Дисгардиум 12. Единство-2
Он сделал паузу, дав мне осмыслить его слова, и я спросил:
– Бездна?
– Бездна близка к этому, но и у нее много ограничений, обойти которые она или не способна, или пока не может. И все же речь не о ней, инициал. Сверхновая богиня создала еще одно измерение, небольшое, потому что на что-то более величественное ее способностей пока не хватает, но силы ее растут. И дело тут не только в постоянно прибавляющемся числе последователей и вере, нет.
– Тогда в чем? – удивился я.
– Бездна обзавелась невероятно сильным союзником, ставшим к тому же ее верховным жрецом. Парадоксально, но он обладает куда большими возможностями, просто не в рамках Дисгардиума, где его аватар пока не развит.
– И кто же он?
– Ты с ним знаком, – металлический голос Кингу прозвучал как обвинение. – Это Люций, великий князь Преисподней.
– Кто?
– Ты не ослышался, – съязвил Бегемот, – наша речь передается тебе напрямую в мозг. Младший великий князь Преисподней – всего лишь маска сущности намного более могущественной. Тысячелетиями она паразитировала в твоем настоящем мире, создав в смежном измерении то, что вы называете адом. Адом, джаханнамом, тартаром, геенной огненной, подземным царством, наракой, дийюем.
– И преисподней, – добавил Левиафан.
– И преисподней, – кивнул Бегемот. – Местом, куда паразитическая сущность затягивала души, не давая им уйти во вселенское инфополе.
– То есть Сатана… – начал я говорить, но Спящий снова меня перебил:
– Сатана, Шайтан, Люцифер – у него множество имен, ведь он прожил тысячи жизней в разных обличьях, сея зло и питаясь эманациями чужого горя. Сейчас он паразитирует в твоем мире и тянется к Дисгардиуму. Такого же уровня могущества мог бы достичь и Нергал через тысячи тысяч лет эволюции – чтобы ты понимал, что из себя представляет Люций.
– Все сходится… – Я рассказал им о лидере Объединенного картеля, Исмаэле Кальдероне. Они наверняка уже знали об этом из моей головы, но проговорить все было важно для меня самого. – Получается, у Бездны теперь есть очень сильный союзник, который может влиять и на настоящий мир…
Придя к такому выводу, я содрогнулся. Значит, мои родители, мои близкие… Никто не в безопасности даже под защитой Хагена.
– И что мне делать? За что хвататься? Да и смогу ли я? Если даже Глубинная телепортация меня подводит, то что говорить о способностях, которые я получил от вас? – Я выдохнул и сказал уже спокойнее: – Каким будет ваше следующее задание, Спящие?
Они переглянулись, но, думаю, это было сделано для меня, ведь между собой они общаются телепатически.
– Даже не будь у Бездны в союзниках Люция, мы бы все равно не стали требовать от тебя того, что по всем критериям является невозможным, – сказала Тиамат.
– Самоубийственным, – добавил Левиафан.
– Мы не вправе давать тебе задания, – выдал совсем уж неожиданное Бегемот. – Но мы можем попросить…
– Посоветовать, – поправила его Тиамат.
– Предложить, – нашел нужную формулировку Кингу. – А ты уже сам решишь, что и как будешь делать.
– То, что мы предлагаем, – сказал Бегемот, – более не является игровым заданием, инициал. Это стратегия, выбранная нами после анализа миллиардов других вероятных развитий будущего. Она самая опасная, с крайне малой вероятностью на успех, но в то же время самая благоприятная для всех. Для Дисгардиума, для нас, для тебя и твоих близких, для вашего мира. Это будет самый лучший исход для всего мира. Для всех миров.
– Для всей вселенной, – добавила Тиамат.
– Но сначала я хочу с тобой рассчитаться, – сказал Бегемот.
Задание Спящих богов «Смерть Чумному мору!» выполнено.
Вы уничтожили Ядро Чумного мора.
Награда:
– ваш классовый навык «Освобождение» преобразован в божественный перк.
Божественное освобождение
Автоматически отменяет любые эффекты контроля вне зависимости от того, кто их применил. С вероятностью 10 % отразит эффект контроля.
Не имеет отката.
Изучив описание нового перка, я не сдержался:
– А раньше нельзя было его преобразовать? Скольких проблем я бы избежал…
– Нельзя, – отрезал Бегемот. – Сам подумай, наше существование зависит от тебя, неужели мы бы не поделились с тобой всем сразу? Мироздание так не работает, инициал, прими это.
– Ладно, понял, принял. С целями тоже понятно: уничтожить или нейтрализовать Бездну, чтобы освободить Дисгардиум и всех неумирающих, запертых в нем и в Чистилище. Вопрос: в чем стратегия? С чего мне лучше начать? Я планировал двинуть в Террастеру, чтобы получить доступ в мир Бездны. Запертые там бета-тестеры – сильнейшие сущности после Бездны, может быть, даже сильнее великих князей Преисподней. Если освободить их, они могут помочь. К тому же с Девяткой у них отношения так себе.
– Обзавестись такими союзниками не помешает, – ответил Бегемот. – Но что бы ты ни думал о нас, инициал, мы единственные, кто может противостоять Бездне и Люцию и одолеть их. Но есть одно условие: мы должны войти в полную силу.
– И почему я не удивлен… – вздохнул я. – Вам нужен пятый храм, правильно?
Откуда-то из мглы донёсся тихий шепот:
– Не только, но сейчас это главное.
– Пятый Спящий, это ты? – спросил я. – Абзу?
– Да, инициал, с тобой говорит Абзу. Из всех мест силы только одно пригодно для моего храма. Пытаясь поставить его в других местах, ты зря потратишь силы. Те, что заняты храмами Старых богов на Бакаббе, спешно перестраиваются во имя и во славу Бездны. Аналогично с местами силы на Латтерии и Шэд’Эрунге. В Бездонном океане и на Террастере места силы уже заняты храмами Левиафана и Тиамат.
– Я свой перенес, – пробурчал Левиафан. – От греха подальше, так сказать.
– А что с тем местом в Лахарийской пустыне? – спросил я.
– Там стоит храм Бездны, его охраняет Эрвигот, Глашатай Бездны.
– Он же Разоритель по имени Плевок, – вспомнил я питомца Девятки. – Остается Меаз?
– Меаз.
– Но туда невозможно проникнуть, материк покрыт непроницаемой магической пеленой!
– Невозможно, – согласился Абзу. Остальные Спящие молчали. – Но среди твоих друзей был тот, кто мог открыть тебе портал к Тем, Кто Ушел. Мы, Спящие, не видим их присутствия в Дисгардиуме. Вполне возможно, под магической пеленой Меаза ничего нет, и ты сможешь поставить там мой храм.
– Вы об Инфекте? – горько спросил я. – Да, он почти собрал строительный проект «Святилище Ушедших», но мало того что у меня больше нет строителей, никто из них сюда не попадет при всем желании, так еще и Малик, если вы не в курсе, погиб.
– Как и Тисса, он является нашим жрецом, – напомнил Бегемот. – Не хотел тебя обнадеживать раньше времени, но мы сможем воскресить Инфекта, по крайней мере, в Дисгардиуме.
– Сможете? – глухо переспросил я. – Сможете, если что? Если я построю вам еще храм? Два? Так это замкнутый круг какой-то получается. Нет Инфекта – нет Меаза – нет храма – нет Инфекта? А как вы тогда воскресили Тиссу?
– У Тиссы было тело в твоем мире, – ответил Бегемот. – Она вошла в Дисгардиум, мироздание воплотило ее персонажа, а я вернул в него ее душу и личность. С Маликом-Инфектом иначе. У нас есть его душа и личность, но их не в чем воплотить. Любой кадавр, используемый вместо тела, отторгнет душу или, что страшнее, исказит ее. Душа и тело должны подходить друг другу. Как только мы поместим душу в тело, мироздание Дисгардиума должно узнать Инфекта, как игрока, уже существующего в его базе данных.
– И где я вам достану новое тело?
– Рой, – ответил Бегемот и объяснил: – Рой способен создавать точные копии тел любых смертных, и они это успешно делали во время войны с Содружеством и Империей, внедряя своих агентов.
– Типа как в твоем мире создают клонов по ДНК, – добавил Левиафан. – А у нас в базе есть образцы плоти всех наших жрецов… и обычных последователей.