Вакуум (СИ)

Свой «оберег» капитан кинул в боковой карман рюкзака: благо дотянуться до него не составляло труда. Майор шагнул к Гефесту, выдал ему почти идеально круглый «оберег», тоже из твёрдой земли; затем к Разуму, выдал ему небольшой камешек с бело-розовым слабым свечением в трещинах; Демидов получил череп маленького зверька, а Олеся небольшой коричневый камень — тот светился слабым синим светом, и девушка тут же принялась с интересом разглядывать его, даже несмотря на то, что ещё чувствовала тяжесть в желудке; так майор оказался у Георгия.
— Буду называть тебя «Желток», — майор положил ему в руки кусок гранита с тем же бело-розовым свечением.
— Спасибо, польщён. — Георгий постарался сказать фразу спокойно, но тень злорадства всё равно не ушла от Контура.
Майор пристально посмотрел в глаза медику и шагнул к Агнии. Ей он выдал идеально круглый диск серебряного цвета. Когда Контур отошел, Агния скептически глянула на диск.
Ну и хрень.
Оказавшись у Антипова, майор вдруг приподнял брови, будто вспомнив нечто важное.
— Ах, да… — он ткнул в грудь Антипова. — Тебя я буду звать «военкор номер раз», а тебя, — он перевёл взгляд на Владимира, — «военкор номер два». Согласны?
Те ничего не ответили.
— Отлично. Ваши «обереги». — сказал он привычным басом.
В ладонь Владимира упал острый обрубок палки с острыми шипами, как он сначала подумал. Из его трещин вдоль тела сиял тот же бело-розовый тусклый свет. Сержант захотел спросить, что держит в руках, как вдруг майор его опередил.
— Это кусок оленьего рога, — майор увидел настороженный взгляд Владимира. — Я животное не убивал, можешь быть уверен. А даже если б и убил, что с того?
Сержант ответа не дал, да и Контур в нём не нуждался. Командир вернулся во главу отряда.
— Готовы? — раздался его голос.
— Так точно! — ответили не все: промолчала Агния и Георгий.
— Друг от друга не отставать! Идём только по моим стопам! Мы вошли сюда, как иголка в стог сена, и должны пройти сквозь него, не задевая колоски! — в ответ молчание. — Вперёд!
Контур развернулся в сторону чащи. Быстро прикрепил платформу. Капитан помог ему с рюкзаком, и Контур зашагал вдоль дороги. Отряд направился следом за ним.
Их путь в Вакууме начался.
XI
Другие
Шаг за шагом они продвигались всё дальше в лес. Дорога продолжалась и за холмом, уходила чуть влево и длинной извилистой змеёй устремлялась дальше на север. Хотя на север ли они шли? Почему они сразу не попали в полный вакуум? Владимир задавал эти вопросы друзьям извне, но почему-то он не слышал их. Это его пугало. Впервые за долгое время они полностью исчезли, перестали нашептывать на ухо свои мысли и молчали, когда он пытался говорить с ними. Что же случилось? Затаив тревогу в душе, Владимир обратился к идущему впереди военкору.
— Коля…
В этот момент Антипов вдыхал воздух из кислородной маски. Он обернулся, закрепляя её на плече. Фиолетовые линии на его полиэстеровой маске чуть светились, будто отвечая на обступивший отряд полумрак.
— Что? — Антипов перестроился и теперь шел рядом с Владимиром, а не впереди него.
— В какую сторону идём? Куда мы попали вообще?
— Не важно на самом деле. Мы вышли на границу Вакуума и теперь идём к его центру. Достаточно простая формула.
— Так… Это я понял. Но вот почему мы сразу не попали в настоящий Вакуум? Воздуха ведь хватает…
— Ну, это как зона отчуждения. Простая аналогия. Чем ближе к центру, тем сильнее радиация. Здесь такая же история. Ответил?
Владимир кивнул.
— Да, спасибо.
Военкор вернулся на своё место.
Пока Владимир пытался установить контакт с потусторонними помощниками, Агния ждала подходящий момент, когда Контур на что-либо отвлечётся. Ей страшно не нравился этот качающий права верзила. Она ему не доверяла: слишком много чести. Наконец Контур остановил отряд, обратился к капитану. Пока начальники говорили, снайпер сделала, что задумывала: взяла и выкинула оберег в кусты. Не хотелось ей узнавать, какие свойства имела эта дрянь. Стоявший впереди Георгий заметил это и тихо спросил:
  
— Уверена?
— Более чем. Не хватало мне идти у него на поводке. Сама всё знаю.
Георгий понимающе кивнул, но ничего подобного со своим оберегом не сделал. Не то что бы он верил в его чудодейственные или какие-либо другие свойства. Просто так. На всякий случай.
К ужасу Георгия, Агнии придётся о своём поступке сильно пожалеть.
В ушах послышался голос Контура.
— Всё, идём дальше.
Отряд направился вперёд вдоль обочины. Владимир всё никак не мог связаться с призраками, в голове по-прежнему стояла необычная для него тишина. И тишина эта не привносила облегчения, совсем наоборот — он ощутил поступь страха.
Дорога уходила налево. Никто не решался идти прямо через чащу, поэтому команда повернула под стать велению пути. Становилось темнее. Деревья становились выше. Сосны стремились к небесам, и буквально через десяток шагов их верхушки потерялись из поля зрения. Каждый метр вперёд будто ускорял их погружение во тьму. Из раннего утра они перешли в темноту ночи.
— Включить ПНВ, — послышался в ушах голос Контура.
Люди спустили приборы с касок на глаза. Владимир тут же увидел темно-синюю картинку и разглядел, как Демидов помогал Олесе с ПНВ. Видимо учёная боялась его повредить. Антон помог ей и спросил:
— Всё хорошо?
Ответа Владимир не расслышал, но он видел, насколько девушке было страшно и неловко. Она глубоко дышала, оглядывала местность огромными глазами, а когда в темноте раздавался шорох, он отзывался дрожью в её теле. Крольчиха, заблудившаяся в чаще.
Отряд продолжил путь в полной темноте. Линии на масках отчётливо отпечатывались на окулярах ПНВ, Владимир различал и их цвет. Он шел последним, но то и дело замечал фиолетовые линии на маске военкора: тот время от времени поворачивался к сержанту, судя по всему, проверить, не пропало ли прикрытие. Сам сержант пока не слышал и не видел чего-то необычного, да и оборачивался он крайне редко и каждый раз натыкался только на сухие ветки и тёмную бездну пройденного пути. Пожалуй, военкор начитался всякого о Параллелях и старался, чтобы ни одно маломальское движение не ушло от его взора.
Вдруг в ухе прошипела рация и послышался голос майора.
— Прямо по курсу деревня. Рассредоточиться. Приготовьтесь к сюрпризам.
Отряд перестроился. Майор и капитан образовали угол; Гефест и Разум шли справа, образуя одну сторону треугольника; Агния и Георгий — другую сторону. Учёные вошли в середину треугольника, а его основание образовали Владимир и Николай.
Они вышли к первым домам, оказавшимся прямо перед чащей. Тёмные окна напоминали пустующие глазницы черепов. Дворы захламлены, двери открыты. Кое-где горели тусклые огоньки, черпавшие воздух. Кто поджег стоявшие тут и там свечки Владимир не понимал, равно как не догадывался почему они не потухли. Стояла гробовая тишина, не нарушаемая даже хрустом веток. Дорога оказалась сухой и чистой. Слышалось только мягкое движение платформ…
вжих… вжих…
…и редкие скрипы ставен и дверных петель. Отряд вышел на главную улицу и остановился. Контур и капитан перешептывались, а бойцы осматривались. Владимир ничего не видел. Тишь да гладь. Вдруг разлетелся тихий стон Олеси, показавшимся оглушительно громким.
— Ты чего? — испугался не меньше других Антон.
Демидов положил руку ей на плечо: учёная стояла, чуть сгорбившись.
— Не могу. Даже с этой хреновиной тяжело, — указала она пальцем за спину.
Вдруг перед ней оказался капитан.
— Что такое?
— Тяжело мне. — ответила Олеся. — Дышать сложно, груз к земле тянет.
— Привал? — спросил Артём.
Встрял Контур.
— Никаких привалов. Дойдём до озера, и будет нам отдых. — он равнодушно посмотрел на девушку. — Без вопросов.
Цаер ничего не оставалось, кроме как кивнуть и разогнуть спину. Демидов горящими глазами посмотрел на майора, но тот уже вернулся в строй. Капитан последовал за Контуром.