Наверху (СИ)
А дядя, увидев его, вдруг назад подался и едва не упал. Хорошо парень быстро среагировал и его поймал.
— Дядя Миша! Это же я, Максим! Не узнал? — рассмеялся такой реакции парень. Ведь, родной дядя смотрел на него, как на совершенно незнакомого человека. Как тут не рассмеяться. — Это я!
Дядя тоже вроде улыбнулся. Стал, наконец, на человека похож. По имени его, Максимкой, назвал. Только тут же почему-то заикаться стал, побледнел весь, выкать начал. Того и гляди кланяться начнет. Бред какой-то. Неужели решил, что новый статус парня совершенно все меняет в их отношениях.
— Ты что из-за этой тряпки что ли?! — удивился он, тыкая пальцем в герб гимназии на своем пиджаке. — Я же вот! Дядя Ми…
Бес толку. Особое отношение к аристократам, и даже где-то страх, настолько было сильно в мужчине, что он никак не мог побороть себя. Мялся, кивал головой. Мол, конечно, конечно, дорогой племянник, узнаю вас и очень рад нашей встрече. Для меня это большая честь. Все это открыто и очень просто читалось в его мимике. Словом, сейчас и, главное, здесь бесполезно было разговаривать с ним.
— Я тогда пойду, — проговорил он рукой, а дядя, черт побери, поклонился в ответ. — Как же все запущено…, — рядом стоявшие техники, двое седоволосых мужчин с небольшими животиками, вдруг взяли и тоже поклонились. — Вот же, мать вашу.
Махнув рукой на них, Александр развернулся и влился в уже поредевшую толпу гимназистов. До первого занятия оставалось всего ничего, а ему еще нужно было найти свою аудиторию.
Быстро пересек коридор, на одном дыхании взлетел по лестнице на второй этаж и остановился в раздумьях. Непонятно было, куда ему двигаться дальше.
Повертев головой, он вспомнил, что его зачислили на третий курс в группу с литерой «А».
— А вот и нужная мне литера, — заметил табличку на одной из аудиторий. В этой гимназии ему, как уборщику, доступа не было, поэтому ориентировался он здесь не очень хорошо. — Значит, мне сюда.
Резко развернулся и двинулся туда. За пару шагов до двери в него врезался какой-то мальчишка, неожиданно выскочивший из-за поворота. От удара пацана упал на задницу и заревел навзрыд.
— А-а-а-а, — вдобавок ещё за живот схватился, словно его только что туда пнули. — А-а, больно-то...
Остановившийся Александр с нескрываемым удивлением уставился на ревущего ученика, совсем не ожидая такой реакции на в общем-то слабенький удар. Пацан легко бы устоял на ногах. А тут отлетел, словно его с силой пнули, живот трет и ревёт белугой. Бред какой-то.
Парень нагнулся и, схватив упавшего за рукав, начал его поднимать. То. Почему-то вырываться начал, не переставая при этом громко стонать.
— Живот... А-а-а, — заливался пацан, катаясь по полу.
Играет, наконец, догадался Александр. Весь этот спектакль был игрой для зрителя или зрителей, значит, сейчас должен был последовать второй акт. .
— А вот и главный солист, по всей видимости, — пробормотал парень, замечая выходящего из аудитории довольно крупного гимназиста с недвусмысленно перекошенным лицом. — Интересно...
Разыграно прямо по учебнику. Классический сложносоставной конфликт, в котором конфликт первого порядка становится поводов для конфликта второго порядка. При этом оба конфликта явно связано единым умыслом... И кто же у нас такой комбинатор? На этого бугая ни как не похоже.
— А, вот и режиссер. Сестричка-а-а, -Александр широко улыбнулся и помахал рукой Ольге Скуратовой, которая выглядывала из-за спины бугая. — Что же ты своего братца не подождала, умчалась, как ветер?
Та тут же зарделась, словно маковый цвет. От злости, похоже.
— Слышь, ты че борзый такой? Первака обидел. Зубы что ли жмут? — сразу же «наехал» на Александра коротко стриженный гимназист в пиджаке, что едва не трещал в широких плесах. –Что зенками лупишь?
Александр просто развел руками в ответ. Объяснять что-то в такой момент совершенно бессмысленно и даже контрпродуктивно. Здесь жёстче действовать нужно, если чувствуешь за собой силу.
— Придется поучить тебя немного..., говнотер, — гимназист многозначительно хрустнул суставами кулака и попер на него. — Если словами не доходит...
Сделав шаг назад, Александр сгруппироваться. Ситуация складывалось непростой. Конечно, кулаками помахать для него не проблема. Противник, хоть и внушал опасения своими внушительными габаритами, на самом деле был ему на один зуб. Он неповоротлив, мышцы забиты. Рядом с таким танцевать можно, не опасаясь, что кулаками зацепит. Только нельзя было Александру сейчас мордобой устраивать. Не место и не время. Поэтому будем все «спускать на тормозах».
— Врежь ему, Никитос! — кто-то шикнул со стороны, явно подначивая здоровяка. Но того и подзуживать не нужно, он и так «заряжен» бы.
Бугай, сделав зверское лицо, замолотил кулаками. Хорошие такие кувалды, каждая с голову ребенка, полетели в сторону Александра. Удары прямые, хорошо поставленные. Попади хоть один в цель, парня бы с ног снесло, как кленовую кеглю.
Долго не раздумывая, Александр моментально ушел в сторону и тут же сделал то, чего противник, да и все собравшиеся вокруг, никак не ожидал. Парень быстро шагнул вперед и буквально «прилип» к бугаю. Казалось, они начали вальсировать вместе.
— Что тут происходит? — откуда-то издалека донесся строгий голос с внушительными начальствующими нотками. Явно кто-то из начальства. — Занятие уже началось.
Александр, словно в ртуть превратился. Резкими тычками напряженных пальцев жестко бил по болевым точкам бугая. Бил без взмаха, в пол силы, чтобы, не дай Бог, не повредить что-то.
— Я спрашиваю, что здесь происходит?! — в плотный круг гимназистов, столпившихся вокруг, влетела высокая дама с горящими глазами. Галина Ивановна Пирогова, помощник старшего управлявшего, отвечала за дисциплину и, естественно, от ее строго ока не могло уйти такое жуткое нарушение порядка.
— Что?! — ее опытный начальствующий взгляд тут же выцепил двух сцепившихся парней с красными, как у помидор, лицами. Драка, что тут думать! Естественно, драка! Чрезвычайное происшествие, как и предупреждал старший управляющий! — Ну? Драться удумали? — дама нахмурилась, волком рассматривая обоих парней. — Исключения захотели?
Бугай, даже при своем горячем желании, ни слова не мог ответить из-за сведенных судорогой мышц. От ударов по особым точкам по его телу до сих пор гуляла чрезвычайно болезненная шоковая волна, оказавшаяся лучше всякой смирительной рубашки.
— Что вы такое говорите, Галина Ивановна? Какая драка? — широко улыбавшийся Александр дружески хлопал здоровяка по плечу. Прямо лучшие друзья. Хотя, что там друзья, близкие родственники, почти братья. — Как вам, вообще, такое в голову могло прийти? Я просто показывал своему лучшему другу кое-какие приемы из старинной русской борьбы. Так ведь, дружище? — в этот момент он молил лишь о том, чтобы его не спросили, а как зовут его «лучшего друга». Парень ведь ни слухом, ни духом об этом.
Дама тут же повернулась в сторону бугая. Ее недоверчивый взгляд буквально буравил гимназиста. Чувствовалось, что ни на грамм не верила она в это объяснение.
— Это соответствует истине, господин Оболенский? — Никита, которого боль только-только начала отпускать, болезненно выдохнул. После попытался изобразить улыбку, с трудом растягивая непослушные губы. Когда же не получилось, просто кивнул. Мол, все именно так и было, госпожа Пирогова. — Значит, не было никакой драки? — усмехнулась она, прекрасно все понимая. Только версия гимназистов ее более чем устраивала: драки не было, а, значит, не было и чрезвычайного происшествия в гимназии. — Тогда почему вы еще не на занятии?
Александр состроил виноватую минут на лице, потупил взгляд, ногой даже немного шаркнул. А в ответ ему погрозили пальчиком, что тоже не переигрывал.
— Что, Никита, боевая ничья? — парень подхватил бугая под руку и помог ему доковылять до двери в аудиторию. — Или…, — он протянул ему свою руку.
-//-//-
В одной из аудиторий «перваков», гимназистов первого курса обучения, «кучковались» ученики. Занятия давно уж закончились, а никто почему-то не расходился. Почти два десятка мальчишек и девчонок дружно что-то обсуждали, говори почти одновременно, то и дело перебивали друг друга.