Мой дом там, где любимый

— Однако я совершенно не так представляла себе райские кущи. Не скажу, что здесь плохо, но что-то не видно ни одной яблони. Наверное, зачахли после грехопадения…
Алекс улыбнулась собственной шутке и въехала под арку. Полмили спустя на вершине очередного холма она уперлась в ворота.
Притормозив, Алекс осмотрелась.
— Ни души. Надеюсь, хозяева не рассердятся, если мы въедем без стука?
Кот посмотрел на хозяйку и заурчал.
Проехав ворота, створки которых легко распахнулись на хорошо смазанных петлях, Алекс выскочила из машины, аккуратно закрыла их и только тогда двинулась дальше. Подобные ворота ей встретились еще дважды. У подножия крутого склона девушка услышала слабый окрик.
Оглянувшись, она заметила хозяина ранчо, скакавшего галопом на вороном жеребце справа от машины. Алекс затормозила и опустила стекло.
Можно было подумать, что этот парень родился в седле! В своей черной шляпе, потертых джинсах и стоптанных сапогах он казался призрачным пионером Дикого Запада, каким-то чудом явившимся из прошлого века. И странное чувство: они встретились пару дней назад, но кажется, будто знакомы всю жизнь.
Хэнк оглядел ветхий ярко-желтый «фольксваген». На заднем сиденье были навалены коробки и сумки, а через лобовое стекло на него в упор смотрел рыжий одноухий кот.
Сдвинув на затылок шляпу, Хэнк заглянул в салон и сразу встретился с теми самыми золотистыми глазами, которые не давали ему уснуть последние две ночи.
— Привет! Похоже, я не сбилась с дороги.
Хэнк кивнул.
— Мое почтение. Рад видеть вас так скоро. А я-то думал, что вы приедете в лучшем случае завтра.
Она покачала головой, и полуденное солнце заиграло в ее распущенных волосах.
— Зик загодя достал необходимую деталь. Я отправилась в путь, как только он затянул последнюю гайку. — Она помедлила. — Спасибо за деньги на ремонт машины.
Он пожал плечами.
— Не за что. Ведь вы их отработаете.
— Откуда вам было знать, что я не сбегу в Калифорнию?
— А вы хотели?
— Нет, но всякое бывает.
— Ну что теперь переживать — было бы, не было… Тут и от того, что есть, голова идет кругом. — Он осмотрел содержимое ее машины. — Здесь все ваши вещи?
Она кивнула.
— Все, чем я владею.
Хэнк хотел что-то сказать, но тут подал голос кот. Алекс почесала его за ухом.
— Да, совсем забыла, со мной кот. Надеюсь, вы не против? Он домашний и очень чистоплотный.
— А мышей ловит?
— Еще как. Где нам только не приходилось жить!
Хэнк посмотрел ей в глаза, но она, похоже, не жаловалась.
— Тогда и ему найдется место. Она облегченно вздохнула.
— Спасибо.
— Другие сюрпризы есть? — Нет.
— Прекрасно. Дом в полумиле отсюда. Устраивайтесь сами. Клэр скоро вернется из школы. Я бы поехал с вами, но мне надо найти заблудившихся телят. Не хотелось бы терять их.
— Поезжайте. И не беспокойтесь о нас. Мы устроимся.
Он кивнул и указал на дорогу.
— Тут нельзя заблудиться.
— Спасибо. До скорого.
Хэнк отступил. Машина со скрежетом завелась. Из-под стершихся шин вылетело несколько камушков, заставивших жеребца пугливо отпрянуть, но Хэнк придержал его, не сводя глаз с ползущего в гору ярко-желтого «жука».
То чувство, от которого засосало под ложечкой при первой встрече с этой удивительной девушкой, — чувство, что он встретил свою будущую судьбу, — охватило его с новой, еще большей силой. Образ ее преследовал его неотступно.
Хэнк вскочил в седло и развернул коня. Она здесь только затем, чтобы готовить пищу, уже в который раз напомнил он себе. Говорят, если что-то повторять достаточно часто, можно, в самом деле, уверовать в это.
«Фольксваген» затормозил перед последними воротами. Ярдах в пятидесяти, в небольшой зеленой ложбинке, приютилось несколько темных одноэтажных строений, меж которых возвышался двухэтажный дом под островерхой крышей, словно повторявшей форму лесистых пиков.
Некогда белые дощатые стены молили о слое свежей краски. Грязь покрывала широкое крыльцо. Цветочные клумбы заросли сорняком, ставни на окнах второго этажа покосились.
Этому дому нужен хозяин.
 
Алекс невольно вспомнила, как стояла у окна сиротского приюта и сквозь слезы, застилавшие глаза, смотрела вслед маленькой Бекки, о которой заботилась подобно матери и которую теперь уносил на руках новый папа, только что удочеривший ее. Она знала, что никогда больше не увидит своей малютки.
Сестра Мэри-Клара нашла ее и постаралась, как могла, успокоить.
— Где-то в мире есть дом для каждого одинокого человека, — говорила няня. — Просто будь терпеливой и трудись, и ты найдешь свою обитель. Вот увидишь.
Странно, почему именно сейчас она вспомнила об этом?
Шесть лет прошло с тех пор, как сиротский приют закрылся. Алекс внезапно осознала, что все эти годы, переезжая из города в город, меняя одну работу за другой, она искала дом, который могла бы назвать своим.
Ошеломленная и слегка напуганная, она энергично тряхнула головой. Нет, она приехала сюда только на месяц. У нее есть планы на будущее, и в них нет места обветшалому зданию в окрестностях Дубойса и ковбою с голодными глазами.
В свои двадцать пять Алекс твердо усвоила: жизнь подарков не преподносит. За каждый кусок хлеба необходимо трудиться в поте лица. Сколько можно метаться с места на место в надежде обрести наконец свой дом. Она построит его сама. Научится кулинарному искусству у мсье Бушода и откроет собственный ресторан.
Где именно, она еще не решила, но это будет ее дом, а его посетители — ее семья.
Алекс включила первую передачу.
— Кочевая жизнь совсем доконала меня, Сахарок. Мне уже начинает мерещиться невесть что. А это всего-навсего ранчо, старое, видавшее лучшие дни ранчо. Это не наш дом;
Однако, приближаясь к ветхому зданию, она не могла отделаться от странного чувства, что приезжает сюда надолго.
  
Глава вторая
 
Алекс стояла перед домом, не решаясь войти. Чтобы оттянуть время, она обошла соседние пристройки.
Едва она вернулась к «фольксвагену» и взяла на руки Сахарка, послышался шум подъезжающей машины. Алекс с котом в руках побежала открывать ворота и увидела перепачканный грязью черный грузовичок.
Из окна выглянула молодая женщина. Ее прямые каштановые волосы были заплетены в толстую косу, а голубые глаза расширены от удивления.
— Ты что, новая повариха? А мы тебя ждали только завтра.
Алекс смущенно заморгала.
— Я приехала, как только починили мою машину. Что, слишком рано?
— Еще как! Я не успела помыть посуду после завтрака. В школу торопилась. — Девушка поправила выбившуюся из косы прядь и оглядела Алекс. — Между прочим, ты ничуть не старше меня.
— Если ты — Клэр, то я на восемь лет старше тебя.
— Ничего. Мне подходит! А то я ожидала еще одну миссис Джонсон.
— Это так плохо?
Девушка закатила глаза.
— Садись. Прокачу тебя до дома.
— Да я и так…
Алекс не оставалось ничего другого, как закрыть ворота и забраться в кабину.
— Так ты — Клэр, угадала? — спросила она, когда грузовичок покатил по дорожке.
Девушка смущенно посмотрела на нее.
— Прошу прощения. Я так удивилась, что совсем забыла представиться. Да, я Клэр Эдем и рада видеть вас, даже если вы здесь всего на месяц.
— Потому что я умею готовить?
Клэр засмеялась.
— Ну, и поэтому тоже. Ненавижу кухню. Не меньше, чем мальчики — мое варево. Но это не главное.
— Вот как? А что же тогда? — Алекс изо всех сил прижала Сахарка к груди, когда Клэр резко повернула за угол дома. Даже закрыла глаза, уверенная, что они непременно врежутся в стену гаража. Когда заскрипели тормоза, Алекс едва не стукнулась головой о ветровое стекло. Приоткрыв один глаз, она нервно осмотрелась: передний бампер был всего в нескольких дюймах от стены.
Клэр как ни в чем не бывало, бросила:
— Если Хэнк нанял тебя, значит, он, наконец, понял, что я уже взрослая. А то все наши поварихи были еще и няньками.