Облепиха для мажора (СИ)

- Девушка, что-то мне подсказывает, что вам не так уж и плохо. Папу вспоминаете. Быстро все назад.
Этот высокий и очень худой мужчина, на вид лет тридцати, на удивление оказался таким сильным, что смог ухватить меня и Женьку и силой затолкать в лифт, как мы  ему не сопротивлялись.
- Да послушайте, - Женька умудрилась вырваться и забежать за каталку. – Ей очень плохо. Неужели не видно?
  
- Тут больница. Тут всем плохо.
- Слушайте. Я догадалась. Вы никакой не доктор. Вы на себя посмотрите: небритый, нечёсаный, одежда на вас мятая.
- Да я сейчас на вас полицию вызову. Думал, сдам дежурство. И домой - отсыпаться. А тут с посторонними…
И тут мы заметили, что Лёхи возле нас нет. Скорее всего, он побежал в ординаторскую, чтобы кого-нибудь найти и позвать на помощь. Женька посмотрела сначала на меня, потом на больную девушку, сползла по стенке и расплакалась.
- Как врач может быть таким чёрствым? – закрыла лицо ладонями.
- Ну, достали.
Наконец, доктор подошёл к каталке, без предупреждения задрал платье и стал щупать живот у больной.
- Аааа… Придурок, можно поосторожнее. И что, здесь помещения никакого нет? Надо при этих это делать? Вас папа всех здесь уволит. Ясно вам.
- Ясно, что тебя надо срочно на операционный стол.
- Вот, - хором ответили мы.
- Эй, беленькая не плачь. Вылечим эту девицу. Родственница твоя?
- Не хватало ещё, родственничков таких. Везите меня уже куда-нибудь. Ааа…Ааа…
- Эй, беленькая, так ты по доброте душевной ей помогала?
Женька вскочила на ноги.
- Да. А вы все здесь чёрствые и злые, - и ещё больше разревелась.
Вдруг со стороны большого прохода появилась женщина, а за ней – Лёха.
- Вот, нашёл.
- Что нашёл, что нашёл. Вы как сюда все попали? Я вас спрашиваю. Павел Дмитриевич, вы же поспать собирались. Вас приказали даже домой не отпускать. Третьи сутки на ногах, пятнадцать часов операция…
- Ольга Валерьевна, я уже осмотрел больную. Готовьте к операции.
- Вы что?
- Не волнуйтесь, не я буду оперировать. Увозите.
- Как скажете, - не стала спорить Ольга Валерьевна и ловко потащила каталку с девушкой вглубь коридора.
- Ты только не волнуйся, - вдогонку крикнул ей Лёха, а она показала ему средний палец. – Только и умеете…
Доктор обвёл всех взглядом.
- Так, на выход дружным строем. Молча. А ты, беленькая, давай свой номер телефона. Что смотришь? Позвоню потом, расскажу, как обстоят дела у подопечной. Как говорится, мы в ответе за тех…
Женька трясущимися пальцами достала телефон, разблокировала и показала свой номер. Видно, спорить у неё сил совсем не осталось.
Лёха удивлённо посмотрел на всех. Хотел что-то сказать, да передумал.
- Вот, - многозначительно кивнула я ему головой в сторону Жени. – Такую добрую девушку упустил.
- Лера, не трогай Лёшу, - ответила Женька. – Мы не подходим друг другу. Это же издалека видно.
- Да что вы говорите? – подколол её доктор. – У тебя и здесь талант. Впрочем, я даже рад такому таланту, - загадочно резюмировал он. – Загружаемся, товарищи, в лифт. А вы все, собственно, почему здесь? В больнице?
- Я к маме приехала. Вот пришлось задержаться из-за этой девушки.
- А в каком отделении мама? Фамилия?
- Облепиха.
- Дела, а я как раз к ней направляюсь. Вам же сообщили уже, я надеюсь, что операция прошла успешно?
- Да, мне сказали, что её оперировал очень хороший врач. Светило науки, медицины.
- Я так понимаю, что вы одна собираетесь к ней в палату. Там всем нельзя. Вы уж извините, ребята. Вот через пару дней, пожалуйста. Может, она и сама в парк спустится.
- Нет, нет. Мы не собирались. Просто Лерку приехали поддержать. Мы ведь не из Москвы, - быстро пояснила Женя.
- Я знаю. Мне передали эту информацию, - сказал доктор и тут же нервно закашлялся.
- Так это вы – светило науки, - обрадовалась Женька.
- Ох, я, беленькая. Как зовут хоть тебя?
- Вы же записали мой номер? Под каким именем?
Что-то я не узнаю Женьку. Первый раз вижу, чтобы она так смело беседовала с представителем противоположного пола. Недаром работает в научно-техническом журнале, увидела коллегу по науке.
Мы вышли из лифта и уставились на Павла Дмитриевича.
- Валерия – за мной. Записал как записал, - отозвался доктор. – Имя?
- Евгения.
- Очень приятно. Я позвоню, - и отправился быстрым шагом в противоположную сторону холла.
А я за ним. На ходу достала свой телефон и увидела, что у меня восемь пропущенных. Разблокировала телефон и быстро отыскала номер Макса.
- Лера! Ты где ходишь? Почему ты до сих пор не у мамы? Ты же давно в больнице. Я уже локацию твою заказал, - он не просто кричал в трубку, а подключил, наверное, микрофон.
- Максим, мы тут…
- Лера, ну как так можно! Ты понимаешь, как я волновался? А где эти двое?
- Ждут меня внизу.
- Что мне только в голову... Думал, Зара опять за тебя взялась. Держи телефон рядом с собой, пока я не приеду за тобой. Слышишь меня хорошо? Лера, в руках держи, запихни за сись…
- Максим, прекрати, - не удержалась и рявкнула я.
Доктор остановился и отобрал у меня телефон.
- Человека она спасала. Ясно тебе, парень. Тихо, тихо. Да, я именно тот. С той самой горы. Меня не запугаешь. Пуганный уже. Всё, парень, отбой. Некогда ей. Прошу, - распахнул Павел Дмитриевич мне дверь в палату и отключил телефон.
- Мама… Мамочка моя, - бросилась я к постели и схватила её за руку.
  
Глава 40
 
- Дочушка! Лерочка, я так рада тебя видеть, - мама говорила очень тихо.
- Как ты чувствуешь себя? Может, что-нибудь надо тебе? – главное не заплакать, моя жалость маме ни к чему.
- Спасибо, всё есть. Твой Максим обо всём позаботился. Хороший парень. А когда он придёт? Очень хочу познакомиться с ним, - мама не давала мне вставить слово. – Дома ко мне в больницу только Машка забегала. И всё рассказала про вас. Сказала, что Максим не стал подниматься ко мне в палату, чтобы не смущать. Когда болеешь – всегда выглядишь плохо, а я женщина. Представляешь, так и сказал.
- Он мог, - засмеялась я.
- Лера, а как мы будем деньги отдавать ему? Он, конечно, ничего не требует. Передал, чтобы мы не волновались. Но неудобно…
- Неудобно. Но у них есть благотворительная линия. Плюс буду работать вместе с ним. Буду помогать ему.
- А как же редакция? Машка говорила, что ты уже работаешь с ним?
- Буду совмещать. Это не главное, - а про себя я подумала, что главное для нас, как будут развиваться отношения между нами. – Мамочка, ты поправляйся, - припала я к её руке. – Моя ты хорошая.
- Лера, мне теперь надо срочно выздоравливать. Вдруг внуки пойдут. Кто за ними присмотрит. Не люблю я эти детские сады. Вот не люблю.
- Мам…
- Что мама? Не увидишь когда.
Спорить об этом и раньше было бесполезно. А теперь и подавно. Парень-то сам сознался, что он со мной. Интересно, как он теперь выкручиваться будет.
Дверь бесшумно открылась, и в палату снова вошёл Павел Дмитриевич.
- Валерия, наверное, вам надо перезвонить вашему молодому человеку. Он на уши всю больницу поставил, - протянул мне мой телефон, про который я забыла, когда маму увидела. – Здесь нежелательно звонить. Приборы, сами понимаете.
Мама заулыбалась:
- Иди, Лерочка. Вечером приходи. А можешь сегодня и не приходить. У меня всё есть. А то ты выглядишь усталой. Отдохни. Ну, беги, дочушка.
Я вышла и устроилась на подоконнике. Возле окна никого не было, можно было спокойно перезвонить.
- Лера!
- Привет, Максим, ещё раз. Что случилось у тебя?
- У меня всё нормально. А вот где ты пропадаешь? – в этот раз он казался более спокойным.
  
Или хотел казаться.
- Макс, какие-то проблемы?
- Нет, всё нормально. Встреча пройдёт, как и планировали. Лера, я просто соскучился. Прости, ещё и испугался.
- Так получилось. Я знаю, что очень важно мне быть на связи. Пока ты всё не уладил.