Нарисованные воспоминания (ЛП)

— О, черт! Твоя футболка. — тянусь к ней, но отдергиваю руку до того, как касаюсь его груди. — Мне очень жаль. Могу я купить тебе новую?
— Что? Нет, разумеется, нет. Стиральная машина все отстирает. Я все равно грязный. — Дрю поднимает руки, чтобы показать множество цветных пятен, осыпающих его пальцы. — Я рисую по жизни, так что всегда в чем-нибудь испачкан. — Он поворачивает запястье и смотрит на часы. — О, черт… мне нужно бежать. Я жду важный телефонный звонок с минуты на минуту. Извини, но мне нужно возвращаться.
— О, хорошо. Спасибо еще раз за помощь. Я действительно ценю это. Возможно, с этого момента я буду заниматься только в зале.
Он встаёт, и его спортивные штаны заметно намокли в том месте, где я к нему прижималась.
— Я не уверен, но в зале тоже может быть опасно, — он широко улыбается. — В следующий раз оставайся на дорожке. Корни деревьев будут каждый раз выскакивать и хватать тебя. Не хочется в следующий раз опять прыгать и вытаскивать тебя.
Я смеюсь. Дрю не нужно волноваться об очередном моём спасении. Я уверена, что не буду больше подходить так близко к озеру.
— Еще увидимся, Лили, — говорит он через плечо, когда уходит обратно.
Да, точно. Теперь он будет избегать меня как чумы.
Стоя перед зеркалом в полный рост позади двери в мою спальню, я удивляюсь тому, какая катастрофа смотрит на меня в отражении. Возможно, я выглядела бы лучше, если сначала повалялась бы в грязи. Не только моя одежда отвратительна, но и волосы тоже спутаны. Они становятся темно-коричневого цвета, а не светлого оттенка, какого им следует быть. Тушь смазана, и мои голубые глаза выглядят так, словно я — бешеный енот. Мой тонкий топ плотно прилегает к коже, я уверена, что предоставила Дрю больше, чем осознавала, во время нашей встречи.
Я живу в этом комплексе уже три месяца, и первый человек, с которым я разговаривала, должен был вытащить меня из озера. Шикарно, Лили, просто шикарно.
Перечитывать план урока на беговой дорожке не так сложно, как пытаться отсортировать бумаги. Урок извлечен. Очевидно, физическая координация — не моя сильная сторона, что становится понятно, когда я пыталась совершить пробежку по дорожке у моей квартиры несколько дней назад. Именно по этой причине я решаю пойти в тренажерный зал, вместо того чтобы снова рисковать попасть в озеро. С сегодняшнего дня у меня теоретически начинается рабочая неделя в качестве учителя. Я уже провожу несколько часов, готовя планы уроков на эту неделю; но мне нужно придумать художественную активность для детей, поскольку у нас нет учителя рисования.
Тренажерный зал не так плох, как я думала. По какой-то причине у меня предубеждение, что туда ходят только молодые, стройные и красивые женщины, как и эгоистичные, потрясающе красивые мужчины, которые считают, что они драгоценные Божьи дары для женского пола. Я ошибаюсь. Это место оказывается достаточно нейтральным. Здесь занимаются люди с разными формами и размерами, что мгновенно заставляет меня почувствовать себя более комфортно, так как в любом случае я не идеальна. Я уже представляю, как частенько прихожу сюда. Кажется, что зал наполнен множеством занятий, из которых можно выбрать. В другом конце комнаты есть отдельный зал, в котором люди спокойно медитируют на занятии по йоге. Возможно, я тоже могу извлечь пользу из подобных занятий. Один из способов освободить мой разум после напряженного дня.
В комнате справа играют в ракетбол. Я могу видеть двух людей, снующих назад и вперед, пытаясь как можно лучше ударить мяч, когда тот отскакивает от стен. Это именно та игра, которую я пропущу. Комната, которая находится прямо передо мной, полностью стеклянная. Она немного меньше, чем остальные комнаты, но не уступает по оснащению. В этой комнате только двое мужчин, и кажется, что молодой, привлекательный блондин поддерживает большую часть разговора. Он показывает упражнение на каждом тренажере перед тем, как пожилой мужчина повторяет его, пока он стоит рядом и наблюдает. Я полагаю, он работает здесь тренером. Неважно, кто он, но мужчина симпатичный, как на него не посмотри. В нем что-то есть. Я не знаю, возможно, это дикость в его колючих волосах, или то, как он укладывает их. Его грудь слегка раздувается, широкие плечи отведены назад, он крепко стоит в уверенной позе. Может быть, тренировка в зале не будет настолько плохой, если во время нее я буду наблюдать за ним. Это отличная мотивация.
 
— Потрясающий, не так ли?
Я смотрю направо и вижу еще одну женщину, которая идёт по беговой дорожке рядом со мной. Она низкого роста, её оранжево-красные волосы собраны в небрежный пучок на макушке. Когда она улыбается, я могу разглядеть рыжеватые веснушки, разбросанные по переносице.
— Простите? — спрашиваю я, не совсем уверенная в том, к кому она обращается.
— Тот парень, — говорит женщина, указывая на комнату напротив нас. — Я хожу сюда уже около недели. Он всегда кому-то помогает. Я вполне уверена, что он здесь работает. Это даже хорошо, — говорит она. — Он дает нам то, на что мы можем смотреть. А он чертовски привлекательный, чтобы на него не смотреть.
Я снова наблюдаю за ним. Да, он действительно привлекательный. Никто в этом не сомневается.
— И что, вы ходите сюда только одну неделю? — спрашиваю я, меняя тему разговора.
— Да. Пока меня хватило на неделю. Посмотрим, как долго это продлится. В первый раз я ходила три дня подряд, так что уже побила свой прежний рекорд. Я в ударе, — она издаёт смешок. — А что насчет тебя? Я не думаю, что видела тебя здесь раньше.
— О, за исключением дня, три месяца назад, когда я записалась сюда, это моё первое посещение. Особенно хорошее, — говорю я, подглядывая за загадочным парнем.
— Ну, моя цель — приходить в течение недели после работы, поэтому, если ты будешь приходить где-то в это время, мы можем болтать. Слышала, что лучше иметь партнера для тренировок. Если я буду знать, что ты придешь, это заставит меня чувствовать обязанной тоже прийти.
— Звучит отлично. На самом деле я никого не знаю в городе, кроме своих учеников, а проводить время с кучкой десятилетних детей не очень-то и весело. Я ценю любой разговор со взрослым человеком в моей жизни, особенно после целого дня, проведённого с ними.
— Ааа, ты — учительница?
— Да.
— Неужели у тебя до сих пор сохранились все волосы! — она смеётся. — Ты начала работать учительницей совсем недавно, я полагаю?
Я прикасаюсь к своим волосам, как будто хочу убедиться в том, что они все еще там.
— Да, они все еще там, но не знаю, надолго ли. Занятия в школе идут всего один месяц, и иногда мне кажется, что я готова вырвать этих.
— Я знаю, что ты имеешь в виду, — говорит она. — Я работаю в старшей школе уже три года. Иногда я удивляюсь, как еще не попала в психбольницу.
— Правда? Все настолько плохо? А где ты преподаешь? Я еще не всех учителей здесь знаю. Большинство уже в возрасте. Они дружелюбные, но занятые. Иногда они кажутся слишком занятыми, чтобы поговорить со мной. — Она кивает в подтверждение моих слов.
— Я знаю, каково это — быть новым учителем. Большинство учителей знают друг друга очень долгое время. Существует связь, которая образуется на протяжении года. Это может занять какое-то время, но ты сможешь влиться в команду. Я обучаю в старшей школе Маплвуд. А ты?
— В начальной школе Маплвуд. — Я в шоке, что встречаю кого-то, настолько похожего на меня. И не где-то, а именно в тренажерном зале.
— Круто. Нам нужно почаще встречаться. За моими плечами опыт нескольких лет. Я могу рассказать тебе ужастики на любой вкус.
Что-то подсказывает мне, что я не хочу об этом знать. Сколько себя помню, всегда хотела стать учительницей. Это та игра, в которую я играла с братом, когда была маленькой. Я была учительницей, раздавала домашку и проверяла контрольные. По мере того, как я становилась взрослее и перешла в среднюю школу, уже начала заниматься волонтерской деятельностью в начальной школе. Я обучала детей и вскоре поняла, что это все, чего я хочу. Мне нравится быть рядом с ними, помогать им в достижении маленьких задач. Возможно, не в моих интересах выслушивать ужасные истории.