Фальшивое счастье (СИ)
— Прости меня.
— Я вовсе не тебя имела ввиду. Просто судьба-злодейка на меня зуб точит, — улыбается грустно.
— Нет. Рита, прости меня. За все.
Она пробыла со мной еще около часа, а потом поехала домой. Обещала вернуться после обеда с сыном.
Ближе к обеду в палату ворвался папа, глаза бешенные, дерганый весь. Подлетел ко мне, и как залепил подзатыльник. Обидно. Мне через несколько лет 40 стукнет, а он мне, как пацану сопливому подзатыльники отвешивает.
— Па, сдурел? Я ранен, если что!
Он как-то странно посмотрел на меня и крепко обнял, никак не реагируя на мой болезненный стон, почти вой.
— Грохнуть бы эту Агату, только вот слишком легкое для нее это будет наказание, — ворчит, промакивая глаза носовым платком.
— Па, — выдваливаю глухо, из-за неожиданно подступившего к горлу кома. Никогда не видел его таким взволнованным. Даже в ту ночь, когда Агата пыталась меня убить. Видимо возраст. Размяк, расчувствовался. Несмотря на холодность и безэмоциональность отца, никогда не сомневался в его отеческих чувствах ко мне, как сыну. Но видеть такое открытое проявление чувств оказался не готов. Это задевает, что-то внутри.
Следом в палату входит зареванная Лиля, даже Паша примчался, хотя он сейчас учится в Лондоне. Приятно.
Спустя три дня готов бежать из больницы хоть через окно. Перевязывать, капать капельницы меня могут и дома. Но врач какого-то черта до сих пор отказывается меня выписывать, в итоге меня сторожат собственные люди, по приказу отца, не давая уйти домой.
— В чем дело? Что за крики опять? — Рита с беспокойством оглядывает меня, переводит взгляд на врача, едва переступив порог палаты.
— Маргарита Романовна, постарайтесь объяснить своему мужу, что я и сам бы рад избавиться от такого проблемного пациента. Но ему необходимо… — Рита останавливает его взмахом руки.
— Можете не продолжать. Простите пожалуйста, Богдан Кириллович. Я с ним поговорю, дайте мне пару минут, — улыбается виновато. Врач кивает и разве что не бежит прочь.
— Я думала, ты хочешь поскорее попасть домой, — с укором смотрит на меня, но ласково проводит пальцами по моей щеке.
— Так я это и пытаюсь сделать, а меня не отпускают, — рычу. Рита устало вздыхает и садится на мою койку.
— Костик, — вдруг склоняется ко мне, водит носом по моей щеке и говорит таким соблазнительным томным голосом, — знаешь чего мне хочется?
— Чего?
— Оказаться скорее дома, отправить Алену Дмитриевну погулять с Ромой на пару часов и закрыться с тобой в спальне. Сначала я бы долго тебя ласкала на коленях, — проводит ладошкой по моему паху, который начинает наливаться кровью, даже голова закружилась. — Я так соскучилась по нему, — говорит с придыханием, а я хватаю ее за грудь, Рита закатывает глаза, слегка приоткрывая рот.
— Продолжай, — хриплю, пролезая в вырез на кофточке. Захаватываю пальцами соски, перекатывая их.
— Я бы брала его в свой ротик старательно и глубоко, но не дала бы кончить, дразнила тебя все сильнее и сильнее. А потом ты бы не выдержал, поставил меня рачком и …
— И?
— И я бы сказала — а хочешь мою попку? — мое сердце замерло на мгновение и тут же пустилось в пляс. К попке Рита до сих пор не подпускает меня. Она доверяет мне во всем, не отказывая мне в самых порочных желаниях, кроме одной. — Но ты получишь это все, если будешь послушным мальчиком, перестанешь артачиться и начнешь нормально лечиться. Тебе понадобятся силы.
— Рита, — рычу.
— Ну, не хочешь, как хочешь, — пожала плечами, резко отстранившись от меня. Моя жена удивляет меня с каждым днем все больше и больше. Когда и где она этого нахваталась?
Быстро ловлю ее здоровой рукой, заваливая на себя.
— Готовься, милая, я тебе устрою, — шепчу, кусаю пухлые губки, целую, сплетая наши языки, и жадно мну ее попку, которая скоро достанется мне.
****
История подошла к концу. Остался только эпилог, который перенесет нас на пять лет вперед.
Мы также узнаем, как сложилась дальнейшая судьба Агаты, Дениса и нескольких других персонажей.
Эпилог
5 лет спустя.
— О чем мы с тобой договаривались? — строго спрашивает Костя у Ромы. Я же переминаясь с ноги на ногу, одергиваю себя изо всех сил, чтобы не лезть в разговор отца и сына.
— Папа, он обидел Катю, — без тени страха, уверенно глядя ему в глаза ответил Рома.
— За то, что заступился за девочку хвалю, а вот то, что устроил драку с Самсоновым плохо. Мужчина должен уметь постоять за себя, но если будешь решать все проблемы через силу и беспредел ничего путного из тебя не выйдет. Ты рассек другу лоб.
— Он мне не друг, — брезгливо возражает сын.
— Рита, там Олег Сергеевич приехал, — тихо зовет меня Галя, и я нехотя отлипаю от стены так и не дослушав разговор.
Костя никогда не сюсюкался с сыном, улыбался ему, бережно держал на руках, вдыхал Ромкин запах, чем старше сын становился, тем увлеченнее играл с ним в разнообразные игры, но с самого его рождения муж всегда говорил с ним, как со взрослым. При этом Костя не перегибает палку, и все же, мне как матери порой тяжело. Мне кажется он чересчур требователен к ребенку.
Ромка растет довольно своенравным и упрямым, слишком похожим на отца. Но с твердыми и не присущими совсем маленькому ребенку твердыми принципами и убеждениями.
Уж не знаю почему, но отчего-то сын решил взять на себя роль лидера, а точнее главаря в своей группе в детском саду. Хотя, о чем это я? Конечно знаю откуда корни растут.
Костя, Олег Сергеевич и Антон поставили перед собой цель — вырастить “настоящего мужика”. Ничего против не имею, но их методы воспитания не всегда одобряю.
— С днем рождения, дочка! — свекор дарит мне огромный букет пионов.
— Спасибо, Олег Сергеевич, — глаза немного защипало от слез. И так каждый раз, когда он называет меня дочкой.
— Какая ты красавица, беременность тебе к лицу, — обнимает меня Лиля.
— Да, жаль, что у тебя нет сестренки, — театрально вздыхает возмужавший Паша. Он уже закончил магистратуру и активно работает вместе с Костей.
— Приходи ко мне в студию заниматься танцами, там знаешь сколько девчонок, — подмигиваю ему.
Пока я провожаю гостей в столовую, где уже накрыт праздничный обед в честь дня моего рождения, к нам выходят Костя и Рома. Муж держит сына за руку, они весело хохочут. От сердца тут же отлегло, договорились значит.
— Деда, бабуля! — резко отрывается от Кости и бежит к ним. — Ого, сколько подарков! Можно посмотреть?
— А день рождения разве у тебя? — строго уточняет Вересов старший, но образовавшиеся морщинки вокруг глаз выдают его настрой.
— Нет, у мамы. Но она разрешила мне распаковывать подарки вместо нее.
— О, тогда свой подарочек я лучше уберу подальше, — хитро улыбается Галя. Судя по названию бренда, указанного на пакете, идея здравая. Представила, как сын трясет перед гостями эротическим нижним бельем и прыскаю от смеха.
Мы с Галей давно стали подругами. Она уже не работает помощником Кости. Три года назад создала свой благотворительный фонд помощи животным, и теперь занимается действительно любимым делом.
— Кстати, чего Антон хмурый такой, из-за чего вы спорили?
— Да так, систему безопасности в фонде обсуждали, — соврала, даже глазом не моргнув.
— Галя!
— Ладно, — сдалась она, и перешла на шепот, — Антон и Костя запретили мне тебе говорить, чтобы не волновать, но, в общем, тот Денис уже давно выписался из психиатрической клиники. — от этих слов вся сжимаюсь, в дурном предчувствии. — Смотри, — Галя протягивает мне телефон. На фото семья. Симпатичный мужчина лет 30, девушка с косой и двое детей. — Прикинь, там он познакомился с медсестрой, они поженились, а детей назвали в честь Антона и Кости. Мальчика назвали Константином, а девочку Антониной, — фыркнула Галя, сотрясаясь от смеха. Сначала пребываю в ступоре, но потом до меня доходит и тоже хохочу до слез. — Ты бы видела лицо Антона, когда он узнал, что в его честь девочку назвали. Взрослый мужик и надулся из-за этого. Дурак он, конечно.