Красная маска, синяя маска
Сян Юань-да понимал, что первый и второй братья едва ли захотят тратить силы на восстановление моста через реку Жошуй. Их не волнует будущее, напротив они станут только сильнее, если три мира затянет в пучину Великого Хаоса. Его первый брат жаждал абсолютной власти, второй брат во всем поддерживал первого. Даже если сам Сян Юань-да, его третий и пятый братья пойдут против воли старших и попытаются восстановить равновесие, это будет стоить им всех сил. Придется пожертвовать самым ценным, что есть у демона – душой. Если их души погибнут, они уже не смогут переродиться. Кто захочет так рисковать?
Стоило ли сохранять неиссякаемую армию до этого момента? Разумеется, нет. В кои-то веки пятый брат был прав, когда хотел распустить ее. Но делать нечего. Время было упущено.
– Впредь, до возвращения твоего господина, моя личная стража будет охранять все входы и выходы из Земель Беспомощности.
– Благодарю за оказанную милость, главнокомандующий, – снова склонился в низком поклоне Чжоу Синьчжэ.
– Не спеши уходить, командующий Чжоу! Хочу спросить тебя, – лицо Чжоу Синьчжэ стало еще бледнее. Генерал Сян Юань-да никогда не задавал вопросов, он лишь приказывал. Его нынешняя заинтересованность не сулила ничего хорошего, – со смертью моего младшего брата твоя клятва верности перестала иметь силу. Ты стал свободен от службы в Восточном дворце и мог отправиться куда угодно. Три мира были открыты перед тобой. Ответь, почему ты решил запереть себя в Землях Беспомощности и взвалить на плечи столь тяжелый груз?
Грустные глаза Чжоу Синьчжэ сверкнули.
– Я дал клятву своему господину, и она не может исчезнуть с падением Восточного дворца. Эта клятва в моем сердце. Я служил господину по желанию, а не по принуждению. И буду служить и впредь.
Сян Юань-да лишь головой покачал. Он не верил в безоговорочную преданность.
– И все же почему? Откуда такая верность?
Чжоу Синьчжэ улыбнулся.
– Главнокомандующий, как и многие чиновники Восточного дворца, в прошлой жизни я был человеком. У меня была родина, была служба, которой я посвятил много лет, была семья. Но все, что я имел, исчезло в одночасье. Потому я был лишен покоя и после смерти. И только став чиновником Восточного дворца, я смог жить почти, как прежде, делать то, что умел лучше всего. Казалось, я вовсе и не умирал! Господин был очень требовательным, но всегда давал второй шанс. Он всегда прислушивался ко мне. В то время я не был таким бесполезным, как теперь. У меня была надежда. Большего и не нужно.
Что же… Чжоу Синьчжэ, как и демон в белых одеждах, грезил о возвращении былых времен.
– Желая вернуть своего господина, ты пошел на огромный риск. И я не думаю, что ты, командующий Чжоу, сам догадался о том, как можно быстро восстановить его силу. Нет, – сощурился генерал. Чжоу Синьчжэ почувствовал в его голосе угрозу, но все так же старался сохранять спокойствие, – кто-то тебя надоумил. Ты начал подготовку еще до того, как мой брат возродился в мире смертных. Кто-то, кто знал обо всем наперед, подсказал тебе, что делать. – Сян Юань-да не спрашивал, он утверждал. Чжоу Синьчжэ кивнул. – И ты не задумывался о том, что этот кто-то имеет дурные намерения?
– Главнокомандующий… я, – меняясь в лице, начал было демон. Сян Юань-да поднял вверх руку, заставив его замолчать.
– Теперь уже ничего не поделаешь. Ты более не можешь ни на что повлиять, остается только ждать. Возвращайся в Костяную пагоду, командующий Чжоу, и ожидай дальнейших указаний.
На лице Чжоу Синьчжэ застыла маска неподдельного ужаса. Демон рухнул на колени.
– Главнокомандующий, – он сложил руки в просительном жесте, – я заслуживаю самого сурового наказания. Но я… Я никогда не хотел навредить господину, я бы не посмел… Я только хотел…
– Ты хотел, чтобы он как можно скорее вернулся, восстановил утраченные воспоминания и былую силу. Ты хотел, чтобы он избавил тебя от груза ответственности за неиссякаемую армию.
В голосе Сян Юань-да не было злости, но прежде такой спокойный и собранный Чжоу Синьчжэ затрясся от страха.
– Главнокомандующий, я бы не… Я вовсе не… Разве плохо, что господин вернется к нам? Когда я узнал, что это возможно, счастью моему не было предела. Все, кто служил в Восточном дворце, не могли надеяться на возрождение господина. Но Небеса смилостивились над нами! Разве плохо, что господин вернется к нам?
Слушая Чжоу Синьчжэ, генерал испытывал разве что раздражение. Этот демон прожил две жизни, долгие годы служил в Восточном дворце, потом повелевал Землями Беспомощности. Ему хватило силы, ума и решительности столько времени удерживать неиссякаемую армию от распада. Даже Владычица Запада прислушивалась к его мнению, а чиновники в Юду не осмеливались строить ему козни. Но Чжоу Синьчжэ вел себя, как наивное дитя, когда речь заходила о его господине. Во имя Владыки Востока и своей безумной преданности он был готов довериться первому встречному, был готов совершать ошибку за ошибкой. Стоило только подарить Чжоу Синьчжэ крупицу надежды, как он смело шагнул прямо в ловушку. И пусть. Вот только он и господина своего пытался туда затолкать.
Для Сян Юань-да было правильным решением отказаться от слуг. И в прошлом Южный дворец был наводнен марионетками, созданными демоном в алых одеждах. Они никогда не ошибались, не имели собственных целей и желаний. А вот слуги и чиновники Восточного дворца… Чжан Юань-бо собрал вокруг себя совершенно отчаявшихся демонов и помог им справиться с одержимостью. Они поклялись вечность служить ему, а он умело использовал их таланты и направлял стремления на благо Запредельного края. Его слуги поклонялись ему, как божеству, и с трудом смогли выжить без него. Они желали вернуть его, совершенно не думая о последствиях. Любой ценой. Воистину от них одни неприятности!
– Добыв четыре ключа от сердца, мой брат вернет прежнюю силу. Но сможет ли его человеческое тело ее вынести? Если он утратит разум, то превратится в чудовище. В таком случае он не станет заботиться ни о тебе, ни о других чиновниках Восточного дворца. А если брат все же сможет уцелеть, думаешь, он сохранит свободу? О нет, командующий Чжоу, он станет пешкой в руках Владычицы, в руках наших старших братьев… наместников… даже Повелителя судеб, который и в дела великих демонов осмелился сунуть нос! Да кого угодно! Любой и каждый попытается контролировать его. Такой судьбы ты желаешь своему благодетелю? Скажи, что ты на самом деле для него выбрал: одержимость или оковы?
Бледный, как смерть, Чжоу Синьчжэ уткнулся лбом в землю.
– Главнокомандующий, я заслуживаю смерти…
– Да что ты заладил? Кому поможет твоя смерть? Нет от тебя никакого толка, – махнул рукой Сян Юань-да.
– Главнокомандующий, умоляю, спасите моего господина! Я отдам все, что имею, только спасите моего господина! – Чжоу Синьчжэ вцепился в край кроваво-красного плаща генерала, но тот вырвал его.
– Поднимайся, хватит валяться в ногах! И такое жалкое создание, как ты, осмеливается называть себя повелителем Земель Беспомощности. Какой позор! Поднимайся! С этого момента не вздумай делать что-то за моей спиной, докладывай о каждом шаге. В конце концов, твой господин вернется, но ты должен дать ему время. Он вернется только тогда, когда действительно сумеет повести за собой войска. Единственное, что ты сможешь для него сделать, сохранить неиссякаемую армию. Что касается ключей от сердца, сделанного не воротишь. Мой брат пойдет по проторенному тобой пути. Тебе остается только верить в его успех.
* * *Сян Юань-да постучал кончиками пальцев по краю деревянного жетона. Отполированная поверхность дерева была окрашена в насыщенный зеленый цвет. Искусно вырезанный символ «Восток» был покрыт синей краской.
– В Тянься такой переполох из-за этой маленькой вещицы, – пробормотал Сян Юань-да. – Сколько надежды сяо Лань возлагает на этот жетон, сколько усилий прилагает, чтобы его отыскать! Жуи, – демон в алых одеждах обратился к огненной птице, по-прежнему сидевшей у него на плече, – в кои-то веки я смогу позабавиться. Мой братишка совсем не понимает, что без силы, которую хозяин вливает в жетон власти, он превратится в обычную деревяшку. И Тянься с ее помощью не спасти. Что ты говоришь? Рассказать ему? Так будет неинтересно, Жуи! Если он узнает, то утратит желание двигаться дальше. Пусть лучше у него будет цель. Говоришь, Ван Цзылян может ему рассказать? Ван Цзылян, – Сян Юань-да сжал кулаки, а его глаза гневно сверкнули, – этот хитрый мерзавец! Я думал, что жизнь для него будет мучительнее смерти. А он и из этого смог извлечь выгоду! Нет, уверен, он будет молчать. Ему нужно, чтобы сяо Лань не отказался от выбранной цели. Ему нужно это позарез, иначе бы он не поступился принципами бессмертного, не нарушил бы все существующие правила и не помог бы Чжоу Синьчжэ создать для моего брата ключи от сердца.