Кодекс Инквизитора. Книга III (СИ)
Стоит довольная, улыбается: показала-таки силушку богатырскую, подмастила мамке. А рядом пухнет кварковая новая. Любопытно, гамма-всплеск вырвется за пределы Императорского разлома или всё закончится локальным армагеддоном? Узнаем через наносекунду!
Веки стали медленно опускаться, но не успела я зажмуриться, как заметила размытую молнию. Размытую? Вне пространственно-временного континуума, что ли? Да быть того не может! Молнией оказалась ложноножка Були, сцапавшая на сверхсветовой новорождённую звезду. Время тут же ускорилось, а я услышала удовлетворённый бульк.
Улыбка анчутки доползла до ушей, позади раздались восторженные голоса побратимов, а из дверного портала — дикие визги принцесс. Кто что орал, я не слыхала — не до этого было. Приятели даже не подозревали, насколько близко прошла смерть.
Буля деловито заползла в узилище и принялась пожирать бетонный пол. Не сразу смекнула, чем занята малютка, но подоспевший княжич объяснил, что в нашем полку завёлся непревзойдённый сапёр. Новость не произвела особого впечатления: после того, что я повидала минуту назад, уже ничем не удивишь.
Нова, вскарабкавшись на потолок, без затей перегрызла цепи, а воины ловко подхватили исхудавшие, покрытые кровоподтёками тела девиц. От былой красоты не осталось и следа. У Лё Гран вырезали глаза. Кимико лишилась хвоста. Яра щегольнула отрезанным ухом, Лопухина — баклажановым цветом кожи, а по спинам близняшек прошлись паяльной лампой. Весело принцессы провели время, ничего не скажешь. Обниматься не полезла: разило от них так, что глаза слезились. Не говоря ни слова, вывалила зелья и свежие комплекты «Мародёров», попутно втолковав подругам, что расшаркиваться нет времени. Лобызаться будем, когда на свободу выкарабкаемся.
Фиалов не жалела. Полагала, что хвост кицунэ не отрегенерирует, но не тут-то было. После шестого зелья отрос как миленький. Да ещё какой! Всем хвостам хвост. Длиннее, пушистей, гибче, сочного чёрного цвета — красота, да и только! Пока дамы занимались самолечением и авральной помывкой, успела отрекомендовать свежего члена семьи. Нова, скромно представившись, мягко пожала руку каждой, а вот на Лопухину окрысилась. Не откладывая в долгий ящик, мысленно поинтересовалась у мелкой о причине неприязни. Ожидала услышать самое страшное, ведь, грешным делом, подозревала Евдокию в двойной игре, но то, что мне поведала мелочь, уморило до слёз.
Всё оказалось до банального прозаическим. Лопухина, пользуясь магией скрыта, годами терроризировала племя анчуток, воруя с грядок самые нажористые плоды псевдобаклажанов, а также умудрилась стянуть у великого шамана рецепт священного напитка.
Глава поселения стократно увеличивал плату за голову негодяйки, пока цена не достигла баснословной суммы — в десять мер зёрен мудротёрна. Баклажан на самом деле был ягодой, галлюциногенный сок которой позволял дикарям общаться с духами предков.
Десять лет за графиней велась охота, но пакостная самка человека мастерски уходила от праведного гнева, продолжая попирать букву закона.
Не обращая внимания на недоумённые взгляды товарищей, отсмеявшись, доходчиво разъяснила анчутке, что отныне она не анчутка, а без пяти минут человек. Ждала негативной реакции, но её не последовало: плевать мелкая хотела на родное племя, а агрессия вызвана фантомной попаболью, ведь тем самым великим шаманом была именно она. К консенсусу пришли быстро. Нова схватывала на лету, не пытаясь оспорить мой авторитет, за что получила петушок.
Экспресс-лечение вернуло подруг к жизни за считаные минуты, а воссоединение с командой заставило отрешиться от пережитого. Маячивший на щитке таймер не позволил разделить энтузиазм соратников. Прикидывая дальнейший план действий, мрачнела на глазах. Как ни верти карту комплекса, дебет с кредитом не сходился. По самым скромным прикидкам, подъём на поверхность при разблокированных лифтах займёт не менее трёх часов.
Кимико, потеснив Безобразова, дышала в затылок. Кицунэ рвалась в бой, но ворога на горизонте не было, что раздражало девушку, заставляя время от времени менять форму на элементальную. Нужно было оставить блокиратор на её изящной шее, не пришлось бы одёргивать гиперактивную принцессу.
Информация от Новы, что Евдокия не какой-то там засланный казачок, а всего лишь хитрожопый выживальщик, сняла камень с плеч и души. Помыслить страшно, что бы я сделала с княжной, уличи в измене.
Искоса бросая взгляды на девчонок, невольно улыбалась их непосредственности. Лё Гран с Ярой, несмотря на цейтнот, находили время тихонько лаяться между собой — благодушно, скорее по-дружески. Близняшки же выступали в роли миротворцев. То и дело в полемику вклинивалась кицунэ, вставляя Анне шпильки за какие-то прегрешения.
Родовые перстни княжон пропали бесследно, но горевали девицы недолго. Едва не устроенное Новой рождение кварковой звезды натолкнуло на мысль о скоротечности жизни: решив не затягивать, приняла принцесс в семью. Плевать, что скажут древние ведьмы. Я — глава рода! Единственный обладатель чёрной крови, а они лишь тени былого величия, вот пусть и остаются в тенях. Если строить империю с нуля, то по своим лекалам, а колечки жертвенник отпочкует, никуда не денется.
Заразили-таки оптимизмом — перестала думать о скорой смерти, что качественно сказалось на умственной активности. Булька поводырём вела вперёд, Нова, как привязанная, следом скользила по потолку, а я в толк не могла взять: по какому принципу работает магнит, притягивающий тело к отвесным поверхностям? Ладно руки — кожа на подушечках пальцев и ладонях имела особую структуру, но туловище-то облачено в бронекостюм, а ноги обуты в берцы. Голову ломала до тех пор, пока не разобрала истинным взором тончайшее поле. Раньше я его не замечала из-за ауры, а вот в движении стало очевидно, откуда ветер дует. С такими возможностями абсолютно не важны состав и свойства стен. Камень, лёд, синтетические поверхности — без разницы. Лишний раз диву далась универсальности существа, а заодно и позавидовала чёрной завистью.
То, как девчонка разобралась с плитой из истинного серебра, не могло оставить равнодушным. Самый крепкий металл в этой реальности в руках Новы изменил свойства — как такое могло произойти, даже близко не имела представления. Ощущала себя академиком Сахаровым. Вроде бы создала не имеющее аналогов оружие, поднялась на голову выше вероятного противника, а осадочек на сердце покоя не давал.
Не пустит мамка дочу на дискотеку, а та возьмёт да психанёт. Рванёт во все тяжкие, попробуй останови. Нова опасна, непредсказуема, по-хорошему её нужно убить, пока в силу не вошла, но я же не глава Тайной канцелярии. Истребить собственное детище… нет уж, увольте. Пожалуй, переложу ответственность на Василису и Скорпа, а там хоть трава не расти.
«Ты от неё недалече ушла, Оля! Всё так же продолжаешь забивать гвозди микроскопом. Тебе даже в голову не пришло, что сумасбродство Новы буквально списано с поведенческой матрицы творца. Я запросила у девочки картину крайней битвы, а искин обработал информацию. Совпадение — девяносто семь процентов, было бы сто, не имей она хвоста. Психология боя целиком идентична. Нова позаимствовала не только знания, но и специфичные шаблоны. Дальнейшая судьба зависит от воспитания. Я не Макаренко, но постараюсь выработать качественную стратегию. Можешь на меня положиться в этом вопросе».
«Не переусердствуй, Василиса, ордену потребен дельный подконтрольный боец, а не философ. Сделай так, чтобы она прониклась идеалами семьи, рода и новой веры».
«Ежели выживем, Ольга. Имеются глубокие сомнения по этому поводу. Когда ты скажешь приятелям, что мы встряли?»
«Рано ещё, пусть порадуются жизни минут десять».
Буля, маячившая в пяти метрах впереди, резко развернувшись, остановилась. Я, подняв руку, жестом подала приказ отряду. Бойцы замерли на месте в ожидании указаний. Сверилась с картой. Лифт, ведущий на поверхность, находился в километре дальше по коридору, здесь же не было и намёка на короткий маршрут: голый бетон и ничего кроме.