Рубежник (СИ)
— Молоденький какой, вроде крепенький, да несуразный, — пробормотала она.
Это, видимо, про лицо. Ну да, особой красотой я никогда не выделялся. Хотя глаза симметричные, нос обычный, рот тоже на месте и без особых изъянов, уши разве что большеваты. Однако не в этом дело. Вместе части тела будто от разных людей. Не бились они между собой.
— Скажу тебе вот что, худо я поступаю по отношению к тебе. Но выбора другого нет. Умираю я, и умираю плохо. Всего не сделала, что должна была…
— Может, в скорую позвонить? — у меня по спине пробежал ледяной холодок.
— Нельзя в скорую. Они только того и ждут, чтобы хист 1 мой своему человеку передать.
Чем больше говорила старушка, тем явственнее мне виделась картина. Дурка! Пятый корпус, первая палата. Рептилоиды, мировое правительство, жидомассоны — нужное подчеркнуть. Бабуля сбрендила и стала чудить. Роллы, вот, в четыре часа утра заказала, хист какой-то жалеет.
— Вы платить-то будете? — со вздохом спросил я. Хотя уже чувствовал грядущие неприятности.
— Не переживай. О деньгах ты боле волноваться не будешь. Это я тебе обещаю. А вот обо всем остальном… Ну да время покажет. Зовут-то тебя как?
— Матвей.
— Не подходит тебе это имя, — с суровостью женщины из паспортного стола резюмировала старушка. — И неужто верующий?
— Слава богу, я атеист.
Нет, что это еще за странное собеседование? Больше всего хотелось получить деньги и свалить отсюда.
Бабулька медленно и нехотя подняла руку, будто к той привязали гантелю, и протянула мне.
— Окажи старушке последнюю милость. Возьми, Матвей.
Я в каком-то фильме видел, что с сумасшедшими лучше не спорить. Может, она сейчас поболтает и правда заплатит? Кто этих безумных в дорогих квартирах знает?
Потому я взял ее за руку. Только дотронулся, как старуха схватила меня, словно в тиски. Мне показалось, будто даже кость затрещала. А за ней и все тело заныло, загудело, и свет стал приглушеннее.
Бабушка теперь виделась не благообразным божьим одуванчиком, а сумасшедшей старой каргой с растрепанными, разлетающимися в стороны волосами и безумными глазами. Она не просто смотрела на меня, а точно прожигала взглядом насквозь.
— Теперь самое главное запомни, Матвей!
Ее голос окреп, налился силой, загрохотал, как раскаты грома перед надвигающимся дождем.
— Не высовывайся до поры, пока хист с телом не свыкнется. Да и после не геройствуй. Сила большая, смотри голову не потеряй. Но и другие от тебя зависеть станут. Помощь тебе будет. Григорий хоть и своенравный, но служит исправно. Но и врагов прибавится. Созвездие спит и видит, как бы все к рукам прибрать!
Мне казалось, что каждое слово отпечатывалось в памяти, будто резцом по камню выводили. Захотел бы забыть — не смог. Да и сам находился в странном состоянии. Будто током било. Во всем теле щипало так, что кожу хотелось наружу вывернуть, вот только я оцепенел. А старушка, точнее теперь форменная ведьма, продолжала:
— Они тебя все равно найдут, но тут зависит как скоро. И что ты сам к тому времени из себя представлять будешь. Держи, — другой, свободной рукой она протянула мне непонятно откуда взявшийся ключ. — Пригодится. А так — не было тебя здесь и быть не могло. Пожитки свои забери да помалкивай.
Ведьма со взъерошенными волосами закрыла глаза и буря в комнате улеглась. И все стало как прежде — божий одуванчик на панцирной кровати и остолоп, который продолжал держать ее за руку.
Не знаю, сколько я так сидел, пока в голову не ударила отрезвляющая мысль — а ведь она, похоже, действительно померла! Я вскочил, заметался по комнате, а после бросился в коридор. Под ноги ломанулся пушистый черный кот, который явно испугался не меньше случайного гостя. Мне каким-то чудом хватило духу, чтобы не заорать.
Кроссовки я завязывал трясущимися пальцами. Хотел выскочить так, но вспомнил слова старухи. Бог знает, что это было. Я все же схватил свой короб с роллами, заодно протер ручки рукавом ветровки и вывалился в подъезд. Вихрем пронесся по лестнице, игнорируя лифт, и оказался на улице.
Да, Мотя, на этот раз твое отрицательное везение начало свою игру с козырей. Воздух показался каким-то тухлым, испорченным, а ночь вместо прохлады принесла духоту. Я бросил короб на заднее сиденье и трясущимися руками вцепился в руль родной «девятки».
Что же делать? Что же делать?
Самой разумной идеей было позвонить в полицию и все рассказать. Так и так, бабуля сошла с ума, заказала роллы, а после надела белые тапочки. Рядовой вторник в родном Выборге.
А еще устроила это представление с ветром, волосами и злобным голосом. Признаться, по поводу последнего у меня пока никаких предположений не было. Что это? Галлюцинации? Блин, мне та котлета сразу не понравилась
Не о том думаю. Значит, надо рассказать полиции, но не все. Так? Я потянулся к карману с телефоном, и тут грудь обожгло. Сильно, как если бы горячей железкой придавили. Я осторожно залез под футболку и скривился от боли. Это что еще такое? Пришлось даже снять зеркало заднего вида, чтобы посмотреть. Какого черта?
На груди с левой стороны, прямо возле сердца, красовался длинный и кривоватый рубец. И судя по виду, появился он там давно. Только я мог поклясться, что когда мылся утром, его не было. Твою мать, что тут происходит?
Нормальный человек на грани паники от доброй судьбы получает пачку успокоительного и теплый чай на травах. Что досталось мне с невероятным везением? Пушистый кот, который с грозным мявом бросился на боковое окно. Да так внезапно, что у меня чуть сердце через тот самый рубец не выпрыгнуло.
Я от неожиданности заорал. Правда, тут же взял себя в руки. Повернул ключ зажигания, и стартер стал еле-еле крутить коленвал с характерным скрежетом. Блин, давно надо было поменять аккумулятор, но я все рассчитывал, что тот дотянет до зимы. Вот же гадство!
Кот бесновался и явно желал поскорее оказаться в машине. Чего уже очень сильно не хотел я. Но пляски с бубном продолжались. Интересно, а если этот дикий кошак заберется внутрь, он меня убьет? Вообще были ли случаи, чтобы коты убивали людей?
От иллюстрации собственной догадки меня спас звук работающего мотора. Наконец-то! Я нажал на газ и отпустил сцепление так резко, что оставил след покрышек на асфальте. Умываясь потом и бешено дыша, выскочил из двора на главную дорогу. Хотел было посмотреть, не бежит ли за мной кот, да зеркало до сих пор лежало на коленях.
Да что происходит? Странный заказ, свихнутая бабка, мстящий за смерть старушки кот. Даже для меня какой-то перебор. И главное, я ничего не могу объяснить рационально. Артхаусный бред от Кустурицы, не иначе.
Когда я отдышался и немного пришел в себя, то понял, что нахожусь в соседнем квартале от своего дома. Наверное, так будет даже лучше. Чуток отдышусь, приму теплый душ, успокоюсь и в полицию.
Если честно, то выходить из машины было страшно. Все ожидал, что опять начнется какая-то чертовщина. Вернее, продолжится. Но нет, ряд серых пятиэтажек безмолвно взирал на меня черными окнами. Звук захлопнутой двери разнесся далеко вокруг, и ему ничего не вторило.
Я быстро поднялся к себе, бросил короб с едой в прихожей и помчался в туалет, где меня весело и непринужденно вывернуло. Хотя сказано это весьма литературно. Рвало меня так, как никогда раньше. Хуже, чем в первый раз, когда с пацанами попробовали сомнительного самогона. И даже не так, как на проводах в армию. Тогда молодой идиот Матвей Зорин искренне считал, что утром умрет в пазике.
Рвало меня долго, с желчью, ручьями слез и попытками вдохнуть воздух в перерыве. Мне даже подумалось, что теперь я могу написать книгу — «Как быстро похудеть на пять килограммов». Глава первая: «Пусть на ваших глазах умрет странная бабка».
И самое противное, становилось только хуже. Пот лил с меня градом, то и дело я терял фокус, и все перед глазами расплывалось в мерзкие пятна. Тело стало ватным, непослушным, чужим.
Не знаю, сколько это продолжалось. Мне подумалось, что пару часов. На ноги я еле поднялся, обессиленный и выжатый как лимон. Нажал на кнопку в бачке, умылся, поглядел в зеркало и ужаснулся. Как там говорят, краше в гроб кладут?