Хмель диких трав (СИ)

— Иди. Ты права. Это нехорошо, когда любимые тобой и любящие тебя люди недовольны.
Дома художник начал отчитывать жену:
— На кого ты похожа? Во что ты только превратилась?
— А что я такого сделала? — невинно захлопала Марта на него своими крашеными ресницами. — Не понимаю. Всего лишь выпила три бокала шампанского. Могла бы больше, если бы захотела.
— Я считаю, что это достаточно много. У тебя была депрессия, оттого ты выпила. Если бы её не было, то ладно. И то это уже достаточно много. Не пей так много, по крайней мере, пока твоя депрессия не прошла.
  
— Ах, ты моралист какой выискался! — повысила она на него свой голос. — Как сам пил, так можно, а мне так нельзя. Да кто ты такой, чтобы запрещать мне?
— Я не запрещаю, — потупив взор долу, произнёс Марат. — Я знаю по себе, что, когда у тебя депрессия, тяжело с ней бороться. Поэтому легче всего начать выпивать. Начинается с малого.
— Ты ещё скажи, что я у тебя алкоголичка и женский алкоголизм не лечиться.
— Я такого не говорил. Не передёргивай.
— Но подумал.
— Я такого не думал.
— Неправда. Подумал.
— Вовсе ничего подобного. Я не хочу, чтобы ты повторяла мои ошибки. Я сам прекрасно помню себя в таком состоянии, когда пьянствовал.
— Какой ты великодушный! Надо же. А я и не знала. Только теперь обратила внимание.
— Думай, как хочешь.
Женщина ушла заниматься домашними делами. Через полчаса, когда она полностью протрезвела, она явилась в другую комнату к Марату.
— Извини меня, Марат. Я была выпивши, поэтому наговорила тебе резкостей.
— Я простил тебя, Марта. Я очень тебя люблю, ты мне бесконечно дорога, поэтому волнуюсь за тебя.
— Я только теперь поняла всё это. Я постараюсь больше не подводить тебя.
— Мне было полезно посмотреть на себя со стороны. Теперь я точно понял, что ты чувствовала, когда видела пьяным меня.
В знак примирения они поцеловались. В семье опять воцарились мир и покой, но ненадолго.
Начальница отдела честно пыталась бороться со своей депрессией. На время она отступила. Затем навалилась на неё снова. Сильнее, чем прежде.
Она попыталась бороться с ней трудотерапией. Совсем не помогло.
В горле и груди Марты день и ночь стоял ком. Она не могла ничего поделать с этим, как не старалась.
Тогда она позвонила на мобильный Лене.
— Алло. Можно я приеду к тебе? Ещё вместе выпьем. Правильно говорят, что выпивка помогает. После неё мне сразу как — то стало легче. У тебя есть ещё выпивка?
— Конечно. Приезжай. Я буду только рада. Только поскорее. Мне сейчас тоже в самый раз напиться.
Начальница отдела вскоре заехала к домохозяйке на своей машине.
— О, какая встреча! — произнесла она, завидев подругу на пороге.
— Это да, — широко заулыбалась та в ответ.
Молодая женщина снова налила шампанское в бокалы.
— Твоё здоровье.
— Что у тебя опять случилось, Лена?
— У папы всё те же проблемы. Похоже, дело действительно идёт к его полному разорению.
— Это ужасно.
— Ты даже не представляешь себе как, Марта!
— Всё или есть что — то ещё?
— Что — то Руслан совсем стал холоден ко мне в последнее время. Он и так уже много лет не пылает страстью ко мне, а сейчас совсем охладел. Почему он именно такой я боюсь даже подумать.
— Как те книги, которые он недавно купил тебе?
— Они мне понравились, причём. сразу все три. Раиса Сосновская действительно талантливо пишет, кто бы мог подумать. Я запоем прочла все её книги. Просто не оторваться.
«Знала бы ты кто такая Раиса Сосновская, так не восхищалась бы ей, а устроила целую истерику» подумала Марта. «Однако я не буду говорить тебе об этом. У тебя и так слишком много неприятностей, чтобы я решилась окончательно отравить тебе жизнь. Рая не собирается возвращаться к Руслану. Если он захочет, сам расскажет тебе. Я буду молчать».
Они выпили первый бокал шампанского. Лена налила им по второму.
— За то, чтобы у меня, наконец, родился ребёнок, — произнесла начальница отдела.
— Замечательный тост.
Женщины продолжили пить. Выпили они прилично.
— Мне пора, — заявила Марта.
— Ты за рулём. Не боишься?
— Мне уже всё равно, — с безраздельно горечью в голосе заявила она. — Мне ничего не страшно.
— Ну, тебе виднее.
Она села за руль. На неё сразу накатила такая эйфория!
«Мне всё нипочём» думала женщина. «Со мной ничего не случится. Вот сейчас я легко доеду домой. Потом я всё — таки смогу забеременеть и родить ребёнка. Надо только подождать. Марат сейчас ругает меня, а после родов будет так доволен! Вот только что — то голова так кружится. Странно. Вроде всё нормально. С чего бы?»
Сначала она потеряла управление, а затем сознание.
Очнулась Марта уже в больнице. Над ней склонился врач:
— Марта Вениаминовна, как вы себя чувствуете?
— Паршиво, — призналась она. — Откуда вы знаете кто я?
— К счастью, с собой были ваши документы. Мы позвонили вашим родственникам.
— Как они? Где они?
— Здесь, в больнице. Что вы так не бережёте себя? Вы же беременны. Вам же ещё рожать. Вам ещё повезло, что вы легко отделались.
— Я что? Вы шутите?
— Нет. Вы совсем не ошиблись. Срок три недели.
— Ура!!! — закричала начальница отдела на всю палату, наверно, её было слышно даже в коридоре. — Не может быть!!!
— Что вы так орёте? — не удержался врач от замечания.
— Вы извините меня. Просто мы с мужем так долго ждали этого ребёнка. Целых пять лет. У мня никак не получалось забеременеть Это иначе, как чудом не назовёшь.
— Понимаю, — мягче заговорил с ней врач. — Наверно, на вашем месте ещё не так орал от счастья.
— Мой муж здесь?
— Да. Где ему ещё быть?
— Вы не впустите его ко мне?
— Впущу. Только ненадолго. Вы сильно переволновались. Вам надо отдыхать.
Марат сказал женщине:
— Марта, какая же ты дура!!! Но я всё равно люблю тебя.
— Ты уже знаешь?
— О чём?
— О моей беременности?
— Да.
— Откуда?
— Твой лечащий врач сказал нам. Потому и назвал тебя дурой. Извини. Не удержался. Не обессудь.
— Да ладно, — Марта махнула рукой, — дура она дура и есть. Я так подвела тебя. Меня нельзя простить.
— Будешь перевоспитываться? Тогда прощу.
— Буду. Мне больше нет смысла пить. Раньше я пила потому, что не могла забеременеть. Теперь могу. Поэтому я прекращаю пьянствовать.
— Единственное мудрое решение, особенно в твоём положении. Я пойду. Врач сказал, что долго находиться у тебя нельзя.
— Позови Руслана.
— Сестрёнка, как ты?
Бизнесмен весело улыбался ей.
— Могло быть и лучше. Но я сама виновата.
— Чем ты думала?
— Я не знаю. Но, как сказал Марат, я дура. От себя могу добавить, причём, полная. Но я вылечусь.
— Что ж, хотелось бы надеяться.
— Мама в коридоре?
— Где ей быть?
— Позови её.
— Сейчас.
В палате показалась Клавдия Гавриловна.
— Марта, какая же ты идиотка! Но я всё равно люблю тебя.
— Мамочка, я тоже люблю тебя.
Она обняла дочь и поцеловала её в щёку. Для того, чтобы она повела себя так нужно было, чтобы случилось нечто необычное, как сейчас.
Они стали плакать и смеяться одновременно.
Появившийся врач сказал:
— Больной требуется полный покой. Идите домой.
Родные послушались его указаний и отправились по домам. Через некоторое время Марту выписали.
— Теперь обязательно береги себя, — порекомендовал ей Марат, когда забирал её из больницы.
— Непременно.
Она окончательно бросила пить, стала неукоснительно соблюдать все рекомендации врача.
Рае позвонил Трофим Терентьевич:
— Приезжайте скорей. У меня для вас потрясающая новость.
— Надеюсь, приятная? А то на меня в последнее время валятся одни неприятные.
— Уверяю вас, вам понравится.
Она быстро приехала в издательство:
— Что у вас за новость? Что мне должно понравиться?