Орден Багровой бури. Книга 6 (СИ)

— Чувствуешь? — спрашиваю я, усиливая поток Астрала.
Сатарион пытается разорвать связь, но это бесполезно. Астральная энергия врывается в его защиту и рушит её. Мне даже струны не надо использовать, Киреев сам себя подставил.
С трудом, но ему удаётся обрубить собственную плеть. Заорав, Сатарион бросается в рукопашную. Его сабли крутятся вокруг, как пропеллеры, а голос грохочет, будто гром:
  
— Ты думаешь, что можешь победить меня⁈ Я — сам Хаос! Я — новый Пожиратель миров!
— Нет, ты жалкое подобие настоящего Пожирателя. И никогда им не станешь! — заявляю я и окончательно рушу связь Киреева с маяком.
Он это чувствует. Издав растерянный возглас, разрывает дистанцию и бросает в меня шар тёмной энергии. Я перехватываю его струнами и отправляю обратно. Взрыв сбивает Киреева с ног. Он катится по земле, роняя сабли, и часть рун на его броне гаснет.
Я иду вперёд, напитывая меч энергией, и одновременно вонзаю струны в броню врага. Он пытается отбиваться, но слабеет с каждым мигом. Хитиновая броня покрывается трещинами, из которых сочится фиолетовый свет.
Собрав остатки сил, Сатарион применяет знакомое заклинание. Чувствую, как печать Пожирателя вспыхивает болью, но готов её терпеть. Бросаюсь вперёд и бью мечом — он прознает магическую защиту Киреева, крушит хитин и погружается в плоть.
Князь-монстр кричит от боли. Выбрасывает руку, и меня на миг ослепляет яркая вспышка. Сатарион обращается в сгусток энергии и пытается бежать.
Всё, как я и думал.
Астральным зрением смотрю на каналы и вижу, как Киреев несётся по ним. Вот он натыкается на печать-ловушку, и его отбрасывает назад. Он пытается выбрать другой канал, попадает в тупик, мчится обратно, ищет другой маршрут и снова натыкается на ловушку, после чего его опять выкидывает ко мне.
— Куда же ты? Мы договорились, что сегодня всё закончится, — говорю я.
— Ты… Как⁈ — изумлённо спрашивает он.
— Сюрприз. Думал, ты один готовишься к нашей новой встрече? Конрад, накрой нас! — приказываю я.
— Да, господин, — призрак появляется недалеко от нас и создаёт магический купол.
Сатарион, тяжело и хрипло дыша, бросает быстрые взгляды по сторонам, как загнанный зверь. Призывает обратно свои сабли и поднимает их на уровень груди, но я вижу, что клинки дрожат.
— Ты ждал, что я ослабну в бою и ты сможешь меня победить? Представляешь, у меня был похожий план. Я сразился с тобой и дождался, когда соберёшься бежать. Ловушки в каналах Хаоса вернули тебя обратно и снова вернут, можешь не пытаться. Но теперь ты не сможешь улизнуть — у тебя не хватит сил, чтобы пробить купол, — я обвожу мечом вокруг.
Киреев с яростным воплем бросается на меня. Он уже не применяет магию, сражается только саблями. Я не против. С холодной решимостью встречаю его натиск, отражаю его и давлю в ответ. Сатарион отступает, и я вижу, как он всё яснее осознаёт, что проиграл.
В последней отчаянной попытке он бросается на меня, но я готов. Меч вонзается ему в грудь, струны опутывают его тело.
— Это… не конец! — хрипит Киреев.
— Мне кажется, это как раз он, — прокручивая клинок, замечаю я.
Он хочет сказать что-то ещё, но я вырываю меч из его груди и одним ударом сношу голову. Тело Сатариона тут же вспыхивает пламенем, а буря вокруг стихает. Над моими владениями разносится единый вой множества монстров. Похоже, они почувствовали, что их лидер пал.
Пламя быстро угасает, и под моими ногами остаётся лишь пепел. Тронув его кончиком меча, я невольно думаю — а на самом ли деле это конец? Что, если Киреев опять получит новую плоть и вернётся?
Что ж, если так — пускай. С радостью убью его снова.
— Андрей… Всё кончено? — раздаётся голос Ларисы.
Я поднимаю на неё взгляд и улыбаюсь, смахивая с лица пот.
— Как видишь, от него мало что осталось, — уклончиво отвечаю, указывая на пепел.
— А со всем остальным? Как идёт битва?
— Сейчас я это выясню. Оставайся дома, дорогая, и на всякий случай прикажи заменить накопитель в замковом щите. Я скоро вернусь, — подмигнув, отправляюсь туда, где ещё продолжается сражение.
В воздухе пахнет дымом, всё ещё звучат выстрелы, взрывы и возгласы монстров. Но это лишь отголоски, последние аккорды симфонии. На небе занимается рассвет, и я чувствую, как в воздухе разливается ощущение триумфа.
На западных землях буреборцы окружили монстров и смертоедов и теперь методично добивают. Оставшиеся без поддержки лидера твари мечутся в панике, а некоторые даже не пытаются сражаться, покорно принимая смерть.
Сержант с лицом, залитым кровью и сажей, заметив меня, кричит:
— Глава! Мы победили! Только что докладывали с других направлений, твари разбегаются!
— Не дайте никому уйти, — киваю в ответ и отправляюсь дальше.
По пути заглядываю в приложение и убеждаюсь — разломы закрываются сами собой, даже те, что открылись на полигонах. Похоже, что Сатарион не просто так был связан со звездой и прозвище «Призывающий бурю» тоже носил не напрасно.
Видимо, он был своего рода ретранслятором энергии Хаоса на Земле. Теперь, когда его нет, Чёрные бури ослабнут. Да и будут ли они вообще Чёрными? Вполне возможно, что вместо них опять будут привычные Багровые.
Впрочем, не буду загадывать. Посмотрим, как сложится дальше.
На землях Писемского всё уже кончено. Валерий Васильевич стоит, оглядывая поле боя. Одной рукой он опирается на вонзённый в землю меч, а во второй держит бутылку с коньяком.
— Андрей Алексеевич! Ты в порядке, дорогой? — заметив меня, обеспокоенно спрашивает он.
— Само собой. Пришлось немного повозиться с Сатарионом, но…
— Ты убил его? — расширив глаза, перебивает Писемский.
— Да. Только пепел остался.
— Я не сомневался, что победа будет за нами! — барон протягивает мне коньяк.
Делаю глоток и возвращаю бутылку. В это время к нам, пробираясь через воронки от взрывов, приближается автомобиль с гербом Самойловых. Из него выходит граф и направляется ко мне.
Мы молча обнимаемся, и только затем Борис Анатольевич говорит:
— Битва была непростой, но победа за нами. Моя разведка докладывает, что никому из врагов не удалось уйти. Без лишней скромности скажу, что это мои войска перекрыли им пути отступления.
— Спасибо, ваше сиятельство. Благодарю за помощь, я не останусь в долгу, — отвечаю я.
— Брось. Это наше общее дело. К тому же, здесь есть не только моя заслуга. Ты вообще в курсе, что граф Беркут со своей гвардией тоже сражался сегодня?
— Беркут? — не на шутку удивляюсь я.
— Я и сам был в шоке, когда увидел его гербы. Ненароком подумал, что он выступил на стороне врагов, но нет. Сергей Егорович лично уничтожил немало смертоедов, а его войска помогли заблокировать отступающих.
— Кто бы мог подумать, что мы с Беркутом когда-нибудь будем сражаться на одной стороне, — усмехаюсь я.
— И не говори, — с улыбкой соглашается Самойлов.
Когда светлеет, битва окончательно стихает. Как и сказал Борис Анатольевич, никому из врагов не удалось уйти. Каждый из тех, кто пришёл этой ночью на мои земли, был уничтожен. Тысячи монстров, сотни смертоедов и десятки магов Хаоса — мы расправились со всеми.
Встретив графа Беркута, я крепко пожимаю ему руку и говорю:
— Спасибо за помощь, Сергей Егорович. Не ожидал.
— Я и сам не ожидал, честно признаться. Но когда услышал, что на ваши земли происходит массовое нападение — не смог остаться в стороне. Я ведь обязан вам жизнью, — отвечает граф.
— Можете считать, что долг уплачен. Как насчёт немного отметить победу? Приглашаю вас на завтрак к себе в поместье. Ваших людей я тоже прикажу накормить, а раненые могут остаться в моём госпитале, — предлагаю я.
— С радостью, ваше сиятельство, — кивает Сергей Егорович.
Мы берём с собой Самойлова, Писемского, нескольких командиров и отличившихся бойцов, с которыми я не против разделить хлеб. Звоню Мирону и прошу накрыть стол в гостиной, а также распорядиться насчёт еды для всех, кто сражался сегодня ночью. Немного отдыха мы можем себе позволить, а затем предстоит разобраться с последствиями боя. Чтобы собрать все трофеи и убрать тела монстров с моих земель, придётся потрудиться.