Двенадцать месяцев неловких моментов (ЛП)

Брайс ловит мой взгляд.
— Позавтракала?
— Я бы предпочла, чтобы ты поцеловал меня. — Мои щеки вспыхивают.
Он с отчетливым стуком ставит чашку на стол.
— Вот тебе и спокойное утро. Ты слишком вкусная.
Брайс целует меня, и мысли исчезают. Его губы пробуют мои на вкус, а руки сжимают спину. Я наклоняюсь, наклоняюсь и наклоняюсь. Падаю. Закидываю руки Брайсу на шею, когда он опускает меня на кровать. После он опускается на колени. Я смотрю на Брайса, пока он распахивает халат, который я позаимствовала из шкафа. Нервничаю, когда он видит мою наготу. Он смотрит, и каждая секунда кажется часом. Потом Брайс наклоняется и начинает губами ласкает мой пупок, двигаясь все ниже и ниже.
Позже, когда мы возвращаемся в Коннектикут, и рука Брайса лежит на моей, я задаюсь вопросом: на что похожа любовь? Уверена, что она существует. Я люблю Брайса, как запах листьев под тающим снегом, или полуденное солнце, проникающее через окно аудитории, чтобы согреть серые холодные парты.
***
В пятницу у меня снова запланирован визит к Сандре, моему терапевту. Я приехала чуть пораньше, поэтому сейчас вынуждена сидеть и слушать, как мальчик выкрикивает ругательства в адрес матери. Ожидая, пока Сандра закончит с этим «милым» пациентом, размышляю о последних событиях в моей жизни, о том, почему я здесь сегодня. Я должна быть благодарна отцу за то, что он вырастил меня, но после развода родителей я стала его опекуном. Всякий раз, когда что-то идет не так, я это исправляю. Мама не хочет иметь с ним ничего общего, а сестра живет слишком далеко, чтобы помочь. Я буфер, посредник. Но все больше и больше все идет не так, и я не уверена, что смогу с этим справиться.
Через несколько минут Сандра зовет меня в свой кабинет, она выглядит слегка измотанной.
— Трудный случай? — спрашиваю я.
— Не все они такие замечательные, как ты. — Ее улыбка искренняя, хотя она и пытается шутить.
Я не могу не улыбнуться ей в ответ.
— Спасибо. Мне уже лучше, и я планирую оставить тебя. Посмотри на это, я твой первый мгновенный успех. Ты должна стать следующим доктором Филом (Примеч.: Филипп Кельвин «Фил» Макгроу — американский психолог, писатель, ведущий телевизионной программы «Доктор Фил»).
Мои слова вызывают у нее смех.
— Я знаю тебя почти три года. — Сандра усаживается напротив меня и поправляет длинные каштановые волосы, выпавшие из заколки на макушке. Она готова к работе.
Сандра берет свой блокнот в руки, и сеанс начинается.
— Как дела? Как колледж?
— Хорошо, но я не думаю, что смогу продолжать это, — говорю я ей.
— Колледж? — Сандра обеспокоена. — Что происходит?
— Не колледж. Папа, — уточняю я, теребя концы рукавов свитера. Они длинные и прикрывают мои ладони. — Он становится все более и более сумасшедшим, и я единственная, кто может с ним справиться. Погоди, я могу здесь сказать «сумасшедший», или это унизительно?
— Ты можешь говорить все, что хочешь. — Сандра делает какие-то заметки.
Я достаю телефон.
— Просто послушай сообщение, которое он прислал мне в прошлом месяце. — Я читаю вслух: — «Спасибо за то, что ты такая замечательная дочь. Я могу только фантазировать о том, как удивительна твоя жизнь теперь, когда ты идешь к своей мечте. Не позволяй маме или ее безумной семье разрушить все. Они всегда думали только о деньгах. Они лишили меня всего, но не лишат меня твоей любви. Она свежая, безусловная и чистая. Большое объятие и поцелуй от меня. Увидимся на выпускном».
— Что в этом плохого? — спрашивает Сандра.
— Звучит жутковато. Серьезно жутко.
Я решаю не говорить ей о других анонимных записках. Одна проблема за раз. Я хлопаю телефоном по ладони, отчего кожа начинает печь.
— Он пытается понять, как стать частью твоей жизни.
— Если бы это было так просто, но дело не только в этом. В последнее время у него проблемы с оплатой счетов. Я не хочу в конечном итоге делать все для него. Я едва могу управлять собственной жизнью.
— Давай обсудим варианты, потому что, если найти решение для него, это поможет тебе. — Сандра протягивает мне ручку и бумагу. — Есть ли какие-то социальные программы, которые могут ему помочь?
  
— Я уже записала его на некоторые и понятия не имею о других. — Мои плечи поднимаются и опускаются в поражении.
— Зато я знаю о них. Возможно, у меня даже есть литература. — Сандра встает и уходит за стол, открывает ящик и начинает перебирать бумаги. — Вот они. — Она вручает мне брошюры о еде на колесах, общинном центре, социальном жилье, и центре для престарелых.
— Что мне с ними делать? Его возраст достаточен для центра престарелых?
— Забери их домой и прочитай. Может, позвонишь по номерам и узнаешь, не могут ли они помочь твоему отцу.
— Отлично, еще одна работа. — Я морщусь, думая о времени, которое потребуется на это.
— Не переживай. Немного усилий сейчас спасет тебя от большой работы и боли позже.
Остаток часа мы проводим, придумывая разумный план. Я буду каждый день немного заниматься делами отца. Надеюсь, это удержит его от падения в кроличью нору, а меня избавит от необходимости идти за ним. Что касается Тани и моего преследователя, я буду ждать и молиться, чтобы все это было большим недоразумением.
Глава 8
12 марта
Отбросьте ожидания. Вы никогда не догадаетесь, что жизнь пошлет вам. Все, что вы знаете, — это то, что неизбежное случится.
***
На работе я отвлекаюсь на телефон. До этого я проигнорировала последние два сообщения от Богдена с приглашением на кофе, но решила, что когда-нибудь встречусь с ним. Я достаточно повзрослела, и мы можем остаться настоящими друзьями, а не фиктивными, как были. Тем не менее, я пока откладываю нашу встречу.
Я отвечаю на сообщение от Кайла, когда молодая веселая блондинка останавливается перед столом, переминаясь с ноги на ногу. Она — олицетворение того, чего нет во мне: подтянутая, спортивная и поразительно красивая, даже несмотря на то, что на ней надет спортивный костюм, а ее волосы собраны в неаккуратный высокий хвост.
— Чем могу вам помочь? — спрашиваю я.
— Мне нужен Брайс. — Она смотрит на меня так, будто я должна это понимать.
— У вас назначена встреча?
Ее смех звучит как перезвон колокольчиков.
— Нет, я просто привезла то, что он забыл сегодня утром.
— Прошу прощения? — Должно быть, я ослышалась.
Она начинает злиться.
— Он оставил несколько документов, которые должен подписать перед свадьбой, и попросил меня привезти их.
— Да? — Я в полном замешательстве, но мой разум находит логическое объяснение: Брайс шафер на чьей-то свадьбе. Возможно, это будущая невеста его лучшего друга. — Я позову его.
Я прошу другую секретаршу присмотреть за стойкой регистрации. У Брайса клиент, поэтому я стучу в дверь и жду. Кажется, проходит вечность, прежде чем он ее распахивает.
— В чем дело?
— Здесь женщина с документами, которые ты забыл, — я старательно не повышаю голос.
— Дерьмо. Она должна была позвонить мне из гаража, чтобы я подошел забрать их.
Слова просто вылетают у меня изо рта:
— Кто она?
Брайс запускает руку в свои светлые волосы и морщится, будто этот жест причиняет ему боль.
— Она моя невеста.
— Что? — Меня сейчас стошнит.
— Я могу объяснить. Мне так много нужно тебе сказать, но не сейчас. Встретимся после работы.
Я внимательно осматриваю Брайса, и внезапно он предстает мне совсем в другом свете. Я замечаю следы пота под подмышками, и как редеют волосы. В его встревоженных глазах отражается беспокойство, и я впервые обращаю внимание на морщинки.
— Я беру отгул до конца дня. Плохо себя чувствую, — заявляю я и ухожу, не оглядываясь.
На следующий день подаю заявление об увольнении. Осталось отработать еще две недели.
И я не приглашена на свадьбу.
Я плачу везде: на занятиях, в душе, в постели… но не на работе. Там я — каменная стена.
Однажды ночью Таня слышит мой рев, хотя звук у телевизора включен на полную громкость. Я лежу на животе поперек кровати в черных спортивных штанах и старой футболке, мои волосы в жутком беспорядке.