Вперёд в СССР! (СИ)

Попасть домой быстро я мог только одним способом — на аэротакси. Вот только сделать вызов на территорию академии невозможно. Пришлось топать пешком через все эти тропинки и полигоны, выходить за периметр и уже оттуда вызывать машину. Сидя в салоне и поднимаясь над Зеленоградом, я позвонил Наталье Никаноровне и предупредил, что скоро буду. Женщина обрадовалась, и сказала, что начинает готовить обед.
  
Дома меня встретили восхитительные запахи.
— Грибной суп? — обрадовался я.
— Твой любимый, — подтвердила мама. — Со «звёздочками».
Прибежала Оля, и мы набросились на суп, а затем на перловку с мясом и свежий салат. Я рассказал о том, что поступил в академию КГБ, но не могу разглашать особенности учёбы. Сестра искренне радовалась моим успехам, а вот Наталья Никаноровна вела себя странно. На её лице была печать обречённости, эмоциональный фон… Всё выглядело так, словно женщина знает факты, о которых предпочитает не распространяться.
Сразу после обеда я начал собирать вещи.
В шкафу обнаружилась спортивная сумка, довольно вместительная, в которую я и начал укладывать вещи на первое время. Сейчас лето, и я не видел особого смысла в тёплых вещах. Сменится сезон — тогда и подумаю. А вот лёгкая непромокаемая куртка с капюшоном пригодится.
С компьютером расставаться не хотелось, но у меня был планшет. Уверен, в академии есть сетевое подключение, но за каждым студентом будут следить.
— Ты же на выходных будешь приезжать? — спросила мама, когда я уже выдвинулся с вещами в коридор.
— Конечно, мам. И созваниваться будем. По видеосвязи.
— Ещё и через вирт можно, — ввернула сестра.
— Береги там себя, — Наталья Никаноровна украдкой смахнула слезу. — Не ввязывайся в драки, будь умным.
— А ещё Кристине позвони, — подмигнула мне Оля.
Я погрозил сестре кулаком.
— Какой Кристине? — заинтересовалась мама.
— Ой, всё! — я поспешно ретировался с сумкой за дверь.
Примерно через час я уже раскладывал вещи по полочкам, проверял работу бытовой техники и опцию подключения к ОГАСу. Выяснилось, что планшеты вообще не соединяются с Сетью — на все мои попытки гаджет отвечал всплывающими ошибками. Зато смартфон прекрасно справился с задачей, и это наводило на интересные мысли. Судя по всему, руководство академии опасалось любых утечек и допускала возможность хакерской атаки. А как известно, само защищённое устройство — то, которое не имеет выхода в Интернет.
У меня в голове оставалось много вопросов по устройству нынешней версии Союза, и я, устроившись в кресле, приступил к поискам.
Мне часто попадалось словечко «новы», и я хотел выяснить, кто или что это. А ещё я заметил одну интересную вещь: партийные функционеры нередко обладали сверхспособностями, прочно сидели в своих креслах и продвигали детей в высшие эшелоны власти. В общем, ничего нового. Союз это, Византия какая-нибудь или Рим — всё равно люди, дорвавшиеся до власти, будут глотки грызть, чтобы не упасть с пирамиды вниз. Но как это сообразуется с коммунистическими ценностями?
Идеология марксизма-ленинизма предполагает, что все граждане коммунистического государства равны. Не должно быть денег, социального расслоения, иных признаков неравенства. Но ведь очевидно: одарённый ментор вытеснит простого человека с ответственного поста. Особенно, если вытеснением занимается неспящий — эдакий ходячий вычислитель, круглосуточно накачивающий себя знаниями.
Чем больше я перемещался по ОГАСу, тем ярче становилось понимание. Менторы были не единственными «хомо сапиенсами», родившимися с серебряной ложкой во рту. В СССР здорово развилась генная инженерия, в результате чего появились новы — модификанты, чьи тела были искусственно улучшены. Акцент делался на силу и выносливость, устойчивость к агрессивной внешней среде. Новы служат в армии, трудятся на заводах, в шахтах, укладчиками железнодорожного полотна… Их можно встретить на Крайнем Севере и под водой, высоко в горах и в космосе. Некоторые модификанты обладают высоким уровнем интеллекта и пробиваются на руководящие должности, но это, скорее, исключение, чем правило.
Для себя я отметил, что новы — это переделанные существа, чей генотип изменён в лабораториях. Кто это позволил сделать? Насколько я понял, на подобный шаг идут отчаявшиеся родители, которым спрогнозировали рождение ребёнка с патологией. Государство вмешивается в геном будущего человека, убирает патологию и наделяет ребёнка новыми свойствами. Родившись, модифицированный гражданин обладает всеми правами и может самостоятельно выбирать направление развития, но родители имеют на руках определённые рекомендации.
С менторами всё иначе. У одарённых есть сила крови, позволяющая при грамотном евгеническом отборе усиливать каждое последующее поколение. Несложно догадаться, что с момента появления первых менгиров по всему миру начали возникать семьи, культивирующие определённую псионическую способность. Чтобы выиграть эту гонку, генсеки СССР были вынуждены пойти на экстренные меры — разрешить некоторым Родам передавать полномочия по наследству либо удерживать ответственные посты под своим контролем. Загвоздка в том, что Рода, о которых шла речь в особом постановлении ЦК КПСС, либо развивали долгожительство, либо члены их семей были неспящими. Долгожители удерживали власть в некоторых сферах на протяжении десятилетий, неспящие передавали номенклатурные должности по наследству детям и внукам.
Информация повергла меня в шок.
Я насчитал семь знаменитых фамилий, стоящих у руля чуть ли не с середины «тридцатых» годов. Разумеется, таких семей было гораздо больше, но не все они были на слуху. Суть в том, что все ближние и дальние родственники, заключая «династические» браки, усиливали Род и захватывали ключевые посты в определённых сферах. Евгенический отбор позволял развивать побочные ветви с отличными от «столбового» Дарами. Например, Род Дзержинских в основе своего ядра был неспящим, но побочные ветви имели в своём составе энергетов, менталистов и физиков. Соответственно, чтобы стать ещё сильнее, отцы семейств постоянно женились и разводились, рожая как можно больше детей и оформляя на них все права.
По логике вещей, ни к чему хорошему такое привести не могло, ведь несменяемость властных структур — это признак деградации. Но правящие элиты сумели выдержать баланс, грамотно организовать систему сдержек и противовесов, вписать всю эту громоздкую иерархию в социалистические схемы. И да, главы Родов были преданы лично вождю, поддерживая все его начинания.
И где же тут всеобщее равенство?
Очень своеобразная модель.
Мягко говоря.
Зато стало понятно, почему Грекова так не переваривает Алайскую. Это исконная неприязнь пролетариата к аристократии. Нет, формально менторские Рода не считались аристократами, но по факту ими были. И обладали эти ребята неслыханным влиянием, позволяющим вознести на вершину или низвергнуть любого человека в стране.
В дверь постучали.
И я был вынужден отвлечься от своих исследований.
  
Глава 15 
 
— Не заперто! — крикнул я, разворачиваясь, чтобы видеть, кто пришёл.
В комнату заглянул Роман.
— Привет. Не занят?
— Входи. Так, ползаю по ОГАСу, смотрю всякую ерунду. Как ты?
Парень переступил порог, огляделся, решая, куда сесть. Выбрал стул справа от меня.
— Да нормально. Хорошо, что выбывшие не погибли.
— Большое облегчение, — кивнул я. — Но было бы странно, если б страна разбрасывалась менторами, согласись. Особенно теми, кто уже прошёл отбор для поступления в академию КГБ — пусть даже только в качестве претендентов.
  
— Это да. В общем, я в порядке. Как сам?
— Ну, либо мы выдержим, либо отправимся домой. Не так уж и страшно, если подумать. Ты чего пришёл-то? По делу или поболтать? Или принёс что-то? — я указал на тонкую книгу в его руке с пёстрой яркой обложкой.
— А, это? — Рома махнул рукой. — Нет, из дома для себя привёз. Читаю. Могу и тебе дать что-нибудь, если увлекаешься.