Новая жизнь темного властелина. Часть 2 (СИ)
Со стен храма на меня смотрели женские лица. Большие и маленькие; исчерченные линиями морщин и совсем юные; яркие и поблекшие от времени. Похожую роспись стен я видел в храме семнадцатого квадрата. Рисунков там было поменьше, но и сам зал не такой огромный — свет моих «огоньков» здесь не дотянулся до дальних стен, не сумел осветить все закутки.
Я не мог сейчас выделить себе время на то, чтобы разглядывать лица боярынь-предков. Но на некоторых рисунках мой взгляд всё же задержался. Я невольно замедлил шаг, потом и вовсе остановился. Уж очень боярыни прошлого походили кто на Мышку, кто на Рослевалду, а одно лицо — ну в точности Каталиния Восемнадцатая, только лет на сорок постарше.
— Интересно девки пляшут.
Собственные слова вывели меня из задумчивости. Чтобы изучить все лица на стенах потребуется много времени. Уверен, что в будущем смогу его выкроить. Интересно было бы узнать, чем заслужили все эти дамочки честь оказаться на стене Главного храма. Быть может все они великие воительницы и героини Кординии. Обязательно изучу их прошлое — пороюсь в архивах боярских родов.
Пробежался глазами по залу. Повсюду, куда дотягивался свет огоньков, мой взгляд улавливал блеск золота и цветных огранённых камней — на колоннах, на подставках светильников, на многочисленных ритуальных предметах, что красовались на стенах в окружении женских лиц. На обстановку в Главном храме предков потратились знатно, не поскупились.
Но особенно выделялось роскошным блеском массивное покрытое позолотой металлическое кресло. Без мягкого сидения и удобных подлокотников, с не оббитой ни тканью, ни древесиной спинкой. Совершенно непригодное для частого использования: глазом не успеешь моргнуть, как застудишь на таком все важные органы — это если ещё и позабыть о комфорте. Но яркое, богато украшенное, красивое и… внушительное.
Кресло стояло на возвышении, у дальней от входа стены. Похожее на королевский трон. Уверен: именно на нём раньше и восседала марионетка меллорна — Верховная жрица. Сомневаюсь, что на жёстком и холодном металле сумел бы долго усидеть кто-либо другой. А вот у Хранительниц, насколько я помнил, была одна общая особенность: они никогда не болели — магия рощи заботилась об их здоровье.
— Пришёл сюда не на стульчик смотреть, — сказал я.
Напомнил себе, что льера Лукория осталась в Мужской крепости, что следовало поскорее забрать её оттуда. И перенести в Бригдат спящих мужчин, пока те всё ещё спящие. Вспомнил, что пожадничал, когда вливал в заклинания ману — кто-то из мужиков мог вот-вот проснуться. Кто знает, так ли они пугливы и нерешительны, как местные. Как бы Луке не пришлось от них отбиваться.
* * *
Вход в подземелье я обнаружил, где и рассчитывал: внутренняя планировка Главного храма предков мало отличалась от той, что я видел в храме семнадцатого квадрата. Дверь в огромную подземную усыпальницу боярских родов Кординии нашёл незапертой. Заглянул за неё — бросил заклинание. Живых поблизости от входа не обнаружил. Но почувствовал там, внизу, присутствие мёртвых.
— Замечательно.
* * *
Вернулся в Мужскую крепость.
Аромат меллорна в воздухе сменился на смрад немытых человеческих тел.
Льера Лукория резко повернулась ко мне, направила мне в живот стреляющий посох змеих. Но тут же опустила его: разглядела в полумраке игрового зала моё лицо. Устало улыбнулась.
— А, это ты, — сказала она. — Что дальше?
Отметил, что выпавшие сегодня на долю штос-офицерши переживания и физические нагрузки оставили на её лице след: выглядела Лука измученной. О защите своей будущей супруги я позаботился, а о её самочувствии — нет. Исправил оплошность: добавил в ауру льеры плетение «бодрость» — лучше поздно, чем никогда. Подзарядил и её накопитель, из которого «алмазная броня» успела вытянуть половину заряда.
Указал на пленников.
— Перенесём их в Бригдат, — сказал я.
Большинство мужчин спали. Лишь двое сидели на полу, поджав ноги. Толстые, бледные, голые. Тряслись то ли от холода, то ли от страха. Бросали на нас с Лукой пугливые взгляды, потирали кровоподтёки на лице. Похоже, штос-офицерша успела преподнести им несколько уроков дисциплины — прекрасно обошлась без знания языка Западного континента.
Бросил плетения — мужчины повалились на пол: уснули.
— Подготовил для них место в Доме совета, — сказал я. — Вода в нём есть — я проверил. Законопатил там все двери — не разбегутся. Посидят сутки под замком, пока мы разберёмся с делами. Немного поголодают: кормить мне их пока нечем. Но для них это и полезно: вон какие щёки и бока нажрали.
— Они все… такие, как ты? — спросила Лука.
— Если ты о том, что они не дохнут от магии — то да, такие же, — сказал я. — Нам они пригодятся. Как я слышал, детишки от них тоже родятся незатронутыми проклятием богов. Так что на нашем острове скоро будет царить равноправие полов. Я об этом позабочусь. Надоело это ваше женское царство.
— На нашем острове?
— Ты правильно поняла. Я собираюсь здесь задержаться. Лет на сто. Как ты смотришь на то, чтобы построить в Бригдаде домишко — этажа в три-четыре, с пятью или семью башенками? Родим десяток детишек, снарядим тебе небольшую армию — ты же, как-никак, офицерша. В общем, проживём тихую, провинциальную жизнь. Хочешь внуков нянчи, хочешь грабь побережье материка — тут уж как решишь.
— Десяток дочерей?!
Мне показалось, что в глазах Луки промелькнул испуг — должно быть, виной тому плохое освещение. Не стал зажигать «огоньки»: за время моего отсутствия в крепость могли вернуться отряды змеих из Оргоны. Я не хотел бы тратить время на стычки с ними.
— Ты не любишь детей?
— Я… люблю, — сказала льера Лукория. — Но… десяток! Кир, не много ли?
— Десять или двадцать — это уже нюансы, — сказал я. — После с этим разберёмся. Когда приступим к планированию будущего семьи. Но как ты смотришь на основную идею?
— Жить на острове? Я жеж… согласна. Возвращаться в Ягвару мне не стоит. Там у меня будущего нет — только плаха на городской площади. Если только…
— Вот и замечательно, — сказал я. — Детали обсудим после. А сейчас займёмся делом. Пора уходить отсюда. И уносить наших бычков производителей. Готова?
* * *
Мужчин мы укладывали на пол в Зале совета. Каждого я награждал новой порцией «сна». В ближайшее время у нас не будет возможности возиться с ними — пусть хорошенько отдохнут. Кто знает, когда ещё они смогут так долго бездельничать. Ведь Кординия не маленькая. Мужичкам уже скоро придётся работать буквально на износ, чтобы удовлетворить потребности в потомстве её жительниц. Но только начнут они работать не сегодня. А когда я решу вопрос со служанками богини.
Вынесли из Мужской крепости последнюю пару упитанных тел — присели на лавку, чтобы перевести дыхание. По вискам льеры иль Гише скользили крупные блестящие капли. На руках штос-офицерши вздулись вены. А одежда на спине и боках промокла от пота. Видел, что Лука вымоталась, но точно не валилась с ног от усталости. Не пожалел, что взял её в помощницы — без Лукории я провозился бы с переноской этих толстых боровов до самого утра.
— Всё, — сказал я. — В ближайшие часы мне твоя помощь не понадобится. Можешь отдыхать. Сейчас отведу тебя в Реву, к Мышке и Васелеиде. Поешь, помоешься. Будете ждать меня.
— А ты?
— Я вернусь сюда. У меня здесь ещё много дел.
* * *
В ревском «Доме ласки и удовольствий» я всё же позволил себе ополоснуться, проглотил то ли поздний ужин, то ли ранний завтрак. Перекинулся парой слов с Васей. Васелеида меня ни о чём не расспрашивала. Лишь отчиталась, что случилось в моё отсутствие. Мышка спала на моей кровати — по словам Васи, уходить в отдельную комнату мелкая отказалась. Хмурилась, посапывала. У нас получилось не разбудить её.