Печать правосудия (СИ)

— Не дури парню голову! — крикнул я.
Пивной живот улыбнулся и пошёл дальше. Тогда я потянул парня за руку и вырвал из убаюкивающей хватки мошенника.
— Эй!
— Он тебя разводит.
— Не лезь не в своё дело, щенок!
Мужик отодвинул в сторону парня и схватил меня за ворот. Я развернул корпус, занёс правую руку и почувствовал, как она потяжелела. Чуть ли не впервые в жизни я видел проступившую силу. Она обволокла кулак, будто я надел огромную боксерскую перчатку. Я прицелился в живот, намереваясь выбить телом пузатика дверь в его магазин.
— Никита!
На углу стояла Фита.
Пригрозив бородачу взглядом, я пошёл к Фите. Парень направился своей дорогой, а мошенник попыхтел и заткнулся, мой аргумент оказался весомым.
— Привет! — сказал я.
Прилетела пощечина, меня немного повело, под кожей пробежали мурашки.
Фита заплела волосы в хвост, такое случалось не часто. Русые и голубые пряди переплелись, глаза вспухли от слез.
Она меня ударила? Это было настолько неожиданно, что я не среагировал.
— Ты чего?
— Того! — крикнула она.
Женщина с собакой дернулась и прошла мимо, косясь на Фиту. Фита её не заметила. Черт, она не видела никого, кроме меня.
— Что случилось?!
— Это ты мне объясни, что случилось?!
Она сверлила меня взглядом и размахивала руками. Чуть зазеваешься и снова прилетит по лицу. Я хотел было отвести её в сторону и спокойно поговорить, но не тут-то было. Фиту прорвало.
— Так и знала, что нужно было обратиться в ОБНИС! Зачем я вас послушала?! Что теперь будет с Борисом?! — из глаз полились слезы.
Мне оставалось лишь стоять и помалкивать. На любое слово Фита реагировала жёстко. Из обрывистого разговора я мало-помалу начал что-то понимать.
Пауль, урод, обманул меня. Он сказал, что Фита не хочет обращаться к обникам, что Гориновы её запугали, но это было не так. На деле всё было наоборот. Это Пауль убедил Фиту не обращаться к обникам и сказал, что всё решит сам. Впрочем, сейчас разборки с Паулем меня мало интересовали.
— Вчера приходила к нему…, — у Фиты закончились силы кричать. Теперь она всхлипывала и смотрела мимо меня. — Он очень плохо выглядит, не может говорить. Он даже не узнал меня.
Бубль лежал в больнице. Куча травм, сотрясение, переломы. Со слов Фиты врачи пока ничего конкретного не говорят.
— Он на грани комы!
Пауль исчез. Телефон не поднимает, дома его нету.
— Что случилось, Никита?! Зачем вы пошли туда?!
Хотел бы я знать, что случилось.
Вокруг оставленной Гориновскими ссадины на лбу Фиты покраснела кожа. Они забрали артефакт, они изувечили парней, они навредили Фите. Я оглянулся. Бородач-мошенник спрятался в офисе и смотрел на нас через стекло. Будь он рядом, я бы не отказался выплеснуть немного силы.
— Говорил мне отец, что не нужно с вами дружить! Вы так и остались задиристыми подростками. Ладно Пауль и Борис, но ты, Никита! Неужели тебе не хватило мозгов не ввязываться в это?!
— Послушай, Фита…
— Мне нужно идти. Вечером у меня встреча с инспектором в колледже. Он хочет задать мне несколько вопросов про арт. Я пока не знаю, что буду ему говорить, но это сущий пустяк по сравнении с тем, что Борис может остаться на всю жизнь овощем, лежащим под капельницей. Прощай!
— Фита!
Она развернулась, вытерла рукавом мокрые глаза и ушла.
В отражении одной из витрин я заметил знакомое лицо, порыскал глазами и зацепился за стриженную голову. Мужчина очень похожий со спины на Гремлина свернул с улицы. Гремлин? Сейчас не важно. Я должен всё исправить. Срочно.
… … …
Домой я не пошёл. Скорее всего, обинки уже заметили мою пропажу и занялись поисками. Дома будут искать в первую очередь, потом посмотрят у друзей. Значит дорога к дому Пауля тоже закрыта, хотя его всё равно там нету.
В парке на турниках всегда тусовался кто-то знакомый. В этот раз тоже. Я попросил позвонить. Пауль не ответил, а Булю я не осмелился набрать. Если поднимут родители, то мне нечего будет сказать. К счастью удалось дозвониться до Михи.
— Алё?!
— Миха?!
— Да.
— Это Ник.
 
— О! — несколько секунд тишины. — Привет.
— Слушай, меня взяли обн… поэтому я…, — мысли путались, я перешел к сути дела. — Что случилось?! Где Пауль?!
В трубке слышались посторонние звуки — отзвуки эхо и топот подошв.
— Не очень удобно говорить.
Миха показался мне спокойным. Во всяком случае гораздо спокойнее меня и Фиты, а ведь он был там в отличие от нас.
— Где Пауль?!
— Подожди! — десять секунд тишины. — Давай встретимся.
— Где?
— На камнях через полчаса.
— Давай прямо сейчас. У меня немного времени.
— Ну… хорошо. Через пятнадцать минут буду там.
… … …
Камнями мы называли заброшенную стройку рядом со стадионом. Через десять минут я был на месте и ждал, сидя на П-образной бетонной плите. В затушенном кострище лежали оплавленные пластиковые бутылки, было грязно, пахло мочой. Миха выбрал подходящее место.
Он пришёл через пять минут. Не один. С ним был Макс и ещё несколько незнакомых парней. Повертев головой, я заметил двоих подкравшихся сзади, по моим следам на камни пришёл Горинов.
— Ну привет.
Послав Макса и Миху взглядом куда подальше, я поднялся. Вот дурак. Мог догадаться.
Пацанов помяли. Опухшие лица и перевязанная рука у Макса. Помяли до той степени, после которой можно было перейти к переговорам. Как только Пауль перестал быть сильным лидером, они от него отказались. Где Пауль? Вопрос. А они — вот: по другую сторону баррикад и, кажется, ничуть об этом не жалеют. Подойдите поближе и я заставлю вас пожалеть. Отмудохать этих двоих мне хотелось даже больше, чем Горинова. Бандит хотя бы не скрывал своих намерений. Кусок говна, но не предатель.
— Зассал ворота закрыть?! — Горинов крутил в руке артефакт Фиты. — Не смотри так на пацанов. Они мне рассказали, что это вы с Паулем всех настроили на замес, а ты в конце спрыгнул? Нехорошо.
— Я не спрыгнул, меня…, — я замолчал. Оправдываться перед горсткой беспринципных бандитов не было смысла. Максу и Михе может и стоило знать, но не при таких обстоятельствах. Они сделали свой выбор. Наши пути разошлись.
— План вы разработали, конечно, мощный! Мы все чуть не обоссались от вашей штурмовой бригады!
Пацаны заржали. Горинов пожал плечами. Он носил оранжевую куртку с меховым капюшоном, хотя на улице было довольно тепло. Выглядел немного глупо, но куртку он использовал для дела. С её помощью он сохранял остатки тепла после разрядки. Никуда не делось и его родимое пятно — красная клякса над правым глазом. Те, кто видел, Горинова в первый раз, могли подумать, что это ссадина или даже свежая кровоточащая рана. Она напоминала опухоль. Возможно, ею и была. Правый глаз из-за пятна всегда был чуть больше прикрыт, чем левый.
— Чего надо?!
— Нам?! Ничего. Тебе чего надо? Ты ж пацанам позвонил, — Горинов кивнул в сторону Михи. — Может расскажешь им почему ты слился?
Гориновские подошли со всех сторон и взяли меня в кольцо. Я посмотрел на артефакт и снова почувствовал его силу. Если Горинов подойдёт ещё на пару метров, я установлю связь. Наверное.
— Давай арт и я пошёл.
— П-ф-ф-ф! — Горинов покрутил подсвечник на пальце. — Для начала я хочу знать, где Пауль.
— Мне тоже интересно.
— И всё же!
— Без понятия, а знал бы — не сказал.
— Хочет в соседнюю палату к Бублю, — сказал один из пацанов за спиной. — Сейчас устроим.
— Где Пауль?!
— Не знаю, — повторил я.
— Рассеянный, не глупи. Мы тебя сейчас мордой по камням возить будем. Даю последний шанс.
За спиной стояло двое, ещё двое — по бокам, впереди — Горинов, Макс и Миха. Итого семеро. Про способность Горинова я знал, а что у других? Что-то имеется, но вряд ли, такое же мощное. Я бы об этом слышал. Один в семь — не по шансам, но как будто у меня был выбор.
— Есть предложение, — сказал Горинов. — Мы тебя не трогаем, но ты достанешь нам Пауля. По-хорошему тебя нужно проучить, но я понимаю, что это он вас втянул. У Пауля ко мне особые чувства, — Горинов улыбнулся. — Давай так. Сейчас ты уходишь на своих ногах, находишь нам Пауля, и мы квиты.