Оракул с Уолл-стрит 3 (СИ)

— Именно, — Джонсон постучал пальцем по документу. — Но возникла проблема. Брокер перепутал инструкции, и вместо пяти процентов в спекулятивные акции ушло пятьдесят пять! Он инвестировал в акции Magnolia Petroleum, рискованной нефтяной компании из Техаса, и они только что объявили о проблемах с одним из месторождений. Акции упали на сорок процентов за день.
Я быстро просмотрел документы, оценивая ситуацию:
  
— Мистер Джонсон, когда именно была совершена эта ошибка?
— Три дня назад. Мы только сегодня обнаружили несоответствие.
— Когда упали акции Magnolia Petroleum?
— Вчера после обеда и сегодня на открытии.
Я задумался, быстро перебирая в уме возможные варианты.
— Ситуация неприятная, но поправимая, — наконец сказал я. — У нас есть два пути. Первый — задокументировать ошибку брокера и потребовать компенсацию. Но это займет время и, скорее всего, испортит отношения с фирмой.
— Именно, — кивнул Джонсон. — И Томпсоны… Они не могут позволить себе потерять эти деньги. Это их жизненные сбережения.
— Второй путь потребует быстрых действий, — я взглянул на настенные часы. — У нас есть примерно пять часов до закрытия биржи.
Я развернул на столе чистый лист бумаги и начал делать расчеты.
— Смотрите. Нам нужно немедленно продать оставшиеся акции Magnolia и минимизировать убытки. По моим подсчетам, потеря составит примерно семь тысяч долларов.
О’Мэлли, внимательно наблюдавший, тихо произнес:
— Семь тысяч двести пятьдесят два доллара и восемьдесят центов, если быть точным.
Джонсон удивленно посмотрел на него.
— Верно, — я кивнул. — Теперь самое важное. Внимательно проанализировав ситуацию, я вижу четыре способа исправить положение без прямых потерь для кого-либо.
Я быстро начертил схему на листе бумаги.
— Во-первых, я обнаружил ошибку в предыдущих транзакциях Томпсонов. — Я указал на строку в отчете. — Брокерские комиссии рассчитаны по ставке для мелких инвесторов, а не по нашему корпоративному тарифу. Разница составляет почти восемьсот долларов в пользу клиента, которые мы можем законно вернуть.
Джонсон внимательно проверил указанные мной цифры.
— Действительно, — пробормотал он. — Как я мог это пропустить?
— Во-вторых, — продолжил я, — предлагаю использовать арбитражную стратегию между ATT и Western Union. Сейчас между этими акциями существует временное ценовое несоответствие. Если мы одновременно купим ATT и откроем короткую позицию по Western Union в определенной пропорции, это даст нам практически безрисковую прибыль около двух тысяч долларов в течение недели.
О’Мэлли, стоявший сбоку, еле заметно кивнул, оценив стратегию.
— В-третьих, я могу договориться с брокерской фирмой, допустившей ошибку, — я взглянул на имя брокера в документах. — У меня хорошие отношения с управляющим партнером «Ashcroft, Lang Co». Уверен, что смогу добиться компенсации в виде отмены комиссий для Томпсонов на следующие полгода. Это сбережет им еще около тысячи долларов.
Джонсон постукивал пальцами по столу, внимательно слушая.
— И наконец, мы можем использовать бухгалтерский метод временной оценки активов. — Я нарисовал еще одну схему. — Мы не будем фиксировать убытки по Magnolia Petroleum немедленно, а распределим их на три квартала. Тем временем перераспределим оставшийся капитал в более надежные активы, которые, по моим расчетам, принесут достаточно для компенсации остаточных потерь.
Джонсон задумчиво рассматривал мои предложения.
— А если эти меры не сработают? — спросил он.
— Тогда я возьму на себя ответственность, — твердо ответил я. — Но расчеты показывают, что комбинация этих стратегий должна полностью компенсировать потери. Главное действовать быстро.
— Поразительно, Стерлинг, — Джонсон покачал головой. — Большинство молодых брокеров просто признали бы ошибку и попытались бы смягчить реакцию клиентов. А вы предлагаете комплексное решение, которое защищает и капитал клиентов, и репутацию фирмы.
— Я считаю, что в ответе перед теми, кто доверил нам свои средства, — ответил я, старательно изображая скромность. — Особенно когда речь идет о людях, которые не могут позволить себе потери.
— Согласен, — кивнул Джонсон. — Приступайте немедленно. Я подпишу все необходимые документы.
Я взял бланк телеграммы и начал составлять четкие инструкции для брокеров.
— О’Мэлли, — обратился я к своему новому помощнику, — подготовьте, пожалуйста, письмо для «Ashcroft, Lang Co» о компенсации комиссий. Я подпишу его после завершения телеграммы.
— Конечно, мистер Стерлинг, — серьезно ответил ирландец.
— «Тот, кто расплетает узлы, создает новые нити», — тихо добавил он, доставая бумагу для письма.
— Это что за выоажение? Ваше собственное сочинение? — спросил Джонсон с легкой улыбкой.
— Нет, сэр, — с достоинством ответил О’Мэлли. — На этот раз действительно старая ирландская пословица.
Когда мы с О’Мэлли вышли из кабинета, ирландец тихо спросил:
— Это было впечатляюще. Смотреть как младший брокер учит старшего.
— Это просто совпадение, — скромно ответил я. — Идемте, я покажу вам ваше рабочее место. У нас еще много дел сегодня. И вскоре нужно будет подготовиться к встрече с мистером Паттерсоном.
— «Мы ступаем через тени в сад безвременья», — задумчиво произнес О’Мэлли.
— Йейтс? — спросил я, улыбнувшись.
— Нет, что вы, — усмехнулся ирландец. — Это я сам придумал, под впечатлением от первого дня в финансовом мире.
Я не смог удержаться от смеха. Патрик О’Мэлли оказался намного интереснее, чем я предполагал изначально. Этот день обещал быть полным сюрпризов.
  
Глава 3
 
Интриган
 
К обеду я уже успел обработать запросы нескольких клиентов и составить детальную стратегию для портфеля Томпсонов.
О’Мэлли удивительно быстро освоился в офисе. Его присутствие вызывало любопытные взгляды, но ирландец держался со сдержанным достоинством, что постепенно снижало интерес окружающих.
— Мистер Стерлинг, — О’Мэлли подошел ко мне с листом бумаги. — Я составил расчет по стоимости акций ATT и Western Union за последние восемнадцать месяцев, как вы просили. И отметил ключевые точки расхождения цен.
Я быстро просмотрел документ. Цифры выстроены в идеальные колонки, с аккуратными примечаниями.
— Потрясающая работа, — искренне похвалил я. — Вы сумели обнаружить даже сезонный паттерн в их соотношении, который я упустил.
О’Мэлли слегка улыбнулся:
— Числа как противники на ринге. Чем больше наблюдаешь за их движением, тем легче предугадать следующий удар.
Я взглянул на настенные часы. Половина двенадцатого. До встречи с Паттерсоном оставалось полчаса.
— О’Мэлли, нам пора выдвигаться. Я объясню детали по дороге.
Мы покинули здание «Харрисон и Партнеры», предварительно уведомив секретаршу о деловой встрече. На улице я остановил такси и, когда мы устроились на заднем сидении, тихо произнес:
— Ресторан «Уилсон» на Пятой авеню.
Когда водитель тронулся с места, я повернулся к О’Мэлли:
— Сейчас у меня встреча с мистером Паттерсоном, одним из партнеров фирмы. Встреча деликатного характера.
О’Мэлли понимающе кивнул:
— Вы хотите, чтобы я держался поодаль?
— Именно. Займите столик, откуда будет видно наш кабинет. В случае необходимости я подам знак через официанта. Но не думаю, что это понадобится. Все же, если это произойдет, немедленно подойдите к нам. Но без сигнала просто за кабинетом.
— Хотите сыграть в открытую? — негромко спросил ирландец. — Или Паттерсон не должен знать о моем присутствии?
— Пусть видит вас. Но держитесь в стороне. Пусть думает, что вы просто мой телохранитель, — я слегка усмехнулся. — Что, впрочем, не так уж далеко от истины.
  
О’Мэлли кивнул:
— Понятно. А встреча опасная?
— Скорее напряженная, — ответил я. — В фирме разворачивается внутренний конфликт между Харрисоном и Паттерсоном. И мне предстоит решить, на чьей я стороне.