Измена. Простить, отпустить, отомстить? (СИ)

По вечерам я с детьми засыпала под серии Леди Баг. Все в той же смешной пижаме, которая оказалась мне дороже любого красного платья. Обнимала Тому, целовала ее в затылок, пока она не замечала и не отмахивалась от ласки как от надоедливой мошкары:
- Ну, мам, хватит!
И совсем иногда, самую малость обижалась, когда моя девочка рассказывала про Женю.
- Она такая добрая, и веселая, у нее дома всегда чисто и пахнет духами.
  
- Здорово.
- Ага! Женя очень современная, она даже еду сама не готовит, представляешь? Все заказывает и выкидывает коробки, пока папа не пришел. Только это наш секрет, ты не расскажешь?
- Никому, - обещаю я.
И мне почти не больно обсуждать это с дочерью.
Хотя нет, в груди все еще щемит от глухой тоски, но точно не из-за Савранского, которого я уже отпустила.
На работу в понедельник я пришла вовремя. За десять минут до начала планерки. Зашла последней, вышла первой, и целый час играла в игру «Не смотри».
Аркадий то и дело бросал на меня убийственные взгляды, от которых я уворачивалась с ловкостью холостяка, попавшего на дискотеку в Иваново.
В кабинет я поднялась только к девяти. И там, в очереди из трех пациенток наиболее ярко выделялась лысенькая… с бицепсом размером с голову Циклопа и звериным оскалом.
- Я по записи, - протянул Тимур, глядя прямо на меня.
- Ну… как скажете, дамочка.
Он вошел за мной и плотно закрыл за собой дверь.
- Раздевайтесь вон там за ширмочкой, с креслом разберешься или помочь? Клеенку под попу, ноги наверх и не дышать.
- А не дышать зачем?
- Для устрашения. Зачем пришел?
- А ты зачем ушла? - Он укоризненно посмотрел мне в глаза.
Что-то теплое разливалось в груди, когда этот мужчина стоял вот так близко. И глупый инстинкт самосохранения отказывался работать, пригвождая меня к месту, когда мы были рядом. Не надо бежать, не надо спасаться, просто стой и смотри, как красиво мужчина может держать тебя за руку.
Опомнилась я, когда Тимур переплел свои пальцы с моими. Спешно вытерла вспотевшую ладонь о брюки и повторила:
- Тим, я понимаю, что тебе кажется, что наши отношения перешли на какой-то другой уровень, но у меня тут женская консультация. Я вообще-то работаю. Так что говори, что хотел, и на этом попрощаемся.
- Говорю, - кивнул он, - вот, девочка, держи.
И лысый протянул мне несколько распечатанных листов А4. С подписью и датой.
- Что это, - я непонимающе пробежала глазами по строчкам.
- Мои анализы.
- Какие?!
- Которые ты велела мне сдать, а иначе не то что в кровать, на одном поле со мной в туалет не пойдешь.
Что-то далекое и очень странное забрезжило у меня в голове. Прямо как сигнальная ракета, извещающая об опасности и призывающая катапультироваться как можно скорее.
- И ты все это сдал?! Господи, даже педикулез?
- Кроме флюрограммы, - серьезно кивнул Тимур, - ее мне сделают в среду, так что придется доверить свою Брунхильду потенциально чахоточному.
- Кого?! – В ужасе прошептала я, продолжая вчитываться в бумаги.
Строчки перед глазами поплыли на волнах моего безумия. Я не могла о таком просить! Я же не совсем дура!
- Тимур, ты, наверное, меня не так понял…
- Нет, девочка, это ты меня не так поняла, - Тимур приблизился и мягко вынул из моих одеревеневших пальцев распечатки. - Ты мне понравилась. – Он провел тыльной стороной ладони по моему лицу. Его шершавая и грубая кожа слегка оцарапала мою – нежную и тонкую.
- Чем понравилась? – Еле выдавила из себя я, будто не верила, что такое вообще возможно.
- Хер его знает. Зацепила, понимаешь? Что-то в тебе есть, что я ни спать, ни жрать, ни срать толком не могу. Я не романтик…
- Да я уж заметила, - перебила я его, но замолкла под строгим взглядом.
- Но и говна всякого не делаю, и обижать тебя не буду. Я в этих свиданиях даже не разбираюсь, если надо, позову, куда ты скажешь, костюм пот у Гавра возьму, прокипячу его предварительно, конечно, а то непонятно, где он в нем шлялся. Ну, не умею я все это!
Чувствовалось, как трудно дается Тимуру этот разговор. Каждое слово он выдавливал из себя как из пустого тюбика зубную пасту. Пытаешься-пытаешься, а там и нет ничего. Его широкий загорелый лоб покрылся испариной. Тимур вытер лицо, отвернулся и тихонько выругался.
- Вся эта дипломатия не мое.
- Да, в эпоху палеолита было попроще.
- А то. Бизона убил, пещеру обустроил, девчонку с крутыми бедрами на плечо перекинул и вперед, делать маленьких неандертальцев. Почему ты улыбаешься? – Он мягко коснулся моих волос, прижимая меня еще ближе к себе.
- Потому что ты дурак, Тимур.
- Очевидно. А еще мужлан, шовинист и ватник. Но ради своей женщины я готов сделать многое, даже засунуть в член тонкую трубочку, чтобы взять анализ на гонорею!
- Мой герой! – прошептала я ему в плечо.
- Насть, ну я правда не знаю, как за тобой ухаживать. У меня таких женщин еще не было, понимаешь? Я волнуюсь там, потею, говорю всякую херню. Но нужны тебе анализы, я ж даже вопроса не задал, пошел и сделал. Что еще… могу справку о доходах принести, но там смотреть особо не на что. Я… в общем обычный. Не мажор, воровать не умею, работаю честно. С мамой вот могу тебя познакомить, но тоже предупреждаю, что ты ей скорее всего не понравишься.
- Какой завидный жених, - я тихо засмеялась, будто меня что-то щекотало глубоко внутри. Наверное это счастье лопалось у меня в животе, выкидывая в кровь гигантскую дозу дофамина.
- Ну, ты тоже знаешь ли невеста хоть куда. Так что, пойдешь со мной?
- В ЗАГС?! – Не поняла я.
- Да нет, отмахнулся Тимур, - авокады эти твои жрать. Гавр сказал, что такая как ты только авокадо с лососем и ест, так что…
В этом неловком, диковатом как медведь в лесу, мужчине было что-то невероятно трогательное. То как он вел плечом, когда нервничал. Как уводил взгляд, а потом смотрел на меня, не мигая. Как надсадно сипел его голос, когда он говорил то, что было важным. Мне… и про меня…
Меня очень тянуло к этому странному страшному человеку. Не логикой, мозгами или сердцем. Инстинктами. Тут было хорошо, тепло, безопасно, почти как с моей пижамой.
Вот только мы с лысым были такими разными, что я уже знала – ничего не получится.
- Тимур, - я постаралась добавить в голос мягкости, чтобы отказ не звучал так болезненно. Представляю, каких усилий ему стоило прийти сюда. И не хотелось обижать человека, который вообще этого не заслуживает. – Послушай…
Я отстранилась, чтобы расцепить объятия, но Тим только крепче прижал меня к себе, сминая своими стальным клещами мои мягкие руки.
В этот момент дверь распахнулась, и я услышала знакомый до тошноты голос:
- Анастасия Борисовна, мне сказали, что вы на приеме, но это займет всего пару минуточек., так что… Ой…
Женечка замерла в проеме и с нескрываемой завистью смотрела на лысого мужика, который прижимал меня к себе.
Глава 24
Все дальнейшее похоже на какое-то театральное шоу. Комедия положений, психоделическая драма и хоррор.
Инстинктивно я пытаюсь отстранится от Тимура, но тот вцепился в мой локоть и легонько качает головой. В черных как ночь глазах читается вызов:
« Не смей, девочка».
- Я могу зайти попозже, Анастасия Борисовна, - лопочет на своем приторно-ангельском Женечка и не сводит глаз с Тимура. Она просто жрет его взглядом, накинулась на мужика, как вечно худеющие кидаются на пирожные со сливками.
Это было настолько явно, что мне стало не по себе.
- Нет, позже не надо, - поморщилась я.
Женя зашла за своими вещами, которые не успела забрать при увольнении. Мне казалось, у бывшей ассистентки хватит ума сделать это, когда меня нет в кабинете, но где ум, а где эта пигалица.
  
Она стояла и улыбалась, глядя на моего Тимура, и вроде ничего такого, но как же бесит.
И Женя эта, и улыбка ее дебильная, и платье белое, как у невесты и даже Тимур, который держит меня и не думает отпускать!