Рубежник (СИ)

  
Бедовый. Рубежник
   
Пролог
 
Настольная лампа замерцала, когда хлопнула дверь. Заспанные люди вздрогнули и посмотрели на прибывшего. Последнего из собравшихся, но не по значению. Благодаря которому они и находились здесь в этот неурочный час.
— Что-то срочное, Даниил? — спросил старичок, хотя все знали ответ.
Просто так он не стал бы выдергивать их из теплых постелей. Произошло нечто неординарное.
— Старуха подобралась совсем близко, — скинул с себя двубортный плащ молодой черноволосый мужчина. — Если ее не остановить сейчас…
— Убийство старухи может вызвать вопросы, — подала голос женщина.
Тьма окутала ее так плотно, что и не разберешь, кто говорил. Впрочем, как только Даниил взглянул на нее, в сумраке проступили светлые волосы и миловидное лицо.
— Надо сделать все тихо.
— Говорили уже об этом, — встрял пухлый мужичок. — Старуха обложилась, как раненый зверь. Не подберешься. К тому же, я ее щупал, совсем скоро она будет равна по силе кощеям.
— Я знаю. Потому и должна умереть сейчас, — пригладил растрепавшиеся волосы Даниил.
Он сунул руку в карман и выудил на свет короткие, явно когда-то разорванные на две части четки. Собрание, как один, удивленно вздохнуло, а женщина даже скрипнула стулом, испуганно отодвигаясь.
— Я не буду спрашивать, где ты их взял, — заметил старичок.
— И это правильно. Меньше знаешь, крепче спишь. Но только так можно убить старуху.
— Ты знаешь, что будет с тем, кто использует Нити Судьбы, — дрожащим голосом произнесла женщина. — Смерть!
— Ошибаешься, Агаточка, — усмехнулся старик. — Есть вещи пострашнее смерти. И это именно тот случай.
— Они правы, Даниил, — встрял пухляк. — Никто из нас не пожертвует собой, чтобы низложить старуху.
— Этого и не требуется, — ответил черноволосый. — Нужно лишь убить ее. А хист… хист пусть перейдет случайному человеку. С ним разберемся позже, если он будет представлять опасность. Для убийства человека, пусть и ведуньи, много сил не надо. К тому же если мы будем действовать заодно, то сила проклятия окажется незначительной.
— Незначительной⁈ — вскочила со стула Агата. — Это Нити Судьбы, а не ведьмовской мешочек.
— Молчать, — раздался уверенный и спокойный голос.
Пятый, последний из собравшихся, прежде сидел тихо, внимая услышанному. И будто бы даже появление в руках Даниила мощного и коварного артефакта не обескуражило его.
— Сколько у нас времени? — спросил он.
— Не больше суток. Я чувствую, — ответил Даниил.
— Тогда выбора правда нет. Старуха должна умереть. Если кто-то против или не желает участвовать в этом, то может выйти. Но с этого момента он перестанет быть мне другом и станет врагом.
Собравшиеся притихли, сначала переглядываясь между собой, а после уставившись на сказавшего последние слова. Будто мыши, которые смотрят на удава. Выбирая между возможностью стать врагом и угрозой смерти, они выбрали последнее.
— Тогда решено. Беритесь за руки и начинаем.
  
Глава 1
 
Под ногой противно чавкнуло. Проклятые собачники, не убирающие за своими питомцами. Проклятая ночная работа. Проклятая новая высотка, на которую я засмотрелся и не заметил оставленный на дорожке «сюрприз».
Хотя скорее, причиной всему невероятное везение. То самое, из-за которого меня в школе в шутку звали «Фартовый». Конечно. Если есть на улице открытый люк — кто в него провалится? Или на ровном месте ногу сломает? Или перед поездкой в лагерь заболеет? Про протекающие ручки, разбитые стаканы дома, высыпанные солонки и прочие мелочи вообще молчу.
Бабушка вот называла по-другому: «Бедовый». Явно жалея. И даже в церковь водила. Мол, может, порча на мне какая или еще что? Там на официальном уровне сказали, что все нормально. Просто невезучий. Хотя свечки поставили.
Как говорилось в каком-то фильме: «Жизнь похожа на коробку шоколадных конфет». Никогда не знаешь в какую вляпаешься. Я вытер о траву подошву как смог и набрал нужную квартиру. Исходя из моей колоссальной удачи, сейчас мне просто не ответят. И… домофон тут же пикнул.
 
— Здравствуйте, это из доставки. Вы…
Договорить не успел, потому что домофон пикнул еще раз, и дверь открылась. Ну и ладно, мы не гордые. На всякий случай опять почиркал подошвой о бетонную плиту и зашел внутрь. Живут же! У них даже в подъездах горшки с цветами и тюль на окнах.
Нужную квартиру я нашел без особого труда. Надавил на звонок, подождал, повторил процедуру. Спустя минуту даже палец заболел. Ну что за люди? Как заказывать три сета роллов в четыре утра, так пожалуйста. А как дверь открыть…
Может, наркоманы? Таких часто на еду пробивает. Да нет, вроде район хороший, тут квартира стоит, как крыло от «Боинга». И не могли же они уснуть, пока я на лифте поднимался. И ведь не уйдешь. Потом устанешь начальнице доказывать, что ты не верблюд. Это хорошо, когда шеф угрюмый мужик, а не стервозная женщина, которая меня сразу не взлюбила.
— Да, блин!
От безысходности я дернул ручку двери. И та неожиданно подалась. Вот к этому меня жизнь точно не готовила. Дверь медленно открылась, как в дешевых фильмах ужаса с рейтингом ниже 5,6.
Я замер, не зная, как поступить. Входить нельзя. Мало ли что тут случилось. Вдруг убийство? Ага, и справившись со всем душегубы заказали роллы. Нет, конечно, но ситуация уж очень стремная.
— Сюда, — прошелестел тихий голос из глубины квартиры.
Плохо быть хорошим человеком. Учат тебя с детства — девочек бить нельзя, старшим место в транспорте уступай, не ругайся в очереди. А в конечном итоге все выходит боком. Потому что хорошему человеку в этом мире жить тяжелее всего, всюду он эту свою хорошесть стремится показать. И за нее потом огребает. Вот и теперь все мои опасения стали иллюзорными, когда впереди замаячила возможность помочь человеку.
— Сюда! — послышалось чуть громче, окончательно развеивая все сомнения.
Я вздохнул и вошел внутрь. Поставил сумку с заказом на пол и даже разулся. Все-таки светлый линолеум, а у меня от кроссовка до сих пор непонятно чем несет. Точнее понятно чем. Так, Мотя, соберись!
Трудностей с поиском обладателя голоса не возникло. В квартире свет горел лишь в одной комнате.
— Здравствуйте, вам помочь? — медленно выглянул я из коридора.
Собственно, был готов ко всему. К примеру, что обладатель квартиры истекает кровью, лежит с пеной у рта или свалился и тянется к спасительному блистеру с таблетками от сердца. Буйная фантазия мне такой жути нарисовала, что увиденное немного обескуражило.
В комнате, на высокой панцирной кровати, лежала старушка. Лежала вполне чинно и благородно, словно и не нуждаясь в помощи совсем. Седые собранные в косу волосы покоились на плече, руки сложены на груди, глаза спокойные, ласковые. Мне даже бабушка вспомнилась.
И комната была очень странная. Словно чудесным образом перенесенная из какой-нибудь избы. Шторы с рюшами на окнах, прялка в углу, старая радиола на ножках, даже не включенная в розетку, и ковер, понятное дело. Ковер, как известно, всегда задает стиль всей комнате. Разве что «красного угла», как говаривала моя бабуля, не было. Ни одной иконы.
Я помотал головой, пытаясь прийти в себя. Что-то не сходилось. Квартира в элитном районе, три сета роллов, бабка в нафталиновой комнате. Может, адрес не тот?
— Это квартира шестьдесят шесть? — с надеждой спросил я, ожидая услышать, что ошибся.
— Она самая, — тихо, будто из последних сил ответила старушка.
— А это вы заказывали, — я вытащил телефон, чтобы свериться с заказом, — сет Токио, Мах и запеченный Авторский?
— Подойди сюда, — произнесла она, будто не слыша меня.
— Тут написано, что оплата наличными.
— Подойди!
Глаза старухи на миг вспыхнули, как два ярких рубина. А меня словно кто-то за шею взял и настойчиво подвел к кровати. Точнее, подошел я сам, но в этот момент ощутил, что ноги меня точно не слушают.