Турнир четырёх стихий (СИ)

Кажется, вчерашний случай напугал не только меня. Правда вот, если я переживала за сохранность его жизни. То мистер Нилман, кажется, наоборот, переживал за мою жизнь. Что неудивительно. Если учесть какая на нём лежит ответственность, возлагающаяся на каждого профессора академии.
— Составить тебе компанию? — Он с интересом заглядывают в мои глаза, в ожидании.
Но я тут же мотаю головой и говорю:
— Прости. Я хочу побыть одна…
Он ничего не произносит. Просто кивает, принимая мой ответ. Правда, когда я уже практически оказываюсь возле ворот, а он сворачивает в другую сторону, вдруг слышу:
— Кейла!
Я оборачиваюсь назад и снова перевожу заинтересованный взгляд на Матео.
— Слышал, ты собралась участвовать в турнире четырёх стихий?
Я усмехаюсь.
— Тоже самое могу сказать о тебе.
Новость о том, что помимо Дэльера в турнире также будет участвовать и Сантерс — несколько напрягла меня. Ведь бороться с такими соперниками — задача не из лёгких. Однако, как бы там ни было — у меня нет особого выбора. А потому и расстраиваться, загружаясь подобными мыслями, я не собиралась.
Он щурится, глядя на меня так, словно в который раз пытается уловить что-то понятное лишь ему одному. А затем кивает, кажется, смирившись с подобным фактом.
— Что ж. Тогда я искренне желаю тебе удачи.
— А я желаю всем нам честной борьбы, — серьёзно произношу я, всё ещё веря в некое подобие правил и моральных принципов.
Однако на мои слова Матео насмешливо мотает головой.
— Хочу тебя огорчить, Кейла. Но в турнире четырёх стихий не бывает честности. Там лишь сила, смекалка и сплошная вереница подстав, чтобы участники выбывали ещё до начала, освобождая своё место другому участнику.
Поджимаю губы, озадаченная подобной информацией. Но затем спешно беру себя в руки и тут же произношу:
— В таком случае — победит сильнейший.
Я едва улыбаюсь ему, а затем наконец выхожу за пределы академии. Показываю разрешение скиру, и когда мне удовлетворенно кивают — сворачиваю на тропинку, которая ведёт к остановке, откуда можно уехать в город.
Долго ждать не приходится. Автобус приходит через пять минут. При том людей в нём от силы десять человек. Поэтому я свободно пробираюсь по салону вперёд и занимаю место, в мягком кожаном кресле, прямо возле огромного окна, тянущегося вдоль всего автобуса.
Спустя пару минут, мы наконец трогаемся с места.
Устало откидываюсь на спинку сидения и, прикрыв глаза, мысленно выдыхаю.
Кажется, будто в не стен академии все проблемы — лишь выдуманная иллюзия. Прочные, каменные стены — больше не давят. Поблизости нет мистера Вольтинэра, который похоже вознамерился вплотную заняться моим досье. Что наталкивает на определённые мысли — либо я слишком часто светилась, являя статус плохой студентки, и он решил разузнать обо мне побольше, чтобы иметь рычаги давления, либо…
Либо он что-то знает.
И пока я совершенно точно не представляю, как могу с этим разобраться. Выводить же его на чистую воду слишком рано. Особенно, когда на руках нет каких-либо весомых фактов и доказательств. По крайне мере — пока.
Правда, если Рэй наконец-таки вышел на связь — значит он тоже что-то разузнал. А потому мне не терпится поскорее его увидеть!..
Я приезжаю раньше назначенного времени. А потому решаю немного прогуляться по центру города.
Не торопясь, осматриваю местную архитектуру, которая порой поражает своей фантазией и острыми углами. Затем рассматриваю фрески, в главной церкви, неподалёку от площади. Любуюсь на аллею фонтанов, в которых вода светится, словно на дне лежит множество маленьких лампочек. Осматриваю здешние улочки, подмечая тот факт, что не во всех уголках столицы так уж чисто и, казалось бы, идеально. Правда местные жители похоже всем довольны. Ведь я то и дело слышу детский смех. Вижу, как в небольших беседках, увитых лозами, болтают взрослые. Как старики играют в волшебные шахматы и портбол — что-то наподобие воздушных корабликов, которые воюют между собой за территорию, поделившись на флоты.
В какой-то момент я сворачиваю в небольшой переулок и внимательно осматриваюсь по сторонам.
 
Это место отличается от тех, что я видела не так давно. Даже каменные плиты кажутся более крупными, потертыми, словно пролежали здесь уже не один век. Впрочем, как и домики, выполненные из тёмно-синего кирпича, со встречающимся серыми вставками, по форме напоминающими ромб.
Я прохожу книжную лавку, затем небольшой магазинчик, специализирующийся на амулетах, после чего выхожу к скромной, но довольной яркой вывеске, надпись которой гласит красными буквами: «Джек&Блэй», а ниже: «бар».
Постояв в задумчивости напротив дверей, я всё же решаюсь зайти внутрь.
Хм. По-моему, это то, что мне сейчас нужно.
Тихое, уютное местечко, со своей особенной атмосферой и кружка безалкогольного эля.
Однако…
Стоит оказаться внутри, и я понимаю, что погорячилась с выводами.
Вместо спокойствия и тишины, здесь царит атмосфера праздника. Повсюду слышится мужской смех, изредка разбавленный женским пением. На сцене, вокруг дородной женщины, поющей в микрофон, танцуют девушки. Правда их танцы совсем далеки от принятых норм. Барная стойка же почти полностью забита. В основном это мужчины. И в руке каждого из них виднеется большой увесистый бокал, заполненный до краёв золотистой жидкостью с огромной шапкой из пены.
В какой-то момент мне становится не по себе от многозначительных, заинтересованных взглядов, направленных в мою сторону. Но раз уж я здесь — будет глупо так просто уйти.
Поэтому расправив плечи и, сделав мысленный вдох, направляюсь к барной стойке, за которой ловко управляется с бутылками широкоплечий, рыжеволосый мужчина, с небольшой бородкой и огромной татуировкой на пол руки.
— Добрый день. — Я привлекаю к себе внимание, и он отрывается от смешивания коктейля.
Оглядывает меня с головы до ног, а затем басистым голосом усмехается. После чего с легкой хрипотцой в голосе произносит:
— Крошка, ты заблудилась?
На меня тут же оборачивается парочка зевак. А затем ещё несколько мужчин, которые сидят поодаль от остальных, в самом тёмном углу. И, судя по их лицам, они уже изрядно подвыпившие. Заметив же на себе пристальный взгляд одного из них, спешно отворачиваюсь.
Подобное любопытство только лишний раз привлекает ко мне внимание.
Тряхнув головой, отгоняя недобрые мысли, снова обращаю всё своё внимание на мужчину и тут же произношу:
— Будьте добры, кружку безалкогольного эля.
Мужчина со странным прищуром смотрит на меня, а затем неожиданно произносит:
— Восемнадцать есть?
— А вы такой блюститель законов? — не сдержав колкости, усмехнувшись, спрашиваю я. Поскольку прекрасно понимаю, что в подобных заведениях всем плевать на возраст, если у тебя есть деньги в карманах или же парочка золотых монет. К тому же, по мне вполне видно, что я уже давно перешла подростковый возраст. На минуточку — мне уже двадцать!
Рыжеволосый бородач несколько секунд неотрывно смотрит на меня, а затем усмехается. Его губы растягиваются в лукавой улыбке, когда он произносит:
— Минуту, юная леди.
Удовлетворенно киваю, и продолжаю осматриваться по сторонам. Однако ничего нового, кроме увесистых оленьих рогов и волчьей шкуры, висящей в самом конце, не замечаю. Зато снова натыкаюсь на обжигающий взгляд брюнета, который по-прежнему сидит со своей компанией в дальнем углу. Веселье у ребят идёт полным ходом. Ведь в этот момент им приносят целый поднос с кружками, в которых переливается янтарная жидкость.
— Твой заказ. — Вдруг слышу я и тут же перевожу взгляд на бармена.
Сдержано улыбнувшись, говорю: «Спасибо», а затем прохожу в дальний, противоположный угол, где практически нет людей. Занимаю свободный столик и ставлю перед собой кружку, заполненную до краев бордовой жидкостью, отливающей гранатовым цветом.
Мысленно выдыхаю, на мгновение отбросив тяжелые мысли, которых с каждым днём становится только больше, вместо того, чтобы оставить моё сознание в покое и хоть на миг — дать эту спасительную свободу, когда не нужно постоянно придумывать план по спасению собственной жизни или же решать очередную проблему, свалившуюся на мою голову.