внимание. Я как раз успел ухватить взглядом, как лопнули бока соседних мутантов. А затем взорвалось ещё одно чудище, а следом — ещё два.
Мутанты зашевелились, перестраиваясь в новый порядок, будто хотели прикрыть основное орудие от атаки извне. Однако присматриваться к тому, что происходит на кромке леса, было некогда. Моё оружие наконец набрало полный заряд, и я поспешил им воспользоваться, превращая в кашу одного из электрических монстров. А когда снова посмотрел на восток, уже не смог сдержать восторженного крика, что вырвался из моей глотки.
Видимо, парни Коробкова сумели отбить атаку у вспомогательных зданий и поспешили к нам на помощь.
Больше прятаться на крыше корабля я не видел смысла. Уже очевидно, что мы победили, но тварей внизу ещё много. Я скользнул вниз, на крыло, промчался до края и сиганул с него в самую гущу, в полёте выпуская лезвия клинков из предплечий.
* * *На военный совет меня не пустили. Ну хоть не заперли в камеру — и то хлеб. Костюм, конечно, отобрали, обосновав это тем, что я могу пожелать освободить подружку. Справедливости ради, подобные мысли меня посещали. А чтобы я ими не страдал, майор Безруков определили меня на уход за ранеными.
— Может, хоть после этого ты научишься уважать боевых товарищей, — напутствовал меня он.
Будто до этого я относился к ним, как к скотине. Да, иногда они бесили своей непробиваемостью, но я же не зверь какой и не мутант. Но я даже близко не понимал, на что подписался, пока не вошёл в лазарет, организованный на кубрике.
Вой, стоны, вонь палёного мяса вперемешку с кровью и дерьмом из разорванных кишок. И это я молчу про общую атмосферу боли и страданий, что словно густой кисель наполняла помещение. Раненые люди лежали на столах среди трупов своих товарищей, и наверняка каждый из них думал о смерти.
— Ну чё замер⁈ — рявкнул на меня боец с красным крестом на повязке.
— А чё делать-то? — растерянно спросил я.
— Бинтами пользоваться умеешь?
— Вроде.
— Тогда хватай тележку и пиздуй вон в тот угол. Начинай бинтовать всех, у кого кровь хлещет.
Я молча кивнул, с трудом сглотнул вязкую слюну и рванул в указанном направлении. Здесь уже хозяйничали девчата из остатков научной экспансии. Одна бинтовала бойцу культю, что осталась от руки. Вторая обмывала рану на груди, оставленную когтями твари, и что-то приговаривала. Третья суетилась возле раненого, который придерживал руками рвущиеся наружу кишки из вспоротого брюха. Нет, я не брезгливый, но столько боли в одном месте кого угодно выбьет из равновесия. Голова закружилась, к горлу подпрыгнул комок, и я сложился пополам, выворачивая желудок себе под ноги.
— Ничего, это дело привычки, — усмехнулась Марина, которая бинтовала культю. — После первого боя я сутки жрать не могла. А сейчас вот нормально.
— Пиздец, — выдохнул я, вытирая рот рукавом.
— Не стой столбом, сбегай воду поменяй, — вручила мне таз Ольга, которая работала с Натальей, той самой, что когда-то штопала меня.
Сейчас она боролась за жизнь солдата, в противоположном углу. Но понаблюдать за её действиями мне дали.
— Ты оглох, Тень⁈ Воду, говорю, поменяй, бегом!
— А, да, щас! — выпалил я и умчался с тазом в сторону кухни.
Сменив воду, я вернул его Ольге и снова помчался в другой конец кубрика, выполняя поручение Марины. За движением как-то сам не заметил, как отступило гнетущее чувство. А первый раз присесть смог только спустя три часа, когда завершился очередной аврал. Я даже не заметил, как ко мне подсела Наташа, отреагировал лишь на её тычок.
— На, санитар, — с ухмылкой произнесла она, протягивая мне кружку травяного чая. — С почином.
— Угу, — буркнул я, втягивая ноздрями ароматный пар.
Мне он показался самым божественным запахом в мире после всех тех ароматов, что витали по кубрику.
— Они выживут?
— Да куда они денутся, — улыбнулась биолог. — Наниты уже трудятся над их восстановлением. Мы лишь облегчаем людям боль, ну и немножко работу крохотным роботам.
— А как же те… которые… ну… Они тоже поправятся?
— Ты про сгоревших?
— Ага.
— Увы, им уже не поможешь. Разряд выжег их изнутри вместе с волшебными крохами.
— Так значит, способ всё-таки есть.
— О чём это ты?
— О важном, — выдохнул я и поставил кружку рядом на скамью. — Простите, но мне нужно сделать кое-что очень важное.
Глава 10
Союзы — это важно
— Теняев! Ты где трёшься? Я тебя по всему лагерю ищу, — раздался оклик в спину, но я его проигнорировал. — Бля, Тень!
— Вообще-то, вы меня сами к раненым определили, — не оборачиваясь, бросил я. — Чего надо?
— Да постой ты.
— Некогда мне.
— А чем ты так занят?
— Делом, Короб, делом.
— Да притормози ты хоть на секунду! — Капитан схватил меня за рукав, но я вырвал руку.
— Ещё раз меня тронешь, и я тебя твоими же зубами накормлю, — процедил сквозь зубы я. — Чё те надо⁈
— Поговорить.
— Говори.
— Да постой ты, ёбаный шашлык!