Боксер 5: Назад в СССР

Ох. При воспоминании о кубинцах меня снова одолели мысли о будущей Олимпиаде. Там ведь не только блатным, но и всем остальным никаких скидок не предвидится. И то, что Себастьян Фундора мне лично жал руку с дружеской улыбкой и даже поддержал меня на стрелке с дембелем, подтянув туда еще и всех остальных своих друзей, ровным счетом ничего не значит. Это в жизни мы добрые знакомые, которые стремятся друг другу помогать. А на ринге никто в поддавки играть не будет! В этом смысле меня немного тяготило это времяпровождение с малознакомыми мне родственниками. Мне хотелось использовать каждую свободную секунду для того, чтобы еще хоть немного потренироваться в зале. Будь я сейчас в «Динамо», я бы так и делал. А в свободное время, когда приходило время отдыха, читал бы о различных техниках боев, чтобы чуть позже пробовать применять их в деле. А тут…
Но ничего не поделаешь. Деваться мне было некуда. Во-первых, я был еще несовершеннолетним и не мог быть до конца самостоятельным, а во-вторых, это было бы попросту свинством. В конце концов, эти, в общем-то, милые люди не были виноваты в том, что их сына в прямом смысле подменили. Да и мне выдавать этот секрет было нельзя. Так что ближайшие десять дней придется поиграть в примерного сынулю. Ничего, потом в зале все наверстаем, да еще и вдвойне!
– А вообще, Мишка, знаешь, – отца после нескольких выпитых рюмок, видимо, потянуло на философский лад. – Я когда смотрел все эти ваши бои, поймал себя на мысли, что бокс в чем-то похож на шахматы.
Мать удивленно уставилась на него.
– Да-да, – ответил ей отец на повисший в воздухе вопрос, – я не сошел с ума. Просто я сидел, наблюдал, пытался понять… и вдруг в какой-то момент увидел, что в боксе тоже нужно просчитывать ходы наперед! Что каждый бой – это по сути та же шахматная партия, где ты выстраиваешь свою тактику, пытаешься почувствовать и понять ход мыслей своего соперника, учитываешь его сильные стороны и используешь слабые… Это тоже интеллектуальный спорт, ребята! И знаешь что, Мишка! А давай-ка с тобой в шахматы сыграем! Тряхнем, как говорится, стариной!
По моей спине прошел внезапный озноб. Этого мне только не хватало! Вот уж чего-чего, а в шахматы мне сейчас играть точно не вариант! Я по-прежнему не помню ни единого правила, кроме того, что конь ходит буквой «Г», и если меня сейчас засадить за доску, то мое неумение играть выплывет максимум на третьем-четвертом ходе, а то и раньше. Отец расстроится и разозлится, у матери начнется истерика, что ее суперинтеллектуальному сыночку в этом треклятом боксе уже успели всю голову отбить… Нет, нужно было срочно что-то придумать! Хотя… может, это он просто на эмоциях выпалил и сейчас забудет, переключившись на что-то другое?
Но отец ничего забывать не собирался. Видимо, хоть он и смирился с тем, что я теперь боксер, но где-то глубоко внутри у него сидела надежда, что я останусь шахматистом хотя бы на уровне любителя. Можно будет рассказывать соседям и друзьям, что «мой-то в боксе чемпион, а как домой приедет, так еще и всех шахматистов за пояс заткнет!»
– Машка! – обратился отец к тетке. – А где те шахматы, которые я твоему бывшему дарил, а он так ни разу в них и не сыграл?
– Так я их соседке отдала, – ответила тетя Маша. Ффух, я хоть имя ее теперь узнал! Полегче общаться будет. – У нее пацан вон подрастает, Генка, пусть учится, ему хоть, может, толк будет.
– Мишка, сходи! – отец кивнул в сторону соседского дома. – Возьми шахматы, скажи – на часок-полтора надо!
– Да она только к вечеру будет, – вмешалась тетя. – Они всем кагалом куда-то уехали, в город, что ли… она говорила мне вчера. Вечером все вместе и сходите.
– Теть Маш, – я все-таки не оставлял надежду переключить внимание родственников с шахмат на что-то другое. – А давай я тебе по дому помогу? Ну, что-нибудь тебе же надо здесь сделать?
Родственники удовлетворенно переглянулись – мол, вон какой замечательный помощник у них растет.
– Помочь, говоришь? – тетка на мгновение задумалась. – А ты дрова колоть умеешь?
  
– Умею! – кивнул я. В прошлой жизни мне чего только ни приходилось делать руками!
– Ну тогда иди во двор и дров, что ли, мне наколи, – улыбнулась тетя Маша. – Топор в сарае лежит, на верстаке прямо.
Вот и отлично. Колка дров – такой же физический труд, как и работа на лапах или, там, на груше. Считай, внеочередная тренировка подоспела, на крепость плечевого пояса и силу удара – как раз то, что мне и было нужно. Сорвавшись с места, я помчался в сарай, взял топор и с воодушевлением приступил к процессу. Успев заметить в дверях встревоженное лицо матери – «как бы он еще топором себе по ноге не долбанул!» – и еще больше сосредоточился на правильном ударе. Пусть видит, что я не просто так занимаюсь и вполне себя контролирую.
Когда дрова внушительной кучкой ростом мне по пояс аккуратно лежали рядом, я решил остановиться. Отложив топор, я огляделся: чем бы заняться теперь? Из дома доносились громкие и веселые голоса родни – значит, застолье продолжалось, и напоминать им о себе мне сейчас хотелось меньше всего. А то опять вспомнят, что неплохо было бы в шахматы сыграть.
Поразмыслив немного, я решил пробежаться. Руками я уже поработал, пора было размять и ноги. Бежать я решил дальше по направлению автомобильной дороги: там, как я успел увидеть, начиналось что-то вроде пересеченной местности. А это уж в любом случае было поинтереснее, чем трястись по ровному отутюженному асфальту.
Минут пятнадцать бега через канавки и пролески вывели меня к небольшой речке. Я задумался. Воды здесь было примерно по пояс – ну, может быть, чуть-чуть побольше. И вода эта, как и погода вообще, была уже довольно прохладной – как ни крути, все-таки на дворе стояла уже середина октября. Бабье лето уже было позади, но… хороший спортсмен не должен упускать такую важную вещь, как закаливание. Я подумал, что небольшое моржевание пойдет мне только на пользу, быстро разделся и забежал в воду.
Ох! Уже довольно студеная водица мигом меня взбодрила – хотя, казалось бы, куда еще бодриться после пробежки и колки дров? Но это состояние свежести, когда энергия буквально пронзает тебя от макушки до пяток, невозможно сравнить ни с чем. Недаром в крещенских купаниях в будущем принимали участие даже те, кто имели весьма смутное представление о сути этого праздника. Люди интуитивно чувствуют, что поможет им укрепить здоровье и взбодрить дух.
Ладно. Для первого раза пары минут вполне достаточно. Не хватало еще воспаление легких тут схватить. Я выбежал из воды так же быстро, как и забегал в нее, и начал в темпе одеваться, намереваясь с помощью обратной пробежки согреть тело, а, вернувшись домой, выпить горячего чаю. Предвкушая, с каким наслаждением я после всех этих активностей завалюсь в чистую и теплую постель, я вдруг услышал сзади себя девичий голос:
– Ну привет, Мишаня! И где мои цветы?
Я резко обернулся и увидел перед собой симпатичную ровесницу, насмешливо глядевшую на меня. Блин! Я же перед купанием разделся абсолютно весь – еще не хватало возвращаться домой в ледяных от воды трусах – и теперь стоял перед этой девчонкой совершенно голый. Быстро прикрыв руками причиндалы, я вдруг подумал: «Вот и повторяется мое знакомство с Ленкой. Только на этот раз зеркально: девица меня застала во время купания голышом, а не наоборот. Только что она несет про какие-то цветы?»
– Привет, – сказал я. Как же часто теперь мне приходится ограничиваться общими фразами, чтобы ничем себя не выдать? Нет, я здесь реально Штирлиц какой-то.
– Твой папаня к нам сейчас заходил, шахматы спрашивал, – томным голоском произнесла барышня, – ну так вот они.
С этими словами она протянула мне шахматную доску.
– Брательник мой играл-играл, а сейчас что-то подзабросил, – объяснила она. – Малой еще, ветер в голове гуляет. Так что можешь пока пользоваться, потом, как будешь уезжать, отдашь.
– Ага, спасибо, – ответил я, продолжая на ходу соображать, как мне себя вести с этой девицей и чего ей от меня может быть надо.