Забытые на обочине
Геннадий перевел дыхание. Заваров застонал и сел. Геннадий спросил едва сдерживаясь.
- Кому ты протрепался про наше дело, придурок?!
- Что?
- Протрепался, или продал?! Все равно тебе конец! Так хоть подохни, как человек! Ну?
Заваров вновь попытался подняться с мокрой земли, но получил такой удар в ухо, что завалился на бок и прокричал.
- Обьясни о чем ты говоришь, псих! Я ни хрена не понимаю!
Заваров кинул ему в ноги мешок.
- Залезай в него! С головой!
Заваров отчетливо видел в руке взбесившегося приятеля оружие и понимал, что торговаться ещё не время. Он влез в мешок с ногами и обхватил колени руками. Геннадий подошел вплотную, стянул горловину мешка на шее Заварова и туго затянул тесемки так, что Заваров едва дышал, а уж пошевелиться и вообще не мог.
Геннадий сунул пистолет в карман, вернулся к своей машине, достал бутылку водки, свинтил пробку и спросил буднично.
- Пить будешь?
- Дай.
Геннадий сам сделал короткий глоток, потом поднес горлышко бутылки к губам Заварова и тот тоже прихлебнул.
В полном молчании Геннадий неторопливо закурил и заговорил мерно.
- Значит так. Я только что из "двух семерок". Уже третий день Шаратаров косит на меня зверем. Вчера бригада обсуждала кое-какие проблемы, меня даже не пригласили. Такого не бывало. А сегодня, час назад, Шаратаров плюнул мне в лицо и заорал: "Продал меня, сука! Яму под меня роешь!" Ну? Что скажешь?
Заваров попытался взять себя в руки, ответил укоризненно.
- Гена... Ты только не трусь. Он же сказал: "яму роешь". Он не сказал - "тоннель копаешь" Просто это такое выражение. Ошибка.
- Нет, дорогой. Я Шаратарова хорошо знаю. Он не делает ошибок. И никогда ничего не говорит зря! А тем более не плюет в лицо помошнику!
- Геннадий... Про наш тоннель не знает никто. Даже те, кто копает. Вся команда и маркшейдер, Бригадир понятия не имею куда и зачем роют тоннель! Их контролирует клоун Левка Огнев и тот считает, что мы просто роем запасный выход на случай облавы ментов. Все под контролем. Они работают совершенно изолировано, Гена. Грунт вывозят по ночам. Никаких срывов. Тройной контроль!
- А побег?! Ты лопотал о побеге недавно?
- Так и что? Живым никто не убежал. А то, что там мою "подсадную утку" замочили, так этому ублюдку туда и дорога. Хрен с ним! Его никто искать не будет.
- Значит продал - ты! Больше некому! Сам доказал.
- Гена, ты просто паникер. - терпеливо и осторожно жал Заваров. Шаратаров и раньше тебе не очень доверял. Что он ещё сказал подозрительного?
- Сказал, что такие сопляки как я, слишком рано мечтают сожрать вожака волчьей стаи. Сказал точно: "У Акелы ещё крепкие зубы, ты, бандерлог!" Знаешь это откуда цитата?
- Да. "Маугли". Бандерлоги - обезьяны.
- Правильно. Акела - вожак стаи свободных волков. Хватит литературы. Теперь так, Витя. То, что я тебя убью, остается в силе. Но, может быть, дам тебе погулять недельку-другую. - он ударил ногой в бок Заварова, целясь в печень и выкрикнул. - Я должен знать, откуда дует ветер! Должен, гнида!
Заваров поморщился от боли и ответил, срываясь.
- Он тебя правоцирует, Гена. Берет на понт. Был бы уверен в чем, то проверил бы. Мы оба были бы уже мертвецами. Подумай сам, как я мог тебя предать, если у меня даже контакта нет с Шаратаровым?! И с братвой его нет контакта. Ни с кем нет контактов, я одинокий волк.
- Шваль ты вонючая! Да потому-то в таком деле я с тобой и спутался, что у тебя ни с кем нет контактов! Потому, что ты - ничтожество, ничтожество, ничтожество! Я на то и рассчитывал, что все прокрутим тайно! С кем ты, сука, общнулся? Кому продался?
Заваров благоразумно не ответил на это вопрос, зазвучавший уже рефреном. Геннадий распахнул дверь машины, боком сел в кресло, спросил безнадежно и обессиленно.
- Еще выпить хочешь?
- Глоток.
Геннадий поднес к его губам бутылку и Заваров булькнул два раза. Тот же номер повторил и Геннадий, вытер губы и сказал убежденно.
- Витя, я психую. Я обосрался от страха. Вспомни, кому ты мог трепануть, ну, по пьянке, - про дело, про меня? Вспомни. Сестре, любовнице, матери? Кому, Витя? Это надо сейчас знать точно, или нам обоим с тобой кранты верняком!
- Сестра моя знает, что ты есть. И больше ничего. Наташка тоже знает. Матушка моя давно померла. Климов подох, про тоннель знал, но больше ничего. Всё, Гена, мне про тебя просто больше некому трепать.
- А про дело?
- Тоже никому. Но... Но!
- Говори. - произнес Геннадий, не разжимая рта.
Заваров не отвечал около минуты, потом потребовал без напряжения.
- Развяжи меня и не психуй. Угробишь меня, сам умрешь через пару дней. Такая получается заковыка, Гена, что либо вы выкрутимся вместе, либо обоим хана в натуре. Развяжи, я не блефую.
Геннадий неторопливо развязал тесемки мешка и сбросил их с плеч Заварова. Тот закряхтел, поднялся, одобрительно усмехнулся.
- А я не думал, что ты на такие крутые штуки способен.
- Ладно обо мне. На чем мы горим?
- На моей глупости. - твердо произнес Заваров. - Фрайернулся я, как последний сопляк. Так получилось, что я намекнул одному человеку, что хочу посчитаться с Шаратаровым. Покусать его за ляжку.
- Кому сказал?
- Намекнул. Рыбе. Оскару Борисовичу.
- Рыбе?! Зачем, идиот?!
- Обьяснил. По дурости. Цену себе набивал. Авторитет себе хотел нарисовать.
- Кретин. - сокрушено определил Геннадий. - Неужели не понимал, что месяц-другой и все Рыбы и Шаратаровы пятки нам лизать будут? А теперь что? Теперь мне все до конца ясно...
- Что, Гена?
Геннадий задумчиво помолчал, потом сказал нехотя.
- На той неделе справляли поминки по одному "авторитету". Годовщину, как его в собственном сортире на даче взорвали. Прям под голым задом бомба дернула... Хорошо гульнули за городом. Тоже все "авторитеты". Ну, Рыба держал поминальную речь. И сказал, что покойный "авторитет" получил свою бомбу под задницу, потому что доверился холуям. Точнее так: "старый туз верил молодым холуям, а именно им верить нельзя!" И при этом захихикал и похлопал Шаратарова по плечу... Потом они в сторонку отошли и парой слов перекинулись. С той минуты Шаратаров на меня и вызверился. Потому что я, трепач ты мой дорогой, самый молодой холуй среди самых близких "шестерок" Шаратарова. Все остальные - его старая гвардия. Старая сволочь со своим Воровским Законом, им давно пора передохнуть!
- Генка, да я же говорю, на понт тебе взял Шаратаров!
Геннадий отрицательно покачал головой.
- Нет, Витя, Понт это или не понт, но если меня уже не приказно "замочить", то теперь Шаратаров начнет под меня копать. Я его знаю. И Рыбу знаю. Они пустых слов и на поминках не говорят. Шаратаров замочит меня профелактики ради. Или не замочит. Если я успею...
- Что успеешь? - не выдержал паузы Заваров.
- Если я успею тебя продать, Витя. Вот так.
- Спасибо. - улыбнулся Заваров. - Я тебе всю правду сказал.
- И я тебе тоже. Но этого имало. Не будем паниковать. Ничего. Ничего.
Он примолк, нахмурившись, и Заваров понял, что встревать в раздумья приятеля не надо. Закурил, потянулся к бутылке, но Геннадий остановил.
- Не пей больше. Ясная голова и твердые руки, похоже, понадобятся. Выход должен быть и он есть. Точнее так: есть два варинта действий и один план. Слушай и думай, если можешь выполнить такую работу.
- Попробую. - усмехнулся Заваров.
- Первое. План. Работу в тоннеле надо максимально ускорить.
- Само собой.
- Варианты. Первый. Надо бы припугнуть Шаратарова. Точнее, перключить его внимание с меня, на кого-то другого. Отвлечь его на недельку, а нам успеть закончить дело. И он в наших руках. Второй вариант легче в исполнении, но много хуже... Вариант прикрытия... Рыбу, этого Оскара Борисовича придется...
- Пригласить в долю?! - догадался Заваров.
- Да.
- К черту! - выкрикнул Заваров. - С ним не только деньгами поделишся, а этот старый вор опять же под свою власть все подомнет! К чертям собачим! Нам самим, Гена, надо в авторитет входить! Хватит платить в эти их "общаки", делить с ними зоны контроля! Хватит с нас этих Законов! Работаем первый вариант! Моментально! Сегодня же! Шаратаров в "двух семерках"?