Отец моего парня (СИ)

— Так вот, — я резко отмахнулась от нежелательных воспоминаний, погасив внутри неуместное возбуждение, — кто вы мне тогда? А? С чего тут вдруг контролируете?
Он распахнул рот, будто что-то хотел сказать, но тут же его захлопнул. Внутрь поселилось не свойственная грусть. Всё-таки, стоит признать, я ожидала услышать нечто иное от мужчины, с которым сплю. Глупости какие!
— Поэтому оставьте меня в покое! — взорвалась агрессивнее, чем стоило. Но тут же выдохнула, собирая мысли в куча и размеренно отрапортовала: — Я благодарна вам за то, что подвезли. И что выделили койку-место на эти дни. Все. Сегодня я домой вернусь.
— Нет. Там не закончен ремонт, — холодно поставил перед фактом Дмитрий Петрович. Он покачивался из стороны в сторону, недовольно осматриваясь, будто действительно находился в каком-то борделе и стены давили.
— А… Плевать! — хмыкнула я, а затем просто развернулась и быстрым шагом направилась к комнате для персонала.
Менеджер Марина остановила меня у двери с вытянутой рукой и многозначительно кивнула куда-то за спину:
— Папка твой?
Я обернулась и ахнула. Дмитрий Петрович сел за самый центральный стол в середине зала, с которого отрывался вид на все заведение. Достал влажные салфеточки и принялся все вокруг себя вытирать с многострадальным брезгливым видом. Уф!
— Маша, прием! — вернула меня в реальность Марина. Я перевела на нее расфокусированный взгляд и кратко кивнула. Не ее это было ума дело – кто мне Дмитрий Петрович. Может, я и сама не знала? Но, уж точно не собиралась это обсуждать с малознакомой женщиной. — Часики у него зачетные на руке… Ролекс что ли… Маш, ты че, мажорка?
На этот вопрос я даже отвечать не стала, настолько мерзко он прозвучал. Сославшись на то, что я не успеваю переодеться в форму, быстро ретировалась в комнату, плотно закрывая за собой двери.
Обычно приготовления к рабочей смене занимали не более получаса, в этот же раз все растянулось на добрые сорок минут. От мысли, что Дмитрий Петрович все еще сидит там – было не по себе.
Когда я вышла, то старалась демонстративно не встречаться с ним взглядом. Но… Было совершенно невозможно не почувствовать ту волну жара, что окотила меня с ног до головы. Я знала, что Он смотрит. Чувствовала – куда. Как его цепкий взгляд скользит по вырезу на груди, ложбинке на шее, талии.
— Машунь, — елейно обратилась ко мне Марина, натянуто улыбаясь. Я как раз приняла свой первый заказ и собиралась его относить. — Я тебя сегодня на ВИП-зал поставлю. Помнишь, ты всегда хотела? Так вот, дам тебе самые большие столы. Там заказ сейчас будет более чем на двести тысяч.
ВИП-зал в баре «Брейк» считался не просто злачной точкой для официантов. За него сражались на смерть! Потому как посетители за вечер могли оставить девушкам двойную заплату. А то и тройную.
— Естественно! — от радости едва не уронила поднос. Ведь именно сейчас, как никогда, мне нужны были деньги. Жить в доме отца своего бывшего и не иметь возможности даже оплатить часть ужина – позорно.
— Но, — наконец подошла к сути та и многозначительно кивнула на столик Дмитрий Петровича. — Есть одно условие. Оно не обговаривается.
Я не хотела поворачиваться, совершенно нет. Все вышло самое, как и инерции. И когда наши взгляды встретились, во рту мгновенное пересохло, коленки подкосились. Дмитрий Петрович выглядел, как хищник на охоте, выслеживающий свою жертву. Одно неправильное движение: закинет себе за плечо и унесет в берлогу.
Прочистив горло, я растерянно вернуло внимание Марине и прикусила губу до боли:
— К-какое?
— Этот столик, — ее наманикюренный ноготок указал прямо на Дмитрия Петровича, и я неожиданно для себя вздрогнула. Прямо повело. — Сегодня мой.
Пульс отдавал битами в ушах, пока я отчаянно пыталась избавиться от неприятного вкуса желчи во рту и неконтролируемого раздражения. Это не было хорошо. Совсем нет!
— Но… Ты ведь не принимаешь заказы! Ты курируешь официантов и…
— Сегодня, — громкого и властно перебила та, — принимаю. Так что, идет? Договорились?
 
Я бросила еще один взгляд на Дмитрия Петровича, он что-то печатал в своем телефоне. Мне не хотелось отдавать мужчину Марине. И… Кому бы то ни было. Это чувство испугало меня так сильно, что я едва не задохнулась.
— Господи боже, — от неожиданности на глазах выступили слезы, и я тут же сморгнула их, подняв голову вверх, — Что за черт? Как такое может быть?
Два года я встречалась с Валерой и никогда не испытывала ничего подобного. Даже близко! Жжения в легких вместе с бабочками в животе. Нет… Нет. Нет! Я просто не могла влюбиться в него за какие-то два дня. Такого просто не бывает. Не со мной!
— Почему не может быть? Он очень симпатичный мужчина. Такой… Обольстительный, — пробормотала Марина, не стесняясь рассматривая моего «отца». Я сцепила зубы и едва не раскрошила пальцами поднос. — Я не буду на него давить, честно. Просто поухаживаю... Салфеточки там поднесу, подгон от бара организую… Так, что? Согласна?
Я снова посмотрела на Дмитрия Петровича и ощутила страх. Страх, что мое сердце может оказаться в подобных руках. Мужчины, которых безумно любит девушек. Через которого прошли сотни, если не тысячи. Мы для него – как перчатки. Сегодня одна подходит к костюму, завтра вторая… К тому же, он старше. А еще, отец моего бывшего.
Если внутри и были чувства, их стоило не развивать, а вырвать с корнем на корню, что я и собиралась сделать. Сейчас.
— Отлично, — кратко кивнула, утирая нос тыльной стороной ладони. — Ухаживай, обслуживай… Что ты там собиралась делать? Плевать. Я заказ понесла.
И какими бы правильными не были эти слова, внутри словно что-то оборвалось.
Пока я относила коктейли Марина переодели свой серый скромный свитер и натянула красную рубашку с глубоким вырезом. Даже рыжие волосы затянула по типу прически на затылке.
— И давно она так? — деланно равнодушно спросила я бармена, указывая на женщину, активно флиртующую с Дмитрием Петровичем. Мне не было видно его лица, но вот Марина заливалась от смеха.
— Минуты три точно, — пожал плечами тот, а затем рассмеялся. — Она даже попросила меня через пять минут принести им парные коктейли. Типа по ошибке. Чтобы у нее был повод за стол присесть.
Я с ужасом посмотрела на бармена, и еда упустила меню. А оно у нас, между прочим, деревянное.
— Не неси, — взмолилась тихо, — Ты не должен.
— Это премия, Маш! — покачал головой парень, а затем придвинулся к моему уху и тихо шепнул: — А если я ненароком оболью этого мужика – двойная.
Сцепив зубы, я резко развернулась и быстрым шагов направилась с ВИП-зал. Чтобы не сделать и не сказать ничего плохого. А там внутри была полутьма и множество закрытых кабинок. Самая крайняя – самая большая. Мини банкетный зал, где какие-то кавказцы что-то праздновали с кальяном и полноценной закуской. Более того, они заказали все меню, чтобы попробовать каждую позицию.
Когда я уже собиралась уходить и даже открыла дверь, один из парней встал и положив руку мне на талию, ласково прошептал:
— Машенькая, вы не скрасите нашу компанию своим присутствием? Ничего такого, просто рядом посидите.
— У меня работа, — пожала плечами я, выпутываясь от нежелательного касания. Несмотря на деланную вежливость, глаза незнакомца мне показались не хорошими.
— Не переживайте! Мы люди не бедные. Выкупим на всю ночь, — закивал тот деловито, а меня прямо повело.
Я что, эскортинца? Или стриптизерша, чтобы меня на ночь выкупать? Но это был клиент, а он всегда прав. Поэтому засунув гордость на месте, отмахнула:
— Извините, это не возможно.
 
И быстро ретировалась, чтобы он не успел еще чего добавить. Уже у дверей вдруг едва ли не споткнулась об преграду. Мне не нужно было поднимать взгляд, чтобы уловить будоражащий кровь аромат духов.
— Что он от тебя хотел? Пусть еще раз тебя тронет, нах. — спросил он рыча как-то странно. Я встретилась взглядом с Дмитрием Петровичем и поняла, что смотрит он куда-то за спину. На ту самую кабинку. А значит, все видел. — Собирайся, Машунь. Хватит. Мы домой.