Перо коннекта (СИ)

— Нехило, — буркнул Артём. — А если я не хочу?
— Тогда уйдёшь не по собственному. И с фитилём в сраке. Сам, можно подумать, не понимаешь.
Повисла пауза. Потом Артём сказал:
— Шеф, посудите сами. Если смотреть с позиции тех, которые нас купили, то я — не пешка даже, а муравей. Они и знать не должны о том, что я существую. Но меня персонально гонят в первые же часы… Бред, абсурд! И объяснение здесь только одно — я раскопал в игре что-то, от чего у них подгорает. А я действительно раскопал! Скоро новолуние…
— Прости, Артём, — сказал Станислав Борисович. — Я и правда не хочу знать. Меньше знаешь — крепче спишь. Банальная фраза, но очень к месту, когда на тебя вдруг обращают внимание такие вот звероящеры. И тебе советую не отсвечивать. Жизнь не заканчивается, в конце-то концов. Найдёшь другую работу, не дурак ведь… Напомни, ты по диплому кто?
— Не поверите — литературный работник.
— Что, прям так и написано?
— Да. Литинститут закончил в Москве.
— Ну надо же…
Моноблок, загрузившись, тихонько квакнул — в служебный чат пришло сообщение. Шеф прочёл, вопросительно поднял бровь:
— Сгорел кокон? Твоя работа, Артём?
— Я как раз хотел об этом поговорить. У нас там произошла неведомая фигня. Рассказывать долго, проще посмотреть запись. И не хотелось бы, чтобы её увидел кто-нибудь, кроме вас.
— Когда это было?
— Только что. В девятом часу утра.
— Не вопрос, — сказал Станислав Борисович и, пробежавшись пальцами по клавиатуре, размашисто тяпнул Enter. — Запись с восьми до девяти уничтожена. Смотреть я не стал из тех же соображений, но там, надеюсь, действительно было что-нибудь важное. А то неохота просто так уходить, не сделав напоследок мелкую гадость. Хотя мой преемник может расспросить Сёму…
— Сёма будет молчать.
Шеф посмотрел внимательно, но от комментариев воздержался. Поднялся из-за стола, достал из шкафчика початую бутыль виски и два бокала с массивным дном. Глубокомысленно изрёк:
— С утра выпил — весь день свободен. Наш случай. Есть ещё водка, но она тёплая. Так что придётся на буржуйский манер.
Они чокнулись. Станислав Борисович пригубил, Артём же выдул свою порцию залпом. Шеф усмехнулся, плеснул ещё.
— Спасибо за помощь, — сказал Артём. — А можно дурацкий вопрос задать, раз уж такое дело?
— Рискни.
— Вы к фэнтези как относитесь?
— Интересный заход. И главное — своевременный.
— Ну, вы как-то обмолвились, что раньше в НИИ работали. Серьёзное дело. А у нас тут — игрушки, сказки…
— Во-первых, того НИИ давно уже нет, расформировали. А во-вторых… Уж лучше сказки, чем новости по ящику…
— Это да.
— Поэтому я, кстати, не удивлён, что наша игра в последние годы так раскрутилась. Люди внутри неё забывают про реальную жизнь. По-настоящему забывают, как будто прячутся в сон…
Артём вздрогнул. Ему вспомнилось, как Ушкуйник назвал себя «магистром чёрного сна». Хрен знает, что это значит, но теперь, в контексте рассуждений Станислава Борисовича, выглядит особенно угрожающе…
— И с точки зрения биофизики, — продолжал тем временем шеф, — было бы очень интересно узнать, почему именно эта игрушка дала вдруг такой эффект.
— Ну, — сказал Артём, — мы с самого начала хотели, чтобы игра была похожа на сказку, а не просто на квест… Чтобы уйти от тупого кача, от бессмысленного мочилова… Но это пытались сделать чисто за счёт сценария. Я сам тогда был в сценарной группе, хорошо помню… И мы, конечно, не ожидали, что народ в игре начнёт забывать реал, а некоторые и вовсе залипнут… Тут явно вмешался какой-то дополнительный фактор. Но какой именно — без понятия…
— Меня просили заняться этим вопросом, когда на работу брали. Хотели, чтобы я научно это исследовал. Но я объяснил, что понадобится лаборатория с соответствующей аппаратурой. В итоге денег не дали, тема заглохла, а я просто курировал группу, которая вытаскивала залипших. То есть, получается, рулил Птичьим Орденом…
— Жаль, в трудовой книжке так не напишут.
— Да, было бы красиво… Ладно, Артём, давай заканчивать посиделки. Скоро мой сменщик явится дела принимать. Удачи тебе.
 
Они обменялись рукопожатием. Уже на пороге Артём обернулся:
— Шеф, последняя просьба. А то мне, наверно, уже отрубили доступ. Можно узнать телефон одной барышни из игры? Никнейм — Мау-Рина.
  
Глава 15
 
Он вышел из здания. В голове немного шумело от выпивки натощак, и он решил прогуляться. Мороз пощипывал лицо, стылый воздух врывался в лёгкие. Снег, который уже сгребли к краям тротуара, был похож на миниатюрные крепостные валы. Офисный люд семенил навстречу, бормоча на ходу в смартфоны.
Машины взрыкивали от нетерпения, выстраиваясь в колонны на перекрёстках. Красноглазые светофоры перемигивались злорадно. Сизый выхлопной дым поднимался к небу.
На торцевой стене ближайшей многоэтажки вспыхнул экран — начинался рекламный ролик. Стилизованный земной шар провернулся вокруг оси, а рядом засветились белые буквы на чёрном фоне: «JQ_8. Нет границ. Есть мы».
«Скромненько», — подумал Артём. Впрочем, следовало признать, что рекламщики недалеки от истины. За последний десяток лет транснациональный кракен разъелся до такой степени, что при желании задушил бы в объятиях почти любое правительство. Ну, может, кроме китайского или штатовского. Хотя и там ситуация, по слухам, неоднозначная.
Теперь бы ещё понять, какого лешего Джей-Кью-Эйт так рьяно лезет в игру, где появился аномальный каньон, и обхаживает Ушкуйника…
Впрочем, стоп. Его, Артёма, это уже никак не касается.
Он уволен. Ему закрыли доступ в систему. Персонажа с ником Снегирь больше не существует, а в Птичьем Ордене — одним клювом меньше.
Да, но при этом он сохранил колдовскую плеть.
Она — тут, в реале.
Подумав об этом, он ощутил, как засосало под ложечкой.
Только теперь, когда рефлексы Снегиря потускнели, а мороз прочистил мозги, Артём по-настоящему осознал всю невероятность произошедшего.
Блин! Ведь этого просто не может быть…
Потому, что не может быть никогда…
Магия здесь, среди панельных домов? В царстве сотовых вышек, офисных центров и супермаркетов с гибкой системой скидкой? Да ладно…
Может, он спит?
Галлюцинирует в глючном коконе?
Валяется в коме после короткого замыкания?
Он остановился посреди тротуара, ошарашенно потряс головой. С подозрением оглядел окрестности — проезжую часть с сигналящими машинами, фасады, вывески, зев подземного перехода. Словно опасался, что всё это сейчас дрогнет, исказится помехами, развеется в цифровую пыль…
Взгляд у него при этом был, видимо, как у психа. Тётка в мешковатом пальто, шедшая навстречу, шарахнулась и чуть не кувыркнулась в сугроб. Это зрелище несколько отрезвило Артёма. Он зашагал дальше, а через десять минут его нагнал автобус-гармошка, идущий в нужный микрорайон.
В продуктовом он взял пачку пельменей, бутылку водки и пакет томатного сока. Поднялся к себе, засунул всё в холодильник, после чего вернулся в прихожую — и с внутренним содроганием достал из кармана плеть.
Сжал рукоятку, осторожно подвигал кистью.
Плеть не отреагировала.
Он сделал ещё несколько попыток, но толку не было. Магические эффекты не проявлялись, и не мерцали синие искры. Плеть, похоже, больше не признавала в нём Снегиря. Ну, или аура типового микрорайона подавила-таки всю магию…
Артём испытал обиду пополам с облегчением.
Вздохнул и затолкал плеть обратно во внутренний карман куртки.
Вернулся на кухню и, взяв смартфон, набрал номер.
Ответа не было долго; тоскливо повторялись гудки. Он хотел уже дать отбой, но вдруг услышал:
— Алло.
— Марина? Это Артём, привет. Мы вчера пересекались в игре.
— Ой, — сказала она после секундной заминки, — здравствуй… А откуда ты номер знаешь? Хотя да, вопрос глупый…
— Я не вовремя? Отвлекаю?
— Нет-нет, всё в порядке! Просто не ожидала…