Дом на Уотч-Хилл (ЛП)

— Да, мэм.
— Ты уверена?
— Абсолютно, мэм.
Из-за всех этих нервничающих людей и обращения «мэм» я чувствовала себя инквизитором. А ещё я чувствовала себя субъектом этой самой инквизиции. Я леди особняка, и это моя проблема, но я совершенно не подготовлена к такому.
— Его раздавил инструмент? — спросила я Лейта.
Он выглядел опешившим от вопроса.
— Нет, но один инструмент действительно упал. Верёвки не выдержали. Приземлился на комбайн, сильно повредил его.
— Веревки истрепались или были перерезаны?
— Я их не осматривал.
Изображая уверенность, которой я определённо не испытывала, я сказала:
— Осмотрите, пожалуйста, затем принесите их в дом. Как умер мужчина?
— Я не видел никаких травм, мэм. Я просто хотел узнать, что делать с телом.
Я решила осторожно разведать.
— А какие варианты?
— Похоронить, — натянуто сказал он. — Сжечь. Утопить в одном из озёр. Вызвать судмедэксперта.
Ладно, вот теперь мы вышли за пределы ужасающего. Он назвал судмедэксперта как последний вариант и вообще не упомянул полицию.
— Вы ранее уже избавлялись от тел на участке? — резко потребовала я.
— Я лишь говорю, что позабочусь об этом так, как вы пожелаете.
— Вам приходилось ранее избавляться от трупов на данном участке? — повторила я, не собираясь позволять ему уйти от ответа. Да что это за место такое?
— Никогда, мэм, — пылко сказал он с безошибочно узнаваемым блеском обвинения в глазах. — Тут никогда не было трупов, от которых надо было избавляться.
Я услышала: «Затем появились вы, и у нас сразу труп. Когда Джунипер была здесь, всё явно не делалось так халатно!»
— Я бы хотела, чтобы вы вызвали судмедэксперта. Я хочу знать, кто этот мужчина, зачем он здесь был и как умер. Я так понимаю, он не из числа ваших сотрудников?
— Нет, мэм. Никогда прежде его не видел. Он не здешний.
— Пусть судмедэксперт позвонит мне, когда он заберёт… — я не могла закончить предложение. Тот же мужчина, который заманил меня в амбар, чтобы убить, каким-то образом встретил здесь свою собственную кончину.
— Да, мэм, — сказал Лейт. — Я оставлю верёвки на крыльце у южной двери. На этом всё, мэм?
Когда я кивнула, они как Три Балбеса спотыкались друг о друга, спеша покинуть моё общество.
После их ухода я сидела неподвижно, сжимая руку в той старой привычке, от которой невозможно было избавиться; будто тянулась за заверением или утешением, но не находила ничего, лишь отсутствие там, где я ожидала или надеялась обрести что-то. Я часто гадала, может, это бессознательный, инстинктивный поступок маленькой девочки, тянущейся к отцу, которого она никогда не знала, к сильной руке, за которую можно взяться и почувствовать себя в безопасности.
Заставив себя остановиться, я медленно вдохнула и выдохнула ещё медленнее, успокаивая себя. Я только-только уложила в голове тот факт, что мужчина подстроил покушение на мою жизнь, возможно, даже сам пытался меня убить, и что возможно (наверняка!), в прошлом было покушение на мою жизнь в Индиане, что моя мать убита — а теперь у меня на руках труп и ещё один вопрос в том, что быстро превращалось в длинный и ужасающий список.
Кто вообще убил его?
 Глава 11 
 Алисдейр 
Шаги королевской ведьмы вновь сотрясают землю поместья Кэмерон, угасая и струясь, питая и осушая. Под музыку в её крови юную Кайлех заставил танцевать ковен достаточно могущественный, чтобы пробудить луну на полночном небе, достаточно изобильный, чтобы внушать вожделение и зависть всем остальным существующим ковенам; ковен опасно незащищённый. Меня беспокоит не просто мой враг, но и судьба, и сама душа Дивинити.
Она видит меня, но не видит, и я должен найти способ это изменить. Я многому мог бы научить её, достаточно, чтобы с силой, которую я чувствую в её крови, у неё мог появиться шанс. Крохотный, надо признать, но шанс — это всегда шанс, тогда как птица, вопреки её ограниченным убеждениям, это не всегда птица.
  
Здесь, в Дивинити, лишь немногие драгоценные вещи кажутся тем, что они есть на самом деле.
Ведьма плачет, и вопреки случившемуся сегодня, эти слёзы дают мне надежду. Если я могу дотянуться до неё, значит, есть до чего дотягиваться. Её сердце ещё светлое…
Ах, свирепые превратности судьбы! На священной, знающей земле была пролита кровь до того, как она дала клятву, и чтобы защитить себя, она почерпнула силу самым губительным способом!
Она танцует на минном поле, которое сама же и сотворила.
Где сейчас та неподвижность, ведьма? Ты обязана вновь её найти. Это всё, что послужит тебе, всё, что может тебя спасти.
Не повторяй той ошибки вновь.
Это свяжет тебя на всю жизнь. По крайней мере, на ту недолгую жизнь, что останется тебе, если наш враг одержит верх.
 Глава 12 
— В этом правда не было необходимости, я могла приехать в ваш офис, — сказала я мистеру Бальфуру, когда мы устроились на диванчике в южной приёмной буквально через двадцать минут после того, как я позвонила ему и в деталях пересказала, что случилось со мной в амбаре, начиная с упавшего и отлетевшего инструмента, заканчивая загадочными собаками и, наконец, проинформировала его о теле. Правда в том, что я жаждала сесть за руль мерседеса, посмотреть, как особняк скрывается в зеркале заднего вида, и сбежать на несколько часов.
— Вы не будете покидать дом без охраны, пока я не разберусь в сути происходящего, — твёрдо сказал Джеймс Бальфур.
— Без охраны?
— У вас теперь есть телохранители: два перед домом, два на заднем дворе. Они будут сменяться на рассвете и на закате. Спите спокойно, зная, что какая бы угроза там ни маячила, восемь мужчин из числа самых опасных среди ныне живущих охраняют вас 24/7. Бывшие спецназовцы, наёмники. Смертоносные, когда это необходимо. Они следуют приказам. Они умрут, чтобы сохранить вам жизнь. Как только вы выйдете из дома, при условии, что у вас будет причина так поступить, — его тон твёрдо намекал, что мне не стоит этого делать, — они будут с вами. И не беспокойтесь, их услуги чрезвычайно хорошо оплачиваются поместьем. Если кто-то из них скончается, их семьи также получат хорошую компенсацию.
Скончается. Какое опрятное слово. Я задрожала от тона голоса мистера Бальфура, какого я никогда прежде за ним не замечала: ровный, неумолимый, хладнокровно практичный.
— И видимо, они просто ошивались поблизости, ожидая приказов, на случай, если они понадобятся? — насмешливо сказала я.
Он бросил на меня оценивающий взгляд и мягко рассмеялся.
— Да, мисс Грей, Джунипер беспокоилась, что нечто подобное может произойти. Это я дурак, который так не думал. Она сказала, что я недооцениваю соблазн богатства, ибо богатство никогда не было силой, которая двигала мной.
— Кто хочет моей смерти? Альтернативные наследники?
— Я был бы ошеломлён, если бы это оказалось работой Арчи и Изабель. Они знали, что они альтернативные наследники Джунипер, и всё же я ни разу не видел такого облегчения, какое испытали они, когда она сказала им, что нашла вас. У них изумительная жизнь с четырьмя очаровательными детьми, в прекрасном доме, в умиротворённом городе. Занять место Джунипер — это всё равно что унаследовать корону. Это меняет всё, и они не жаждут такой трансформации. Они бы, как и вы сейчас, оказались бы в центре внимания бесчисленных глаз и бесконечных трудозатратных требований. Они бы подчинились, отказались от своих работ, которые любят — она редактор детских книг, он юрист по международному налогообложению — и выполнили бы свой долг, ибо чувство долга им привито. Но они никогда не сделали бы такой выбор добровольно, и отчасти поэтому Джунипер выбрала их. Тот, кто жаждет короны, редко носит её достойно.
— Тогда кто?
Шумный вздох, затем: