Тайный наследник Дона (ЛП)

— Может, он просто похож?
— Елена. — Мойра произносит мое имя вкрадчивым тоном, словно пробуждая меня от сна, от которого я не хочу просыпаться. — Это действительно он. Я знаю, чего ты боишься, мы должны поговорить об этом завтра на работе.
— Конечно, поговорим. — Она вешает трубку прежде, чем я успеваю добавить: — Это если я смогу дотянуть до завтра.
Всю оставшуюся ночь мои мысли были в беспорядке, а когда наступило утро, я пришла в офис с опухшими глазами. Я не плакала, я почти не спала, так как мысли не давали мне покоя.
Я пытаюсь заниматься бумажной работой, чтобы отвлечься. Время тянется медленно, но я благодарна, когда кто-то распахивает мою дверь, не позаботившись о том, чтобы сначала постучать. Я знаю, что это Мойра, только она осмелилась бы войти в мой кабинет без стука.
— Привет, подруга, — говорит она, вбегая в кабинет, и широкая улыбка расплывается по ее лицу в дружеском приветствии. Она задыхается, развалившись на Г-образном диване в нескольких футах от моего стола. Она опоздала. Так намного, что я думала, что она вообще не придет. — Боже, кажется, я сейчас потеряю сознание.
Я смотрю на нее с подозрением.
— Ты напилась прошлой ночью?
Она виновато ухмыляется.
— Я познакомилась с горячим итальянским парнем, не смогла пройти мимо, когда он предложил мне выпить… и заняться сексом.
При упоминании "секса" меня передергивает, и она это замечает.
— Девочка, тебе нужно трахнуться в один из этих дней. Ты так долго была без секса, что уже практически девственница.
Спасибо. Как будто у меня и так мало проблем от секса, который был семь лет назад.
— Итак, давай поговорим о твоей проблеме, — начинает она, переключая свое внимание на меня и отвлекаясь от восхитительного секса, который был у нее накануне вечером. — Что ты собираешься делать теперь, когда он вернулся?
Я стараюсь не закатывать глаза, потому что ответ очевиден.
— Если бы я знала ответ на этот вопрос, я была бы самой невозмутимой женщиной на земле, тебе так не кажется?
Она пожимает плечами, и я не могу понять, соглашается она со мной или нет.
— Остается одна проблема, что ты до сих пор не можешь найти себе парня. Но и, во-первых, ты не сможешь вечно прятать Лукаса от него.
— Ты уверена? Потому что я думаю, что смогу. — Я не шучу в таких серьезных ситуациях, как эта, но мои плечи тяжелы от груза страха, который течет по моим венам. Я думаю, что смогу успокоить свое волнение, если попытаюсь немного преуменьшить ситуацию, но это только заставляет меня нервничать еще больше. — Мойра, я не могу позволить Доминику встретиться с Лукасом. Я не хочу, чтобы он…
— Спутался с темным миром, — помогает она мне закончить. — Я знаю, но вот что я тебе скажу: Лукас заслуживает шанса встретиться со своим отцом.
— Его отец — глава итальянской мафии, Мойра. — Разочарование ползет по позвоночнику, и мне трудно сдержать свой тон. — Он не обычный человек. Он босс мафии. Ты знаешь, что это значит?
Это значит, что его деньги — кровавые деньги, его руки пропитаны кровью, а сам он жесток, как монстр. Как я могу допустить, чтобы мой сын оказался рядом с ним?
— Что ты собираешься делать прямо сейчас? Я уверена, что ты не собираешься держать Лукаса взаперти в подвале вашего особняка, чтобы держать его подальше от Доминика.
Я жую нижнюю губу, размышляя.
— Я не могу держать Лукаса взаперти, но мы можем сделать так, чтобы Доминик никогда о нем не узнал.
— И как мы это сделаем?
— Начни с того, что не напивайся и не проливай бобы в клубе. Ты единственный человек, который знает правду обо мне и Доминике. Доминик ничего не заподозрит, если ты ему не расскажешь.
— Ты сейчас серьезно?
Я откинулась на спинку стула, поворачивая его из стороны в сторону.
— Серьезно, черт возьми.
Мойра хмыкнула.
— Может, ты не заметила, но Лукас — вылитый Доминик. Если Доминик положит глаз на Лукаса, он будет всего лишь на расстоянии теста ДНК от того, чтобы узнать, что это его сын.
Она права, и от этого факта мое сердце сильно бьется о грудную клетку. Доминику не понадобится много времени, чтобы соединить точки и узнать, что Лукас — его сын, если они когда-нибудь встретятся.
 
— Тогда мне придется каким-то образом держать Лукаса подальше от него. Пока я не знаю, как, но я должна это сделать.
— Елена.
Я моргнула, глядя на подругу.
— Чего ты на самом деле боишься? — Спросила она мягким голосом. — Ты действительно боишься, что Лукас пострадает, если Доминик узнает о нем, или ты боишься своих собственных чувств к этому человеку?
Мир вокруг меня замирает, и вопрос Мойры повторяется в моей голове.
Чего же я боюсь на самом деле?
Я не могу отрицать, что мои чувства к Доминику все так же сильны, как и раньше. Но все же есть страх за безопасность Лукаса. Доминик мог лгать мне о том, чем он зарабатывает на жизнь, но я ни на секунду не сомневалась, что он любил меня. То, как он смотрел на меня, как был нежен со мной, — все это не могло быть фальшивым.
Он любил меня. Может быть, не так сильно, как я его, но все же я знаю, что любил, и он не сделал бы ничего, чтобы причинить мне боль. Я боюсь не его. Меня до костей пугает боль, которую я увижу в его глазах, если он узнает, что я хранила от него такой секрет.
А больше всего меня пугают его враги.
Что, если начнется война? Что они сделают? Такие люди, как мафиози, могут ранить женщин и детей, не пошевелив и ресницами.
Я никогда не погружалась в его мир за те четыре месяца, что мы были вместе, но я не настолько наивна, чтобы не знать об опасностях, которые таит в себе мафия. Я знаю, что такое опасность, и не думаю, что я создана для этого.
Я не была такой семь лет назад и не стала сейчас.
Мой голос звучит приглушенно, когда я заставляю себя ответить.
— Меня пугает все, Мойра. Все.
Последовавшая за этим тишина звучит громко и отчетливо.
Мойра поправляет свое положение на диване.
— Послушай, детка. Я все еще думаю, что ты должна дать Лукасу и Доминику шанс, но я буду рядом с тобой, какое бы решение ты ни приняла. Мы пройдем через это, хорошо?
Мои губы дрогнули. Не самой яркой улыбкой, но искренней.
— Я когда-нибудь говорила тебе, как мне повезло, что у меня есть ты?
Мойра была моим "спасением или смертью" с первого дня нашего знакомства. Она была лучшей тетей для Лукаса и лучшей подругой-сестрой, которую только может пожелать любая женщина. У нас не всегда совпадают мнения, и мы иногда ссоримся. Но что бы ни случилось, мы всегда поддерживаем друг друга. В этом и заключается изюминка нашей сестринской дружбы.
— Теперь сказала, — говорит она, ухмыляясь. — Тебе лучше относиться ко мне правильно и дать мне большую прибавку к зарплате.
— О, точно. Ты отправила отчет?
— Черт. — Ее голова падает между плеч. — Между тем, как я трахала парня в клубе и заливала душу, у меня не было времени. — Она зажала нос. — Я сдам его завтра.
— Тебе же лучше, пока я не передумала.
Она смеется.
— Ты не посмеешь.
В компании уже есть длинный список сотрудников, ожидающих повышения зарплаты, и хотя я могу пропустить очередь, чтобы Мойра оказалась в верхней части списка, я предпочитаю следовать протоколу. Все в компании уже знают, что Мойра — моя лучшая подруга, но я никогда не стану проявлять неуважение к другим сотрудникам, демонстрируя благосклонность.
Она обводит взглядом офис.
— Где Лукас?
Я вздохнула.
— В школе. У него сегодня футбольный матч, и он не разрешил мне прийти. Он настаивает, что туда пускают только пап.
— Логично, если хочешь знать мое мнение. Думаю, тебе пора подумать о том, чтобы найти ему отца.
Если бы все было так просто.
Я вытягиваю ноги под столом. Я просидела весь день, и они начинают болеть.
— Ты так говоришь, будто я могу просто заказать его на Amazon.
Глаза Мойры озорно морщатся.
— Ты можешь заказать его в клубе. Высокий, горячий и готовый надеть на тебя кольцо.