Это любовь (СИ)

Глядя ей вслед, облизывая взглядом крутые плавно покачивающиеся бедра, Савва почти с ненавистью думал о том, что Аля была о нем гораздо лучшего мнения, чем он этого заслуживал. В конце концов, непонятно, почему он в итоге остался. То ли потому, что в глубине души все же верил Мудрому. То ли потому, что так распорядилась его жена, которой он тупо не сумел отказать. Дерьмо какое-то… У него рядом с ней отнимался мозг. А у Альбины, напротив, закипал. Она открыла дверь в перенесенную на первый этаж после покушения на Аркадия спальню. Мягко ступая, дошла до кровати, откинула одеяло и нырнула под бочок к мужу.
  
– Долго тебя не было, – проворчал тот, пододвигая ее еще чуточку ближе. – Как все прошло?
– Как надо. Он же остался.
– Умница моя, – похвалил Мудрый. – Я в тебе не сомневался.
– Тебе не кажется, что мы слишком грязно играем на его чувствах? Он явно сейчас не в себе.
– Да ладно тебе. Парень нормально держится. – Аркадий погладил округлое бедро жены. – Как очухается, еще спасибо нам скажет за то, что не позволили ему наворотить дел, вот увидишь.
– Надеюсь, ему действительно хватит ума понять, что мы действовали в его же интересах.
– А если нет, я ему помогу.
Альбина дернула плечом, позволяя тонкой бретельке соскользнуть к локтю.
– Как думаешь, кто это мог сделать? – спросила, опуская ладонь мужа на грудь.
– Ты чего такая взбудораженная? – удивился тот, прихватывая сосок. – Мне уже начинать ревновать?
Взгляд Альбины застыл. Она отшатнулась, опираясь на локоть.
– Ты сейчас на что намекаешь, Абрамов? Что я с голодухи мальчиком впечатлилась? – спросила резко, заставляя Мудрого вспомнить, что рядом с ним не кошка облезлая, а самая настоящая львица. Так ведь он и не забывал.
– Нет, – поджал губы Аркадий.
– А по-моему, именно это ты и сказал. Едва ли не прямым текстом.
– Да ладно тебе. Уже и пошутить нельзя, – пробубнил Мудрый.
– Пошутить можно, – сдулась Альбина. – Но не так, хорошо?
– Хорошо. Иди ко мне. Что ты там спрашивала? Кто? Выясняем.
– Савва, как я понимаю, вне твоих подозрений?
– Абсолютно. Такое мероприятие требует подготовки, а он только вернулся. Да и мотива у него нет. Мы даже толком не знаем, что там с наследством.
– Ну, это мы не знаем. А он, возможно, вполне себе.
– Алька, ну ты же сама не веришь, что он мог заказать мать! – сверкнул глазами Аркаша.
– Ты прав. Но и других вариантов я не вижу. Либо мы, либо он. А поскольку мы не при делах… – Альбина вскинула голову.
– Абсолютно, – заверил жену Аркаша.
– То остается Савва.
– Или кто угодно другой, если на него переписали наследство. Савва сказал, что эта дура собралась замуж за какого-то молокососа, гордо именующего себя инвестором.
– А когда мы узнаем подробности?
– Возможно, уже завтра.
– А если все же окажется, что ее акции отойдут Савве? Вы с ним обсудили, что будет?
– Конечно. Только этим и занимались.
– И?! Ну что я из тебя каждое слово клещами вытаскиваю! – возмутилась Альбина.
– Думаю, мальчик понял, что этот кусок ему не по зубам.
– Понял, а потом обвинил тебя в убийстве?! – разнервничалась Аля. – Насколько мы можем ему в этом случае доверять?
– Ты же сама сказала, что это просто эмоции.
– И что? Я была права?
– Завтра утром узнаем. Одно точно – мальчику сейчас нелегко. Учитывая, что Савве довелось пережить, желание найти крайних вполне логично.
– Лишь бы это не зашло слишком далеко.
– Например? – Мудрый задумчиво провел пальцами по предплечью жены.
– Например, мне бы очень не хотелось, чтобы он поделился своими опасениями с ментами.
– Это ничего не даст. У меня везде свои люди, ты же знаешь. Другое дело, что начни мы междоусобицу, на запах крови слетятся все стервятники в округе.
– Значит, ее нужно не допустить!
– Да-а-а, – Мудрый потер сосок жены через шелк рубашки. Она привстала, давая ему возможность вобрать тот в рот.
– Надо убедить его, что никакие мы не враги, – простонала, заводясь.
– Ну, ты еще ему чуток поулыбайся, и он поверит, – рыкнул Мудрый, потираясь лицом о пышную грудь жены.
– А мы?
– М-м-м? – отвлекся от своего занятия Аркадий.
– Ты уверен, что мы сможем ему доверять? Вот чтобы безоговорочно, без припрятанной в кармане фиги?
– Это необязательно, – свел брови Мудрый.
– Еще как обязательно! – возмутилась Альбина. – Иначе мы ни на секунду не сможем расслабиться. Что это будет за жизнь, скажи? Да ты и сам все понимаешь, иначе не сидел бы с такой постной миной, – вздохнула, касаясь губами раны на его многострадальном лбу.
– У меня есть кое-какие идеи, – нехотя отстраняясь от жены, пробросил Аркаша. – Но их нужно хорошенько обмозговать.
В глазах мужа мелькнуло что-то странное. Альбина нахмурилась в попытке считать, что же это было, но ничего не получилось – потому что та самая эмоция исчезла так же быстро, как и появилась.
– Я не знаю, что тут обомозговывать? Вот взять нас. Мы держимся на любви, у нас семья, дети. Общая цель. А он? Он в стороне от всего. И цели у нас могут быть совсем разные, и видение… Ну еще скажи, что я неправа! – закатила глаза Аля, глядя в глаза придирчиво ее изучающего мужа.
– Права.
– И?! – допытывалась она.
– Значит, надо найти общие точки соприкосновения, – криво улыбнулся Мудрый, выкручивая сосок. – Тогда наш взгляд будет обращен в одну сторону.
– Например, какие же? Вот я, допустим, хочу уверенности в безопасности. Тебе, себе, нашим детям… Если Савву сманят конкуренты, где гарантия, что…
– Тщ-щ-щ. Мы этого не допустим.
– Савва… Ты, конечно, невероятный, но я, честно, не знаю, как мы можем его уберечь от поступления всякого рода предложений. Начиная от предложения продать акции кому надо до…
– Мы предложим ему больше.
– Например, что? Вот что?!
– Я как раз обдумываю пакет предложений, – ушел от прямого ответа Аркаша, будя тем самым в Альбине необъяснимую совершенно тревогу.
– Ты знаешь, что делаешь, – прошептала она, как будто… убеждая себя в этом. Как так? Почему? Она же никогда не сомневалась в Аркаше. – А что делать мне?
– Продолжай в том же духе. – Мудрый раздвинул полы халатика и провел шершавой ладонью вниз по подкачанному животу.
– А?
– Говорю – продолжай в том же духе. У тебя хорошо получается отвлекать его от ненужных мыслей.
Длинные пальцы мужа скользнули Але между ног. Она расставила их пошире, чтобы Аркаше было удобнее доставлять ей удовольствие. Тревоги о будущем отступали под натиском болезненного возбуждения.
– Сейчас. Секунду… – в какой-то момент не выдержала. – Так будет лучше, – достала из тумбочки вибратор.
Ей даже дополнительной смазки не понадобилось – такой она была мокрой.
– Раком стань, – рыкнул Аркаша, еще и по заднице наподдав, когда Аля перевернулась, всхлипнув:
– Аркаш!
Нутро растянул резкий болезненный толчок. Альбина захныкала.
– Ну, что за девочка мне досталась. Такая сладкая… Покричи еще. Может, в следующий раз купить парня побольше?
– Н-нет… А-а-а. Помоги ртом. Аркаш, пожалуйста. Мне немножко надо… Чуть-чуть.
Из такого положения ему выполнить ее просьбу было невозможно. Мудрый не без труда улегся на спину. Толкнул жену вверх. Сказал бы кто ему, что он станет пиздолизом… А вот ведь. И нравится – это во-первых, и по-другому никак, это во-вторых. Правда, в тот раз Альбинка его переиграла. Села, да… Но валетом. Он же в тот день как на грех не подавал признаков жизни. Сколько Алька ни старалась его реанимировать ртом – все было напрасно. И сама не могла кончить от того, что сосредоточилась на другом, и ему – никак.
– Все, Аля. Сама… Давай, детка. Мне не надо.
  
Это правда было не объяснить, но в такие минуты бессилия ее удовольствие будто бы оборачивалось его собственным. Только в этот раз Аля не послушалась его, как обычно, мягко соскользнув пальцами к его анусу. Трудно было не догадаться, что его Альбина Ринатовна затеяла…