Клан Борзых: Приемыш (СИ)

— Открой оконце. Надо посмотреть, что снаружи, — попросил я у дежурного канонира.
— Так пока ничего не разглядеть. Бой далеко ещё, — возразил седой мужчина с завитыми к верху, словно фитили, усами. Правда, спорить не стал, отодвигая двумя руками толстую заслонку, а когда я достал дрон, и вовсе замолк, уставившись на кроху круглыми от удивления глазами.
— Ну, полетели! — усмехнулся я, надев очки.
«Устройство подключено, поиск совместимых сетей. Внимание — критическая уязвимость протоколов доступа, требуется немедленная перепрошивка внешнего устройства», — протараторила Сара. — «Прошу разрешения на проведение защитных мер, согласно пункту два законов».
— Проводи, — без раздумий кивнул я, и перед глазами на мгновение потемнело. А когда свет вновь появился, у меня разболелась голова. Ведь правым глазом я видел то же что и камера дрона, без всяких очков.
«Устройство взято под полный контроль, протокол связи зашифрован. До встречи со старшими формами безопасность обеспечена», — успокоила меня Сара, и тут же пояснила. — «Это значит, что ты можешь пользоваться дроном, пока мы не встретим кого-нибудь из чемпионов».
«А если он будет на передовой?» — сформулировать мысль-запрос оказалось не так сложно, как я считал изначально. — «Мы можем успеть его вернуть?»
«Я поставлю задачу возвращения в точку старта, но, боюсь, если до нас дойдёт Светоч, нам будет совсем не до дрона».
Кивнув собственным мыслям, я закрыл глаза и дрон, взвизгнув моторчиками, выпорхнул из бойницы вверх. А всего через несколько секунд его мотнуло от пролетевшего совсем близко снаряда. Артиллерия щедро засыпала врага снарядами, выбрасывая в воздух комья земли и асфальта. Но когда дрон завис и, приблизив камеру, я рассмотрел первые ряды атакующих, мне стало не по себе.
Волны тварей шли одна за другой, сплошным потоком, и под их телами не было видно ничего. А даже там, где вспыхивали огненные цветы взрывов и появлялись воронки, через мгновение всё вновь было забито.
— Как такое можно пережить? — выдохнул я, сжав кулаки и наблюдая за картиной сверху.
  
Глава 16
 
Фиолетовые молнии растеклись на полгоризонта, и выдавленные тяжёлые облака клубились, покрывая туманом разрушенные пригороды старой Москвы. Но даже это зрелище не вызывало столько трепета, как прущие сплошным потоком твари. С моим увеличением они сливались в сплошное море, но падающие снаряды разрывали их ряды, расшвыривая тела вперемешку с грунтом.
Монструозные орудия стены и форта осыпали нескончаемую лавину врагов огнём. Залпы сливались в непрерывную канонаду, и пороховой дым начал застилась всю округу уже спустя пару минут, но огонь не прекращался ни на секунду. Вначале для меня всё происходящее выглядело совершеннейшей какофонией и хаосом, но стоило присмотреться, как стал понятен и порядок, и смысл такой очерёдности при стрельбе.
Артиллерийские установки главного калибра находились на возвышенности, и при залповом огне могли расшатать опору одной лишь отдачей огромных орудий. Но благодаря такой разрозненности сохранялась стабильность и скорость огня, не угрожающая собственным укреплениям, но наносящая максимально возможный урон.
Вслед за тяжёлыми разрывными снарядами в воздух, оставляя жирные чёрные следы, взлетели ракеты. Не высоко и не далеко, но им это и не требовалось — они взрывались в воздухе одна за другой, осыпая врагов стальным градом и тысячами мелких кассетных бомб. Сотни квадратных метров на мгновения замирали, переставая шевелиться, но затем на месте убитых тварей появлялись новые.
И всё же едва заметно, но приближающееся море врагов замедлялось, редело и превращалось в бурные реки бегущих тварей, что лавировали между остовами многоэтажек и насыпанными валами. Казалось, что ещё мгновение и толпы монстров просто захлестнут обломки былой цивилизации.
А затем сумрачное грозовое небо осветилось пламенем пожаров, разом взметнувшимся к грозовым тучам. Камера даже ослепла на миг, не в состоянии передать такого контраста. Огненные языки взметнулись на десятки метров, и тысячи тварей, вырвавшиеся вперёд превратились в обожжённые, исковерканные фигуры только лишь для того, чтобы на их место ворвались новые.
 
Казалось, что их ничто не может остановить, лишь замедлить. И даже непонятно было, почему защитники используют столь неэффективные методы, хотя сами приводили аналитику о бесполезности огня. Но затем я вспомнил: благодаря сведениям системы мы выяснили ужасающее количество врагов и то, что разведке встречались лишь военные модификации. А значит, по крайней мере, половина должна быть уязвимее.
И всё же, глядя на надвигающуюся толпу, я не мог поверить, что её можно остановить. Замедлить на пару часов? Да, вероятно. Но остановить, а тем более уничтожить — нереально. К счастью, защитники продумали всё. Когда передовые части докатились до минных полей, твари начали дохнуть тысячами, оставляя на каждом метре по несколько трупов.
Мины простые, магнитные, с растяжками и нажатием, горизонтальные и подпрыгивающие. Несколько минут взрывы на линии соприкосновения слились в сплошное марево, поднимая новый, страшный туман из ошмётков тел, осколков и поражающих элементов.
Я даже не поверил своим глазам. Но затем, оставляя позади целые валы тел, монстры продвинулись дальше. Они застревали на колючей проволоке, буквально забивая собой витки. Вязли в грязи и болотах. Но продолжали продвигаться, до тех пор, пока не вышли к первым блиндажам и дотам.
По этим позициям продолжала бить союзная артиллерия, укладывая снаряд за снарядом в точно подготовленные и давно пристрелянные метки, так чтобы не навредить своим укреплениям. А те, не видя перед собой ничего, просто поливали поле боя непрерывным пулемётным огнём, застилая обзор дымным туманом.
Было невозможно разглядеть, что происходит на передовой. Пробились ли твари через укрепления, не проникли ли в подземные крепости, обороняющие передние линии. Но когда из тумана продолжили ползти монстры, а пулемёты стихли, я понял, что эта линия обороны свою миссию выполнила. Доты оказались настолько забиты телами, что пули просто без толку дырявили наваленные горой трупы.
Твари же продолжали своё неумолимое, хоть и замедленное продвижение. Теперь впереди шли волны бронированных изменённых существ, в которых почти не осталось ничего от человека. И вновь артиллерия закрывала квадраты, но теперь уже это были пушки средней дальности, били они куда чаще и лишь осколочными. Вероятно, в той местности и находился подземный форт.
— Канонирам занять свои посты! Проверить линии пристрелки! — услышал я прокатившийся по форту сигнал. — Не мельтешите и не дёргайтесь. Время есть, но они уже рядом. Ждём оценку от разведки.
Какая в такой мясорубке может быть оценка? Какая разведка? Я ошалело слушал, пытаясь сопоставить сказанное с тем, что видел своими глазами. Если в хаосе боя им всё же удалось собрать хоть минимальные сведения, хоть что-то, что в состоянии ещё больше упростить схватку, то это заслуживает лишь искреннего восхищения.
Бескрайнее море монстров тем временем докатилось до глубоких рвов, заполненных водой и грязью, и на несколько мгновений их продвижение остановилось. Ровно до тех пор, пока заполнившие до краёв ямы тысячи и тысячи тварей не начали выкарабкиваться по головам и телам собратьев.
И вновь заработали пулемёты, но теперь они били в спины бегущим тварям, почти никого не убивая, но раня и замедляя. Вспышки очередей сливались в пороховом дыму в одну сплошную гирлянду. И прошло минут двадцать, прежде чем она погасла. Оставалось надеяться, что бойцы успели скрыться в основной крепости и их не выковыряют из-под земли. А для этого уже следующие позиции должны выдержать вражеский натиск.
— Вторая линия обороны прорвана. Противник в прямой видимости. До контакта пять минут! Всем приготовиться. Заряжающие, займите свои места, — услышал я уверенный и в меру спокойный голос коменданта, идущего из динамиков на всех этажах форта. — Раньше команды огонь не открывать!