Перо коннекта (СИ)
Её голос в реале трудно было узнать. Он стал интеллигентнее, мягче; исчезли хулиганские интонации.
— Как ты? — спросил Артём. — Самочувствие в норме? Сразу я позвонить не мог, сама понимаешь. А потом, когда из каньона выехал, была уже ночь. Не стал тебя беспокоить. Решил отложить до возвращения из игры.
— Самочувствие — сегодня уже нормально… А вчера, если честно, было не очень — голова буквально раскалывалась… И слабость… Еле доползла до кровати…
— Прости. Надо было сразу тебя отправить домой, а не тащить в эту речку.
— Ну, перестань. Я сама полезла. А ты выяснил, в чём там дело? Что это за магия там такая?
— Не то чтобы выяснил, но увидел кое-что новое — это да… Марина, послушай, можно я тебя попрошу? Не езди больше в каньон. Пожалуйста. И подробности не выпытывай тоже.
Она вздохнула:
— Не поеду, не беспокойся. Да и вообще в игру — теперь вряд ли. По крайней мере, в ближайшее время.
— А что такое? Кокон сгорел?
— Почему сгорел? Работает вроде. Просто боюсь… Понимаю, смешно звучит, но в жизни я не такая, как там, в игре…
— Тоже мне, открыла Америку. Мы в жизни все не такие. А в игрушку я, кстати, и сам уже не зайду теперь.
— То есть как?
— Уволен. Сегодня утром обрадовали.
— Уволен? — испуганно переспросила Марина. — Из-за меня?
— Нет, конечно. Ты вообще ни при чём. У нас тут собственники сменились, пошла кадровая чистка. Не парься, короче, дело житейское…
— Значит, не увидимся больше?
— В реале разве что, хотя тоже не факт. Мы с тобой в разных городах. Ты в Москве, а я — за четыреста километров. А то бы я тебя пригласил на кофе.
— Ой, жаль, что в разных. Но если вдруг в Москве будешь, то звони, не стесняйся, ладно? Честно, Артём, я это говорю не просто из вежливости. Рада буду тебя увидеть.
— Да, — сказал он, — спасибо за приглашение. Если вдруг, то обязательно позвоню. А пока — отдыхай, набирайся сил.
***
Отложив телефон, он долго ещё сидел, бездумно глядя в окно, в морозную синь над крышами. Потом поставил на плиту кастрюлю с водой, включил газ и взял телепульт.
— Предвыборная гонка, — сказала дикторша на центральном ТВ, — выходит на финишную прямую. Сегодня ВЦИОМ презентовал опрос по итогам вчерашних теледебатов. На них, по мнению телезрителей, наиболее весомые аргументы представил Ярослав Громов, кандидат от Партии сильных и лидер так называемой патриотической оппозиции. Восемьдесят три процента опрошенных отдают ему предпочтение. Аналитики говорят, что аудиторию он привлекает своей харизмой, а также яркими лозунгами.
Кандидат появился в кадре — рослый и ясноглазый, со светло-русой окладистой бородой. Строгий костюм сидел на нём безупречно. Крепкий кулак пристукивал по трибуне в такт произносимым словам.
— Нынешнее руководство страны, — неторопливо чеканил Громов, — пробивает дно раз за разом. Хотя казалось бы — куда уже дальше? Свежий пример — переговоры с главами корпораций. Наш президент выплясывал перед ними, как цирковой мишка. Или, лучше сказать, как дрессированная болонка. Разве что в ногах не валялся, выпрашивая очередную подачку. Такого позора Россия ещё не знала. Пора положить этому конец. Президент Кирьянов должен уйти, чтобы страна смогла подняться с колен.
Рыхлый и невысокий Кирьянов — соперник Громова на дебатах — слушал, раздражённо сопя. Но сдержался-таки, не перебив ни разу. Заговорил лишь после того, как ведущий дал ему слово:
— Очень жаль, что мой оппонент сделал ставку на демагогию, оскорбления и откровенную клевету. Но я не буду опускаться до его уровня! Любой вменяемый человек, следивший за ходом переговоров в Кремле, подтвердит — я ни перед кем не выплясывал! Я прагматик и реалист. А историческая реальность состоит в том, что транснациональный бизнес сейчас — самый сильный игрок на мировой арене. И нам приходится с ним считаться… Да, господин Громов, именно так! Есть вещи, которые от нас не зависят! Ослабление национальных правительств — это общемировая тенденция…
— Отговорка для слабаков, — увесисто сказал Громов. — Для слабаков и предателей. Такие, как вы, превратили страну в недоразумение, в жалкий обрубок. Четверть века назад вы развалили СССР, а всего три года спустя — Россию…
— Империи распадаются не по чьей-то злой воле! И не по прихоти отдельных людей! Они распадаются по объективным причинам! Неэффективная экономика, закоснелая идеология — вот что играет роль!
— Нас уже больше двадцати лет кормят этими баснями. Что ж, осталось недолго. Наш народ терпелив, но даже его терпению есть предел. Мой вам бесплатный совет — пакуйте чемоданы, мистер Кирьянов. Уезжайте, пока имеете такую возможность. Потому что в новой стране, которую мы построим, вам не найдётся места.
— Это угроза? Господин Громов, вы отдаёте себе отчёт, что угрожаете действующему главе государства в прямом эфире?
— Вы невнимательно слушали. Я всего лишь дал вам совет. А быть главой государства вам осталось недолго. Через несколько дней народ выскажет свою волю.
Что на это возразил президент, Артём уже не услышал. На экране вновь появилась дикторша:
— Похоже, кандидат Громов имеет все основания для таких заявлений. Аналитики прочат ему победу в первом же туре. Напомню — президентские выборы состоятся в ближайшее воскресенье, девятнадцатого марта. За ходом голосования будут следить наблюдатели из ближнего и дальнего зарубежья, в том числе из Уральской республики, Вольного союза Сибири, Прикаспийской нефтяной лиги…
Артём выключил телевизор и поставил на стол пельмени. Залил сметаной, набулькал полную рюмку водки. Подумал мельком — ну вот, его биография пополнилась очередным ублюдочным достижением. Теперь он квасит прямо с утра, один. А что делать? Приятели — на работе, их-то не увольняют…
Водка крошечным фаерболом ухнула в пищевод. Артём зажевал и сразу налил ещё. Голова приятно туманилась. Солнце деликатно заглянуло в окно, трамвай на улице тихо звякнул.
Артём подумал — давай-давай, звени, сколько влезет. Мне никуда не надо. Отдохну пару дней от всей этой хренотени. Отосплюсь, почитаю книжку в кои-то веки. Бумажную, настоящую…
Помыв посуду, он перешёл в комнату. Побродил вдоль книжного шкафа, длинного и массивного, купленного когда-то родителями. Взвесил на ладони килограммовую глыбу «Угрюм-реки», поставил обратно. Мощная штука, но не сейчас… Достал с верхней полки «Русскую впадину» — последний роман Аксёнова. Полистал, выхватывая отдельные строчки, хмыкнул. Да уж, Василий Палыч на закате жизни отжёг по полной, выдал ещё одну забористую альт-хистори. В романе у него Союз развалился уже в девяносто первом — и Россию нагнули не забугорные корпорации, а доморощенные бандиты и нувориши. Колорит соответствующий — авторитеты, киллеры, предъявы, разборки…
Но читать не хотелось.
Мысли упорно возвращались к последним часам в игре, перескакивали на увольнение. Роль безработного была Артёму в новинку — и пока не столько пугала, сколько интриговала.
Он включил ноутбук.
***
Сайт с вакансиями открылся с готовностью, поманил солидной заставкой. Плавно сменялись слайды — ухоженная тётенька в офисе за компом, мужики в пластмассовых касках перед недостроенным небоскрёбом, дородная продавщица в колбасной лавке. Надо полагать, успешные соискатели.
Артём задумался — а сам-то он в какой сфере может себе что-нибудь найти? Компьютерные игрушки? Любая из них, однако, покажется примитивом по сравнению с той, откуда его попёрли. Да, технология погружения через кокон — уже не редкость по нынешним временам. Но сверхреалистичная сказочность, полное растворение есть только в одной игре.
Конкуренты делают ставку на более традиционные вещи — прокачка, уровни. Лут, фарм, гринд. И, конечно, респаун, чтобы в случае неудачи просто переиграть неудачный квест. Публика это ценит. Вот только ему, Артёму, совершенно не улыбается тестировать какую-нибудь стрелялку или писать для неё сценарий.