Дионисов. За власть и богатство! – I (СИ)

Нужно инспектировать объём потерь и составить смету на ремонтные работы. И подрядчика найти. Подозреваю, с этим возникнут сложности.
— В подвале есть генератор, — доложила Ангелина. — Вроде бы живой. Так что свет будет. Но топлива нет. Да и по-любому генератор перебирать придется. И проводку нужно поменять, тут везде следы каскадного короткого замыкания.
А, вот потому и пожар случился. Понятно. Следовало ожидать чего-то такого. Ну а как ты думал, Саша? Что тебе тут пряничный домик из сказки проиграют? Придется вложиться. Хорошо, что уже есть какая-то база, крыша над головой. Ну, половина крыши. Остальное в руинах. Полагаю, на участке тоже состояние имущества как минимум спорное.
— Нашлись какие-то запасы? — кивнул я на гараж.
— Там лежит целая груда неразобранного барахла, — пожала плечами Ангелина. — Может, что-то там и найдется. Хотя бы часть инструментов. Кое-что есть в автомобиле. Есть ещё канистра топлива. Надо потом найти, где ещё заправиться, кроме той заправки, или уже очень скоро мы никуда не поедем.
Да. Заботы, траты. Всё как всегда. Как и не умирал.
— Составьте список, Ангелина Владимировна, — произнес я разглядывая полуобвалившийся каменный герб над входом. — Поедем в город, закупим все необходимое.
Где-то я эту змею обвитую вокруг чаши уже видел…
Ну, собственно, на родовом гербе Дионисовых и видел. По крайней мере, очень похоже.
В ином мире эту резьбу по песчанику я мог бы принять за медицинскую эмблему: змей над чашей, «всё яд и всё лекарство», ага. Но тут это явно был элементаль, призванный глотком мудрости из этой самой алхимической чаши. Не то, чтобы я был не в состоянии опознать собственный герб, просто тут кроме этого элемента было нечего разбирать, не сохранилось, и место на гербовом щите непривычной формы элемент занимал необычное, не в центре, а сбоку. В Бархатной Книге Российской Империи около семи тысяч гербов, а я, прямо скажем, не герольд по специализации и не увлекался, разгильдяй. Какие-то родственники? Здесь? Гм…
Иди, куда судьба ведет, вспомнил я бессмертные строки неизвестного в моем мире поэта, заученные еще в домашней школе. Вот вела-вела и привела.
— Нужно выяснить историю этого владения, — произнес я.
Ангелина бросила взгляд на остатки герба, пожала плечами:
— Вряд ли в долине есть свой архив. Думаю, ближайший в Номоконовске.
— Ну, вот, у нас есть еще один повод туда съездить, — проговорил я. — Оставляю за старшую, Ангелина Владимировна. А я осмотрю окрестности, может соседей встречу.
Ангелина шутовски отсалютовала мне двумя пальцами от своей задорной кавалерийской шляпы, но возражать из-за временного повышения не стала. Вот и славненько.
Делегирование и мотивация, столпы корпоративного управления.
Довольно быстро я вышел из окружавшей моё владение рощи на берег реки, неспешно несущей мимо меня свои прозрачные воды. Река Лаура. Внезапно широкая, метров пятьдесят здесь на глаз. Где-то ниже по течению впадает в Рио-Ройо, прямой путь к межконтинентальному морскому порту Югопольска. Серьезная водная артерия, серьезные транспортные и ирригационные возможности…
От стратегического планирования меня отвлек близкий плеск воды. С низеньких мосточков выше по течению девица в белом платье и, внезапно, в красном чепце, набирала воду в малюсенькое ведерко.
И нужно добавить делала это весьма зажигательно, я бы сказал, глаз не отвести. Ох, какие фигуристые здесь водятся красные шапочки! А учитывая, что ближайшая знакомая и приятная мне девушка, Надежда Константиновна, осталась в городе…
Вспомнились шуточки с Ангелиной на тему моих вкусов и предпочтений. Ну, и не удержался конечно:
— Прошу простить, сударыня, вы, случаем, не в беде?
Девица, взвизгнув, уронила ведро в воду, и поток понес его вдоль берега прямо ко мне. Затем вскочила, быстро оценила, что я на достаточно безопасной дистанции от нее, а вот ведерко уже не вернуть. От расстройства бедняжка даже закусила ноготь мизинца. Ну-ну, не стоит портить такие славные ноготки, это не эстетично.
  
Ну, раз девушка однозначно в беде, я ей помогу.
Высокие ботинки позволили мне войти в воду по пологому песчаному дну достаточно далеко, чтобы дотянуться до ведерка и спасти его из лап стихии, не замочив стволов дробовика в поясной кобуре.
— Это же ваше, сударыня? — обольстительно, а по-другому я не умею при общении со столь милыми и неловкими созданиями, сказал я, поставив ведерко с водой между нами. — Я ваш новый сосед из дома за рощей.
— За рощей? — пролепетала девица. — Из Фламберга?
— Да, он теперь мой.
А ведь девица серьезно напугана. Это я, что ли, такой страшный?
— Простите, сударь, я подумала… ах, простите.
Схватила свое ведерко и умчалась вверх по склону. Я даже немного расстроился. Ну, хоть посмотрел на приятные обводы намокшего платья…
Но, прежде чем скрыться в зарослях остановилась и совершила в мой адрес премилый книксен, что подняло мне настроение. Очаровательно. Ну и манеры здесь, конечно. И диалект — прям как в каком-то поселение староверов-амишей, или как из каких-то старинных фильмов. И, главное, сразу захотелось на него перейти! Значит, еще пообщаемся, милая соседка. Улыбаясь, я пошел обратно к дому.
Судя по грохоту в гараже, Ангелина активно разбирала доставшееся нам имущество. А мне стоило бы подумать об организации ужина.
— Рустам! — крикнул я, — спускайся и займись ужином, я тебя сменю.
И пока я озирал окрестности в лучах заходящего солнца, Рустам организовал нам роскошный ужин, пожарил на каминной решетке остатки мяса и разогрел консервы с тушенкой. Он же натаскал нам воды из скважины в дальнем углу владения, под ветряком, запускающим водяной насос. Этой водой мы запивали ужин, ничего больше, ни чаю, ни кофе, не осталось. И вина ни капли тоже, конечно. Поиздержались мы, поиздержались. Нужно пополнять запасы. Расходы….
Темнело быстро.
Я уж думал на ночь запалить фитильный светильник в чашке с маслом, но Ангелина нашла в подвале керосиновую лампу и бутылку с тем самым керосином, мы смогли заправить лампу и разжечь. Будем теперь со светом в ночной темноте.
Поели с аппетитом, стоя у длинного стола. Спать легли тут же, в зале, одетыми, на столе, подстелив спальники и походные одеяла. А больше-то негде, в доме за эти годы из всей мебели сохранился только этот титанический длинный стол. Остальное растащили поди, добрые соседи со сторожем во главе…
Тупай устроился у меня на груди, пригрелся и потешно засопел. И мне бы пора придремать…
Спал я, несмотря на неудобства, хорошо, только недолго.
Дикий вопль разорвавший ночную тьму скинул меня со стола на пол.
— Что, мать его, случилось⁈ — выкрикнула Ангелина вводя в темноте свой пистолет.
— Там, похоже, нашего сторожа в клочья разрывают, — проговорил я, заряжая дробовик крупной картечью. — Какого хрена вернулся?
— Кто разрывает? — удивилась Ангелина.
— Да я бы его и сам разорвал, — отозвался я. — Не удивлен, что нашлись ещё желающие.
Рустам тем временем разжёг лампу, и мы пошли в пятне света от неё. По темной галерее от дверей в дом к лестнице на площадку перед гаражом.
В темноте не было совершенно ничего видно. Вопли давно прекратились, в темноте я слышал только влажный хруст, словно кто-то огромный в темноте выламывал кости из свежего трупа.
— Вот чёрт, — прошептала Ангелина с пистолетом наготове. Я держал лампу над головой, пытаясь бросить свет в глубь тьмы. Рустам стоял с поднятым к плечу автоматом готовый поливать тьму свинцом. Только я знал, что свинца надолго не хватит, после всех наших переделок у него осталось полмагазина патронов.
Остро не хватало ноктовизора. Или просто прожектора.
— Эй, кто там, чёрт вас дери! — выкрикнул я.
Хруст прекратился, и я понял что на меня из темноты смотрят.
А потом мне ответили.
Волчий, но не вой, нет. Это был волчий рев. Под стать льву.
Пробрало до кишок.
Не размышляя, я пальнул в темноту на звук из обоих стволов разом.