До мазохизма... (СИ)

— Сынок, родной, мальчик мой, как же я по тебе соскучилась, — голос дрожит от едва сдерживаемых слёз.
Мы не виделись около полугода. Пора остепениться, «пустить корни» на родине, влиться в семейное дело, построить свой дом. Родители всегда с пониманием относились к моим желаниям, целям, стремлениям и никогда не препятствовали, позволяя жить, как хочу.
Надеюсь, сейчас тоже поддержат.
— И я соскучился, — поцеловал её в макушку, ощутив знакомый с детства цветочно-медовый, тёплый, как солнце, аромат.
Мама отстранилась, опустив взгляд и утирая всё-таки выступившие на глаза слёзы радости.
— А где твоя… — отец кивнул в сторону машины. — Стесняется? Или боится нас? Пусть заходит — не кусаемся.
— Маша спит, — утомилась от долгой дороги (и немного от меня, что уж там скрывать: мы периодически останавливались, чтоб утолить дикую жажду и потребность — ощутить друг друга немедленно). Она силилась до последнего, ожидая встречу с моими родителями, а в итоге — час назад незаметно для себя уснула.
— Маша? — удивлённо переспросил он, переглянувшись с мамой.
«Да, история повторяется» — ну, почти…
— Тогда заноси свою нускал ду*, - вмешалась она (*прим. невеста). — Я постелю для неё на своей половине…
— Нет, — тут же перебил её от дальнейших размышлений, — спать мы будем вместе, Маша может растеряться и испугаться, когда проснётся и не увидит меня рядом.
— Исключено! Даже не думай! — отец, конечно, возмутился. — Вне брака вы не будете жить в одной комнате, тем более — спать в одной постели. Не потерплю этого в стенах своего дома. Да и что скажут люди? Уже через день-два всему аулу станет известно, что ты привёз девушку и сожительствуешь с ней. Хочешь семью опозорить? Это ты бываешь редко, набегами, а нам тут жить…
— Мы можем уехать, не доставлять вам неудобств, — всё же рассчитываю на помощь. Более надёжного места не найти. Оставить мою девочку негде, чтоб не дёргаться всякий раз от разъедающей тревоги, выворачивающей душу наизнанку.
— Нет! — мама схватилась за меня. — Не отпущу!
— Маша — моя женщина, остальное — не имеет значения… А всем любопытным необязательно говорить, что мы не женаты, — и я взрослый самодостаточный мужчина, в одобрении, советах не нуждаюсь, как и оценке своих поступков. На родительское мнение мне не плевать, уважаю их, но в данной ситуации буду сам решать. Не примут — значит, уйду.
— Деги везар*, давайте в дом пройдём, спокойно всё обсудим, пока не разбудили семьи Мансура и Умара, да от соседских глаз скрыться, если кому не спится… — мама взяла отца за руку, нежно прикасаясь и пытаясь уговорить тем самым, она всегда могла утихомирить его натуру (*прим. сердцу любимый).
Он исподлобья посмотрел на меня: взгляд хмурый, недовольный. А ведь я ещё не сказал о замужестве моей красавицы… и вся история, в целом, ему не понравится…
— Совсем традиции забыл, не чтишь… — вздохнул он, качая головой. Потом направился в дом.
А мама поспешила за ним, показав мне жестом «всё будет хорошо». Отчасти, благодаря её мягкому влиянию на отца, с детства, в отличие от братьев, я имел право выбора и возможность самовыражения, без довлеющего контроля и жёсткого навязывания, как надо, а как нет… И в этот раз она на моей стороне.
Впрочем…
«Разрываться между семьёй и любимой женщиной не стану» — всё очевидно без уточнений.
Я вернулся в машину. Открыл переднюю пассажирскую дверь.
Маша крепко спит. Наверное, так даже лучше, не услышит разговор и не примет в нём участия. А наутро уже точно буду знать: оставлю ли мою девочку под родительским присмотром или уедем вместе. Хотя внутреннее ощущение твердит: «всё получится». Иначе никогда в голову не пришла бы идея привезти её сюда.
— Маленькая… — аккуратно, стараясь не разбудить, взял Машу на руки.
— Руслан… — сквозь сон пробормотала она, обнимая меня за шею и прижимаясь к плечу.
— Т-ш-ш, я здесь. Спи, — поцеловал в лоб. И понёс в дом.
К вопросам тоже готов…
14.1
Ева-Мария
Давно я так хорошо не спала… ощущение родного дома, как из детства… Словно провалилась в огромную мягкую перину, которая моментально приняла форму тела и нежно обняла невидимыми руками, даря восхитительный сон.
 
Но главный волшебник в моей жизни, конечно же, Руслан: его обволакивающее ласковое тепло — это что-то невероятное, и обещанная защита теперь всегда со мной, рядом с ним все страхи отступают назад. А за проведённые вместе часы в надёжных объятиях успеваю напитаться мощной энергетикой, укутаться мускусным терпким ароматом, будто вторую кожу надела, и как знак принадлежности этому мужчине — всё это делает меня счастливой.
Не знала, что так бывает. Впервые испытываю подобное.
Да… я влюбляюсь…
Думала, не скоро откроюсь для новых отношений, да и не хотела: казалось, все мужчины одинаковые — Костя очень «постарался», наградил сомнениями и опасениями, что всё повторится. Только Руслана это не остановило, своей настойчивостью, напором и непоколебимой уверенностью быстро сломал выстроенные мною барьеры за считанные дни, склоняя ситуацию в нужную для себя сторону.
Сейчас понимаю: отправляясь на мои поиски, он не просто собирался спасти и увезти далеко, вырвав из лап мужа-садиста, избавив навсегда от него. Он знал, что буду его, чего бы это ему ни стоило. Поставил цель и добился.
И мне это нравится.
Вот она — истинная сила мужчины: не в мышцах и кулаках, а в твёрдости характера и внутреннем стержне. Хотя другим Руслан не обделён — потрясающе сложён.
Я представила, как буду нежиться в надёжных руках, прижиматься к широкой груди, вдыхать его запах, окунаться в бесконечную ласку, бушующее море эмоций…
М-м-м…
Потянувшись до приятных ощущений в теле, провела ладонью по соседней подушке. Но, не обнаружив там Руслана, открыла глаза и резко села.
Перед собой увидела женщину. Она сидела на кровати, рядом со мной, внимательно изучая меня.
«Как приехали — не помню. Уснула, значит».
— Здравствуй, Маша. Как тебе спалось? — мягко улыбнулась, отложив в сторону пяльцы с изысканным вышиванием.
— Здравствуйте… спасибо… хорошо… э-э… — я растерялась, потом быстро оглядела себя, подобающе ли выгляжу. И тоже с интересом уставилась: симпатичная блондинка с насыщенными голубыми глазами, возраст — около шестидесяти лет, чуть меньше. Впрочем, несложно догадаться, кто эта женщина. — А вы…
— Да. Я мама Руслана — Амина, — она прикоснулась ко мне, сжимая мои напряжённые пальцы. От неё исходит настоящее материнское тепло. И я сразу расслабилась.
— Приятно познакомиться, — скромно улыбнулась ей.
Вспоминая свою свекровь, так похожую на своего сына или, скорее, наоборот — жёсткую, заносчивую и ворчливую тётку, которая не упускала возможности побольнее уколоть обидными словами, на ум приходит известная пословица «яблоко от яблони не далеко падает» — дети не просто продолжение своих родителей, но и их повторение, все пороки и недостатки проявляются.
Всё в моей семейной жизни было не так…
— А как мне приятно, милая. У сына хороший вкус.
Засмущалась от этих слов.
— Руслан… Где он?
— Собирается уезжать, — сообщила она.
— Как? — соскочив с кровати, понеслась на улицу, даже не зная, где выход.
— Маша, подожди! — крикнула мне вслед.
Но я уже не слушала её…
Выбежав во двор, наткнулась на троих мужчин, растерялась и замерла на пороге дома, не решаясь идти дальше… Они уставились на меня, а один из них, самый старший, посмотрел сурово, от чего захотелось съёжиться или ещё лучше — стать невидимкой. И кажется, сделала что-то не то… Нарушила какие-то правила?
— Здравствуйте… — пролепетала тихо я.
В ответ — тишина, никто здороваться со мной не собирался, словно меня здесь нет, при этом сверлят пронзительными взглядами, от которых не по себе.
«Отец и братья» — мысленно отметила и опустила глаза вниз, не в состоянии выдержать столь пристального изучения. А какие все огромные, с крепким телосложением — вот это порода…