Русалка на суше (СИ)

заранее, еще до открытия магазина. В целом, это уже сделает хорошую рекламу, и открытия будут ждать с нетерпением. Да и мои соседи порадуются.
Честно говоря, сперва я думала о какой-то модели разводного моста. Я могла водой создать не переправу для индивидуальной кареты, а полноценный мост, а в случае появления корабля его убирать. Почему-то вспоминался мультфильм Волшебное кольцо, где в одной из сцен царевна свинтила в город-Париж вместе с хрустальным мостом, а царь потом ходил с по берегу со смешным «где мой мост?»
Держать мост постоянно поднятым для меня не представляло проблемы, ведь моя магия, создавшись, продолжала сама себя поддерживать. Но механики в ней не было, невозможно было сделать кнопку «убрать мост», пришлось бы постоянно дежурить у магазина на случай появления корабля. А если я из дома отлучусь, что же, мост убирать и прекращать всю торговлю? Или реку перекрывать? Нет, так только репутацию портить.
Вариант сделать мост настолько высоким, чтобы под ним проплывали корабли без проблем, я тоже сразу отмела как нереалистичную — слишком крутым получится мост, а вода, пусть и отвердевшая под силой магии, все же не особенно шершавая, скорее гладкая
— не сорвался бы кто. А как сделать подъем более пологим? Не строить же целую эстакаду, это будет просто неудобно — по набережной не пройдешь. Да и взволнованная общественность не оценит. Поэтому я решила пойти по другому пути.
Я осмотрела столбики парапета. Цепи были большими, тяжелыми, с мою руку толщиной, крепились на кольцах на вершине небольших столбиков. К счастью, те были поставлены достаточно широко, чтобы между ними могла проехать телега, и портить городскую собственность не пришлось бы.
— Зэрас, сними цепь пожалуйста, — велела я, — забрось ее куда-нибудь туда, — показала в сторону. Мужчина, придержите своего коня, чтобы не испугался. Лучше ему вообще глаза завязать.
— Что вы задумали, госпожа? — испуганно пробормотал мужик.
— О, не волнуйтесь, сейчас мы переберемся через реку совершенно бесплатно, — усмехнулась я.
Когда подготовка была завершена, я выдохнула и взмахнула руками, словно дирижер. Огромная волна поднялась из реки и нависла над нами, грозясь поглотить. Полуорки рефлекторно ухватились за мечи, Гарт тихо выругался, а Марус восторженно присвистнул. Деревенский мужик держался сдержаннее — сделал рукой оберегающий жест и сплюнул в сторону. Лошадь осталась в неведенье, так как ее морду он обмотал своей курткой.
— Едемте, — предложила я, направляя коляску вперед, прямо в реку.
Внутри волны был пологий спуск вниз, мягко превратившийся в округлый тоннель. Пол я специально сделала довольно ребристым, чтобы не скользить, и, по мере моего движения, путь разворачивался все дальше почти по дну реки, чтобы не мешать кораблям даже с низкой посадкой. Орки смело шагали рядом, обступив нас с Гартом и Марусом в коробочку.
— Темновато тут, — заметил мой новый секретарь.
— Да? — мне-то было совсем не темно даже на дне морском. — Надо будет подумать об освещении в следующий раз. — Я оглянулась — мужик так и стоял на берегу, и я прикрикнула: — Ей, любезный, езжайте вперед, не волнуйтесь, здесь безопасно! Не забывайте, деньги получите только после выгрузки товара!
Он все же залез на козлы и уже вскоре догнал нас. Я ехала не спеша, тщательно простраивая подводный путь. До самого дна не стала опускаться, чтобы не пачкаться и не разглядывать всякий мусор, но кое-что все же виднелось через толщу воды.
— Ой, рыба! — восторженно ахал Марус, углядев проплывающую мимо живность.
Вообще, видимость в городской реке, да еще и по весеннему грязной была не ахти какая, да и свет я не умела обеспечить. Мужик за нашими спинами тихо бормотал себе под нос молитву:
— О, Желтая Луна-заступница, покровительница Сильф, владычица Воздуха, даруй свою защиту своему преданному слуге, не позволь задохнуться под толщей воды… О, Алая Луна-защитница, покровительница Саламандр, владычица Огня, даруй защиту своему глупому слуге, огради от воды, не дай утонуть…
 
Впервые столкнулась с местной религией так близко, я как-то и не добралась до этой стороны местной жизни, все больше общалась с людьми нерелигиозными, но спрашивать сейчас сочла некорректным, и просто прибавила скорость. Мы почти уже перешли реку, и можно было заняться подъемом. Он оказался слегка крутоват даже для моей коляски, поэтому пришлось уже постфактум приподнять весь тоннель, от чего заволновалась лошадь, а мужик принялся молиться активнее, поминая по очереди все четыре луны этого мира.
— Не волнуйтесь, любезный, все в порядке, вон впереди уже видно свет, мы почти приехали, — подбодрила я его, и вскоре мы подъехали к выходу.
Тут, правда, тоже пришлось отсоединять цепь, но она оказалась запаяна с одной стороны, и мы замешкались, отсоединяя с другой. Мужик явно нервничал все сильнее, косясь на обратную дорогу, но места в туннеле было слишком мало для разворота.
Только выехав на ровную поверхность мостовой, он, наконец, радостно выдохнул и… нет, не перекрестился, а сделал замысловатый знак рукой: круг, а потом что-то вроде восьмерки два раза под углом друг к другу. Мне это напомнило рисунок четырехлистного клевера в круге.
Расплатившись, я, вроде бы случайно, не стала убирать путь через реку. Мужик помялся, покосился на тоннель, но все же поехал к ближайшей переправе — без груза его должны были пропустить бесплатно.
Как я и ожидала, сперва заинтересовались тоннелем мои рабочие. Они спрашивали у моряков, а те уже передавали мне вопросы о том, когда я уберу проход. Я же отвечала, что потом, когда он мне будет не нужен, а пока дела на том берегу есть, а строить заново мне его лень. В общем, наводила тень на плетень.
Но нет, люди проходом не пользовались. Там было темно и страшно. Но и любопытно. К нему сновали любопыствующие, изучали нависшие над набережной волны, под которыми начинался путь под воду.
Через несколько дней, когда я уже успела несколько раз проехать туда-сюда по делам, смельчаки все же нашлись. Мне обо всем докладывали или люди, или Кракен, которому нравилось наблюдать за любопытствующими людьми, особенно приходящими из других районов. Он неожиданно появлялся или из тоннеля, или из-за его волны, и пугал чужой народ, вызывая смех у соседей. Те уже привыкли и подкармливали его сушеной рыбой. Кажется, он начинал становиться талисманом района.
Несколько человек все же смело сходили на другой берег, но только взяв с собой фонари. Очень много внимания было сосредоточено на тоннеле, когда над ним проплывал корабль
— все были в восторге от того, что не надо было ждать на берегу пока пройдет неторопливый парусник. А уж те, кто оказались в тоннеле, когда над ними прошел корабль, и вовсе страха натерпелись и стали едва ли не звездами района — и нашего и заречного.
А через недельку я все же ночью, когда никого не было и никто не видел, тихонько схлопнула путь. Хорошенького понемножку.
На следующий шума вокруг стало еще больше, и я как раз вышла из дома и водой создала над восстановленным входом в магазин вывеску: «Сокровища моря» с красивыми брызгами вокруг и фигуркой русалки, лежащей на волнах. Я несколько дней рисовала ее в своем блокноте, выписывая каждую буковку, каждую висящую в воздухе капельку, и теперь критически осматривала свое творение, пытаясь понять, чего не хватает.
  
Глава 20
 
— Госпожа Бороув, — отвлек меня от увлекательного изучения собственной вывески чей-то голос.
Я обернулась. Ко мне явилась целая делегация из соседей, все знакомые лица и важные люди. Возглавлял их торговец тканями, которому я заказала черный бархат для оформления лавки, он тогда еще долго причитал, что это слишком для такой молодой женщины, пусть и вдовы. Я только усмехнулась и заказала ткани побольше, чтобы и на платье хватило тоже. Тут же был и благообразный старичок, встреченный мною в булочной, и сам булочник — отец Агнелки, другие мастеровые из квартала, которых я встречала иногда и по здешней традиции вежливо здоровалась, проходя мимо.