Мы убиваем за Игниум (СИ)

— Нет, он точно нет, он же в восторге от хозяина. Ну и от тебя заодно. Ну что, раз стоим, тогда давайте…
На радаре загорелась точка. Небольшая, это может быть и наша ригга, мы как раз вошли в зону действия нашего радара. К счастью, наши приборы намного мощнее, и они нас не увидят, пока мы не подойдём ближе или туман не развеется.
— Наш или не наш? — задумчиво пробормотал Радич.
— Пока не знаю. Но стоит проверить.
Я прошёл на полкилометра вперёд на низких оборотах, как раз ровно столько, чтобы не зайти в их зону сканирования. На радаре теперь горело четыре точки. Значит, это наши шагоходы.
— Ладно, — сказал я. — Хватит ждать, идём и…
На зелёном экране радара загорелась ещё одна точка. Это может игниумовое копьё. Но продолжали загораться новые. Шесть, семь, восемь… их горело уже штук двадцать, и они, похоже, шли прямо на нас.
— Готовность к бою! — крикнул я. — Все орудия! Они прорвались.
Так быстро? Маловероятно. И мы даже не поймали аварийный сигнал? Он на отдельном канале, мы бы его услышали. Или это…
— Предательство, — сказал Радич.
— Разберёмся потом! Анджей, смотри за целями.
— Так ведь ничего не видно, — пожаловался канонир.
— Скоро будет видно. Готовься.
— Генерал! — крикнул радист. — С нами пытаются связаться по шифрованному каналу. По нашему.
— Кто?
— Не знаю, но просят позвать генерала Кобаяши.
— Должно быть, это Артур, — предположил Кичиро. — Они захватили коды. Я поговорю с ним с твоего разрешения, Марк.
— Действуй.
Кичиро взял наушники и что-то слушал, иногда тихо отвечая.
— Артур просит о переговорах, — сказал он, убирая наушник. — Он, я, Марк и Кэлвин Рэгвард. Гарантируют безопасность.
— Давайте я сейчас пойду и грохну его, — предложил Радич. — Без этого сукиного сына они все разбегутся. Гарантирует он там.
— Достанешь его в его собственной ригге? — спросил я. — Ладно, помолчи, мне надо подумать.
Целей на радаре полно и среди них выделялась одна большая. Это Эмблема Огня или какой-то другой исполин. И что бы с этим делать? Вряд ли мы договоримся о мире, а Кэлвин слишком хитрый, он вполне может меня прикончить.
С другой стороны, бой против всей армии, когда они прорвались, обречён на поражение. Может, получится протянуть время? Но я не знал, что мне это даст.
Между немедленной смертью и отложенной лучше выбрать второе, никогда не знаешь, что произойдёт. Оборона уже пала, и я не могу рисковать потере исполина. И пока мы говорим, Кэлвин не будет нападать.
— Кичиро? Мы сможем пробить этот лёд? — спросил я.
— Такой толстый слой? — Кобаяши пожал плечами. — Пробить сможем, но надо хорошенько пострелять, чтобы была дыра побольше.
— Сергей, — окликнул я радиста. — Передай в штаб всё, что сказано, предупреди об угроза. А потом соедини меня с Рэгвардом.
— Нет уж, — возмутился Влад. — Если ты нас предашь…
— Знаешь, что? — я поднялся и ткнул его пальцем в грудь. — Если так боишься, то командуй риггой сам! Или сразу стреляй, раз не веришь.
— Марк, не надо так шутить, — тихо сказала Мария.
— Я серьёзно.
— Не, я с радостью тебя пристрелю, — Влад почесал затылок. — Но… не очень хорошо терять первого пилота, где мы сейчас откопаем другого? Давай пойду я и грохну его, когда он высунется.
— Ты грохнул достаточно человек, мы до сих пор разгребаем проблемы, — я вернулся в кресло. — Радист, передай, что никакой личной встречи, только по рации. Мне хватило разговора с Ван Чэном. И если увижу какой-нибудь трюк с его стороны, немедленно начинаю бой. А ещё…
* * *
Эмблема Огня остановилась в пяти километрах от нас. Бронированный исполин был похож на Плакальщика Яна, как младший брат, разве что пальцы были только на одной руке. Эмблема не стреляла, не стреляли и мы.
Туман рассеивался, теперь немного видно устье реки. Там стояли ригги-уланы из дома Ван Чэн, около двадцати, но они пока не собирались приближаться. Танков с ними не было, по крайней мере, я их не видел. А сколько ещё может быть там дальше войск, неизвестно.
Придётся с ними драться, но против нас большие силы. Бой будет неравным.
 
Я прижал микрофон к горлу.
— Ужас Глубин на связи.
— Рад тебя слышать, камрад, — донёсся знакомый голос, очень чёткий. — Как здоровье? Говорят, ты был ранен.
— Пока ещё держусь, — сказал я.
Кэлвина я видел в последний раз в прошлом году, когда он пришёл к окну подвала, где заперли нас с Яном, и поговорил с нами напоследок. А потом начался кошмар.
Я плохо помню лицо этого парня, разве что глаза у него запоминающиеся — один зелёный, другой карий.
— Я рад, что ты не пострадал, — сказал Кэлвин. — У меня нет намерения убивать тебя или Янека, вы мне всегда нравились.
— Но всё равно отправил убийц.
— Если бы это удалось, мы бы получили много жизней в обмен всего на две. Вы вдвоём спасали меня, и не раз. Но когда дело стоит между тем, что хочу я, и судьбой остальных людей, мои желания значения не имеют.
— Для чего ты решил со мной говорить? — спросил я.
— Ну я соскучился и решил поболтать, разве это не достаточная причина? — рация захрипела от его смеха. — Жаль только, что ты отказался от личной встречи. Но если ты куда-то торопишься, я перейду сразу к делу.
— И к какому?
— Сдавайся прямо сейчас. После этого я выхожу к вам в тыл и ваша армия оказывается в окружении. Ян будет драться, но ты должен убедить его сдаться. Потому что это единственный для вас шанс остаться в живых.
— Знаешь, с болящим от пули плечом мне сложно поверить, что ты говоришь правду.
— Я помню, как ты вытащил нас из плена Клайдеров, а потом вдвоём с Яном вы не дали мне сгореть заживо. Видишь ли, я это ценю.
— Вот же лицемерный ублюдок, — сказал Радич, слушая другой наушник. — Ценит он, как же.
— Я хочу сделать так, чтобы мы все выжили, но это сложно. Да, я слышал, что Ян часто говорит о том, что будет мстить. Да, он лично пристрелил моего дядю, да будет земля ему пухом. Но я понимаю больше, чем он. Ян — заложник своего общества, которое требует от него мести, поэтому он хочет идти до конца. А ты идёшь с ним, потому что Янек из твоего экипажа, а ты же всегда делаешь всё ради своей команды, я тебя давно раскусил. Если Янек откажется от мести и сдастся, то и тебе не надо будет воевать.
— И каким же образом ты это всё устроишь? — я усмехнулся.
— Я знаю, что ты сирота, Марк, простолюдин, и поднялся наверх только благодаря личной дружбе с Яном Варга. Но если бы этого не случилось, чтобы ты делал? Разве безродный наёмник вроде тебя стал бы генералом? Я ценю твои навыки, упорство и ум, но признай, что ты получил всё своё не из-за этого. Тебе повезло с хорошим знакомством.
— К чему ты это? — спросил я.
— Ты и Янек — заложники своего общества, которое когда-то очертило границу и запрещает выходить за эти пределы. Вы феодалы, люди, у которых есть власть повелевать другими людьми, но нет власти изменить сложившийся порядок. Компания и Академия пыталась изменить это, и у них почти получилось. Но потом Александр Ульдов, когда стал главным, решил, что он может не только получить власть в свои руки, но и распространить её даже за пределы континента. Для этого он собирался опираться на подчиняющихся лично ему боевых офицеров, а всех нелояльных он уничтожал. Но вы оборвали его планы. Раньше, чем успел я.
Кэлвин вздохнул, переводя дыхание.
— Все его планы шли вразрез с его словами. Его порядок мало чем отличается от текущего, разве что власть имущие поменяются. Я давно понял, как всё прогнило. Посмотри на Дискрем, откуда ты прибыл. Там строят корабли, танки, самолёты, там развиваются, как когда-то, когда мы ещё могли летать в космос. Очень скоро люди там поймут, что им не нужны дремучие феодалы, и власть поменяется. А здесь мы сражаемся на риггах, которые построили сотни лет назад, умираем и убиваем за игниум. Дальше так нельзя. В моих силах построить тот мир, о котором я мечтаю.