Кодекс Инквизитора. Книга III (СИ)
— Немудрено, Ольга Фёдоровна, держи КПК, ролик по пути глянешь. Там такие спецэффекты… закачаешься, в жизни бы не поверил, больше на монтаж смахивает, но запись вёл самолично, фальсификация исключена!
Заинтриговал. Посмотрю, чего бы нет, но потом. Прибрав коммуникатор в карман, обвела взором куцую рать. Названная дочь, не осмелившись подойти, мялась в сторонке. Нову было не узнать: рога на месте, глаза с блюдце, плотная чешуя, но что-то в ней явно изменилось.
Выражение лица приобрело осмысленность, звериные черты сгладились, манера держать себя с головой выдавала интеллект. Обратилась мысленно с вопросом, научилась ли она говорить? Получив положительный ответ на чистом русском, удовлетворённо кивнула. Наконец-то никаких рвущих мозг слайдов. Тараторить анчутка не перестала, но мыслеречь воспринималась легко, словно я с Василисой болтаю.
За пару минут поведав о прогрессе, Нова успела знатно удивить. Никак не ожидала, что плазма окажется проводником знаний, хотя Распутин прямым текстом вещал чуть ли не о божественной силе крови. Вторым открытием было то, что девица может коммуницировать не только со мной, но и с Васей, а также контачит с Булей, не прибегая к астральной связи, то есть напрямую. Мой мозг подобной роскоши не мог себе позволить — слишком примитивен был.
Всё встало на свои места, когда я осмотрела девчонку истинным взором. Как говорится… никакого жира, одни мышцы плюс третье независимое полушарие. Структура мозгового вещества по большей части напоминала кристаллическую решётку, нежели привычные клетки. Плотность поражала воображение. Скорп явно заинтересуется феноменом. Ксенобиология не мой конёк, но даже такому дилетанту понятно, что налицо синергия двух жизненных форм, биологической и кремниевой. Вот тебе и каша из топора!
Тривиальное переливание закончилось открытием, какое могло перевернуть мировую науку с ног на голову, будь я прогрессором, а не вероятным тёмным пластилином. Естественно, информация не уйдёт дальше храмовых лабораторий. Изыскания продолжит подконтрольная учёная братия, а полезные наработки станут достоянием Зимнего креста. Счастье для всех и даром — не про меня.
«Мы могли бы извлечь из этого материальную выгоду, Оленька!»
«О как, в тебе пробудилось рациональное зерно, я не ослышалась? Кто-то заговорил о барышах? А как же человеколюбивая повестка?»
«Быльём поросла, меняешься не только ты, Ольга. У меня появилась великая миссия: сделать род Нагих не просто богатейшим, а величайшим в истории. Способным соперничать на равных с Императорским домом, а ежели придётся, готовым противоположить себя всей империи!»
«Ты пугаешь меня, Василёк. Не забудь предупредить, когда возникнет желание устроить революцию, чтоб я тебе рога своевременно обломала. Запомни, душа моя… наши планы не должны иметь значимых расхождений, иначе народится конфликт интересов. Трудиться на благо рода не воспрещаю, а вот лелеять планы о низвержении монаршего строя — не позволю. Пока императрица блюдёт данный Чёрной луне обет, с её головы не должен упасть ни один волосок. Понимаю, что ты её терпеть не можешь, но коли решишь нанести вред, отвечать придётся нам обеим. Ни одна империя не стоит той цены, что придётся заплатить».
«Не считай меня за идиотку, Оля! Насилие — твоя стезя, я предпочитаю мягкую силу новой религии и удушающие объятия капитала».
«Делай, что считаешь нужным, в оговорённых рамках. О Нове забудь. Она не инструмент, а…»
«Твоя дочь, да?»
«Скорее племянница, причём не моя, а наша. Коли можешь контактировать с девчонкой, займись обучением в свободное время. Только не смей влиять на мировоззрение, иначе применю санкции».
«Что ж, согласна, полагаю, будет интересно. Ты только голову не теряй, надоело воссоздавать повреждённые воспоминания. Не то чтобы процесс был тяжёлым, сама рутина наводит тоску. Реши, в конце концов, вопрос с костной тканью. Плоть не поспевает за возможностями эволюционного развития. Займись этим, когда выберемся. Погляди видеоролик, омерзительное зрелище, однако».
«Во что бы то ни стало воспользуюсь советом, но потом. В связи с новыми обстоятельствами, о смешивании крови не может быть и речи. Либо преставлюсь, либо обернусь безобразной тварью. Надобно найти приемлемый вариант. В настоящий момент костяк плотнее и крепче нормы, но этого явно недостаточно для экстремальных нагрузок. Думала над проблемой, но ничего путного в голову не пришло. По возвращении поставлю задачу Скорпу, а там видно будет».
Нова всё так же трусила рядом, слушая и не перебивая наш с Василисой мысленный диалог. Воспитанная девочка, ничего не скажешь.
Эмоции анчутки были как на ладони: в голове мелкой роились и множились тысячи вопросов — от азбучных, почему вот так, а не этак, до более откровенных, коих память крови не могла предоставить, за отсутствием потребной информации. Устав отвечать на почемучки, обрубила мысленную связь. Нова не будь дурой, тут же переключилась на Василису, та была не прочь поболтать, я-то не баловала вторую половину праздным общением. Сама же сконцентрировалась на грядущей нелёгкой миссии.
Дорога была сравнительно спокойной, по пути мы не повстречали ни одного человека. Я то и дело с замиранием сердца поглядывала на таймер, но сдержать неумолимый отсчёт времени не могла. Сорок пять минут до самоуничтожения комплекса. Поспеем ли? Уверенности не было, но вешать нос и не подумала. Варианты, пусть и непопулярные, в загашнике водились. Тот же пробой материи — как последний шанс с неизвестными переменными. Вероятность успеха — ноль целых хрен десятых, зато всяко лучше, чем сгореть в термоядерном пекле.
Нужный проход в коридор возник неожиданно, я едва не вляпалась в притормозившую Булю. Питомица, блеснув радугой, шмыгнула влево. Заглянув за угол, опасности не выявила, но, несмотря на это, расположение духа, и без того паршивое, переросло в упадническое. Отлитая из истинного серебра дверь заграждала путь в камеру, где содержались подруги. Я лицезрела метки девчонок, запросто считывала физические параметры, отчётливо понимая, что вскоре они погаснут навсегда.
На левый глаз навернулась слеза, правый почему-то остался сухим — похоже, слёзная протока не успела восстановиться после очередного ранения головы. Как быть — я не знала. Впервой столкнувшись с неразрешимой проблемой, едва не опустила руки. О том, чтобы взломать магическое плетение, сплошь покрывающее полотно двери, не могло быть и речи.
От взгляда на гениально исполненную структуру астральное зрение безбожно троило. Десятки тысяч наложенных один на другой слоёв формировали магическое полотно, на вскрытие коего уйдут если не годы, то месяцы уж точно. Да и сам редкий металл взрезать не так просто. Всё, что оставалось, — помолиться Моране за упокой души княжон, близняшек и одной верной онна-бугэйся.
Покуда я размазывала сопли по щекам, Нова, подкравшись к двери, за каким-то хером принялась обнюхивать гадское серебро. Нанюхавшись вдосталь, отошла метров на пять, оборотившись, горделиво выпятив грудь, сжала кулак. Остановить девчонку не успела только потому, что в душе не… чего именно задумала мелкая дрянь.
Многотонная серебряная махина, съёжившись до размеров среднего арбуза, полетела на пол, губы анчутки растянулись в ликующей улыбке, и в этот самый момент ход времени остановил бег.
Ломать не строить. Могла ли я использовать совокупное заклинание хаоса и тлена? Да без проблем! Почему на этот раз не пошла очевидным путём? Всё просто… как раз на такой случай в плетение внедрялась дополнительная охранная сигналка. В конструкте их было шестьсот шестьдесят шесть, и каждая снабжена системой самоликвидации. Благодаря егозливой засранке, досрочная отправка в Навь гарантирована.
Кудесник, что ставил защиту, явно не предполагал, что найдётся узколобый индивид, способный усилием воли расплющить редчайший металл, заставив его вступить в реакцию со сверхсложной магической конструкцией. На его беду, сыскался феерический рукожоп, походя запустивший слияние субатомных частиц бесхитростным движением кисти.