Если женщина ждёт (СИ)
В аудитории было так же шумно, как и обычно. Май за окном мог порадовать только дождями и устойчивым холодом. Лиля как всегда сидела в ожидании Инги, не вступая с однокурсниками ни в какие дискуссии и читая новеллы А. Моруа.
Литература имела свойство переносить в другие миры, давать глоток покоя, отвлечённости от реальности, и небольшую толику мудрости: читая истории других людей, можно бесконечно много анализировать их поведение, поступки и делать выводы.
Стриженова снова всколыхнула своим появлением всю аудиторию. Она выглядела как всегда прекрасно, и как всегда шла с гордо поднятой головой, улыбаясь.
— Лилька, привет! — Инга присела рядом и чмокнула подругу в щёку. — Слушай, мне тут один парень, выпускник прошлого года, сказал, что нас могут распределить на преддипломную практику в другие города. У них одну девчонку в Ростов послали, представляешь?
— В Ростов, который Великий или тот, что на Дону? — абсолютно равнодушным тоном поинтересовалась в ответ Неверова.
— На Дону.
— Ну, классно. Можно посмотреть новый город. А жильём обеспечивают?
— Общежитием… Слушай, подруга, ну ты даёшь. Мне бы твоё спокойствие.
— А чего волноваться то? Я же говорила тебе уже, искусство одинаково прекрасно абсолютно везде. — пожала плечами Лилия.
— Не знаю, у меня нет желания куда-то перемещаться. — откинув пару непослушных локонов на затылок, ответила шатенка.
— А если ты вдруг переедешь когда-нибудь?
— Куда?
— В Москву, например.
— Издеваешься? Да ни в жизнь! Я коренная петербурженка, ей и останусь.
Их разговор был прерван появлением Юрия Леонтьевича. Профессор вошёл как всегда тихо, слегка шаркая, но студенты моментально перестали разговаривать и встали, приветствуя уважаемого и любимого всеми куратора.
— Садитесь, ребята, садитесь. — кивнул аудитории Лебедев и поправил очки. — Ну что, заждались меня сегодня? Боитесь? — добрая улыбка появилась на лице старика.
— Нет! — крикнул один из сокурсников Лили и Инги.
— А вы, Самохвалов, никогда ничего не боитесь. — усмехнулся профессор. — Похвально. Что же, пора развеять ваше неведение и рассказать, куда же вы отправитесь на свою последнюю практику, дособирать материалы для дипломной работы. Итак…
В этот раз фамилии девушек довольно долго не звучали, пока, наконец, не стало известно, что Инге повезло попасть на практику в Эрмитаж, а Лиля должна будет уехать, чтобы практиковаться в Третьяковской галерее.
— Да, Лилия Владимировна, похоже, скорее вы в Москву попадёте! — засмеялась Стриженова. — Может Глеба своего встретишь.
— Конечно, в многомиллионном городе. Да и не нужна я ему. — вздохнула Неверова. — Он же так и не появился.
Девушка всё так же сильно была влюблена в Пантелеева, как и год назад и Инга, конечно же, знала об этом. Лиля периодически становилась грустной, вспоминая о волшебных днях, проведённых с мужчиной, который пробудил в ней самые сильные, самые неповторимые чувства, как никто до него. Эти чувства нахлынули будто долгожданная весна, которая приходит после затяжной зимы и вся природа, каждый листочек, оживают от этого. Так же и в душе Неверовой всё расцвело, распустилось с приходом Глеба в её жизнь. Всё приобрело иной смысл, стало другим. Она пересматривала свои взгляды на жизнь, и сама изменилась. Всё разделилось на «до» и «после»: до встречи с ним и после неё… Только вот «после» оказалось очень коротким.
Спустя несколько дней Лилия оказалась в безумно суетной Москве и поняла, почему Инга с такой категоричностью отказывалась жить в столице России. После Санкт-Петербурга, живущего своей атмосферой и в своём, по сравнению со Златоглавой, слегка размеренном ритме, Москва показалась Неверовой просто невероятным и сумасшедшим городом, где невозможно выжить, даже если очень постараться.
В тот день Лиля с утра мчалась к метро, чтобы добраться до нового места практики, внутри поражаясь тому, как беспокойно выглядит Москва уже с самого начала дня. В Питере всё было как-то размеренней и спокойней.
Девушка перебегала дорогу, стремясь успеть, и чуть было не угодила под колёса внедорожника Lexus.
— Девушка, вы решили испортить утро и всю последующую жизнь и себе, и мне? — крикнул водитель, а Неверова, которая собирала рассыпавшиеся из рук альбомы по искусству, обратила свой взгляд на него и замерла.
— Лиля? — удивлённо протянул Аким, который и оказался тем самым водителем.
Он тут же выбежал из машины и стал помогать ей собирать альбомы с асфальта.
— Как вы здесь очутились, Лиля?
— Ну, уж не с неба свалилась. — улыбнулась она. — Здравствуйте, Аким.
Краснов подумал, что такая встреча через год — это само провидение, не иначе. Потому что встретиться вот так, случайно, в одном из районов суматошно-денежной «страны» под названием Москва, не видясь год… Это что-то примерно из области фантастики! Ну, или действительно по воле самой шутницы судьбы.
— Куда вы так спешите, Лилечка?
— Снова на практику. На этот раз в Третьяковскую галерею.
— Так, — вполне командным тоном обозначил мужчина. — давайте я вас провожу. Подвезти не предлагаю, потому что мы с вами в местных пробках и сутки простоять можем. А так, вместе прогуляемся, я проконтролирую, чтобы вы добрались до Третьяковки живой и невредимой, а мы хоть поговорим! Поведаете, как оказались в Златоглавой!
— Давайте прогуляемся. — снова улыбнулась Лилия. — Я вас очень рада видеть, Аким.
С Красновым девушке было куда проще добираться до нового места практики в незнакомом городе, а особенно таком, как Москва. Бизнесмен участливо рассказывал Лиле, как лучше всего каждый день ехать из общежития в музей, привёл несколько разных вариантов пути и объяснил всё подробно.
— То есть, вы здесь на два месяца? — уточнил Аким.
— Да. Буду собирать материалы для дипломной работы. В сентябре защита.
— Странные сроки. — хмыкнул он.
— Ну, какие есть. — развела руками Неверова. — Зато, потом всё. На вольные хлеба.
— Мечтаете уже работать по профессии?
— Конечно. Практики практиками, а, всё-таки, полноценная работа — это другое. — ответила Лиля. — Аким, — тут же начала она, не дав ему продолжить диалог на эту тему. — а как Глеб? Как его дела? — решилась задать давно интересующий её вопрос девушка.
— Неплохо. — уклончиво ответил мужчина, вдруг став резко серьёзным.
— Я тогда, год назад, телефон уронила в реку… — и Лилия вкратце рассказала о том, как пыталась найти Пантелеева, связаться с ним, но ничего не вышло.
— Если честно, я всё равно ждала весь этот год и искала глазами на улицах Питера Глеба или вас… Люблю его. — грустно улыбнулась она.
— Он тоже вас искал. Но в университете сказали, что вы уехали куда-то на обучение… Да и Глеб не знал, нужны ли вам эти отношения… — сумбурно объяснил Краснов, как будто волнуясь из-за чего-то.
— Аким, а можно вас попросить устроить встречу с Глебом? — загоревшимися от восторга, пришедшей в голову идеи, глазами, она взглянула на него. — Желательно сюрпризом! Пускай, он не знает, что на этой встрече буду я.
— Лиля, я не думаю, что это хорошая мысль… — попытался возразить бизнесмен.
— Ну, пожалуйста, Аким! Я вас умоляю! — взмолилась Неверова.
— Лиля, Глеб очень сильно изменился. — ещё более серьёзно произнёс Аким.
— Ну и что? Все люди меняются. Я очень хочу его увидеть! — настаивала девушка.
— Хорошо. Ради вас… Я постараюсь. — пообещал Краснов.
Они как раз дошли до Третьяковской галереи и Лилия поспешила на место новой практики.
6 глава
В ресторане, куда пришла Лиля, было многолюдно. Она успела раньше назначенного времени и миловидная девушка-хостесс провела её за столик, забронированный Красновым. Люди вокруг смеялись, разговаривали, кто-то танцевал.
— Что-нибудь закажете? — раздался над головой девушки голос официанта.
— Нет, спасибо, чуть позже. — отказалась она.
Неверова волновалась в предвкушении встречи с Глебом, которого не видела целый год. Год, после тех наполненных романтикой вечеров, после их нескольких фантастических ночей, после расставания, разорвавшего всё. На протяжении всего дня, она не раз представляла, рисовала себе в голове, что скажет, когда они встретятся вновь, как посмотрит в его бездонные, шоколадные глаза… Представляла и волновалась ещё больше. Слова Акима заставили растеряться, перебирать в голове догадки, что же имелось в виду, но Лиля верила, что не всё так плохо. Пантелеев не устоит, обрадуется их встрече непременно, ведь и его чувства по отношению к ней были искренны, глубоки. Она помнила, как на Дворцовой набережной, Глеб вдруг взял её лицо в свои ладони и смотря в глаза, абсолютно серьёзно, сказал: «Я такую как ты искал всегда». До сих пор, когда она вспоминала эти его слова, мурашки бежали по коже. И теперь, пока девушка ждала их встречи, до которой оставалось всё меньше времени, тоже.