Гуттаперчевый человек. Краткая история российских стрессов
Мы – это каждый из нас.
И мы – это народ, российский народ, «коллективный человек», столетия существующий во внутренних опасностях и в стрессах/ Мы существуем в мире, пронизанном рисками. Мы сотни лет подвергаемся сильнейшему давлению в вертикалях общества.
Мы многое теряем в каждом поколении людей.
Нам бы понять, что будет дальше.
Какие вызовы – впереди? Не ложные, не внушенные – а настоящие.
Что с нами будет? Мы погибнем? Мы будем бежать, как народ, в другие края, размазываясь по свету? Мы будем сражаться? Но как? И что это значит – сражаться?
Что с нами будет – лично с каждым и всеми вместе, – если не изменимся?
А как меняться? И что, собственно, менять?
История и «мы»
Повторение пройденного
Чтобы понять будущее, есть история.
Каждый из нас – внутри истории. Каждый из нас – внутри народа, внутри «коллективного человека». И это – очень сложная история и очень непростой «коллективный человек». Его судьба кажется экстремальной в каждом поколении российских людей.
Чтобы строить свою судьбу, нам нужно понимать этого человека, не превознося и не унижая его, просто понимая, как устроен его характер. А как его понять? Ответ – только на основе фактов. Можно рассуждать сколько угодно, можно выстраивать тысячи домыслов, но есть факты, и, хотя их тоже можно понимать по-разному, они – есть. Жизнь прошедших поколений, жизнь людей, которые предшествовали нам, обязательно подскажет нам, какие мы сами, какие фундаментально, и что ждать впереди – от нас самих.
Да, конечно, каждый считает, что может распорядиться своей судьбой сам, но все-таки нам никуда не деться от нас «вместе». Есть «тренд», есть мы сами, «коллективный человек». Ему можно противостоять, можно даже пытаться покинуть общество, но трудно сопротивляться всему народу, пока ты в нем, он тащит и тащит нас из одного поколения в другое, создавая наши личные судьбы и то закатывая нас под асфальт, то вознося на высоты, которые трудно себе представить.
Что ж, попробуем понять. Это будет, наверное, стотысячная попытка ответить на вопрос, кто есть мы, но попытка особенная. Она основана на личных историях. Вы сможете найти людей, судьбы которых могут быть похожи на ваши, и то, что они делали, может быть очень схоже с тем, как вы лично отвечаете на вызовы, которые подбрасывает жизнь.
Все, что было, будет снова. Пусть по-другому, не с ними, а с нами или с кем-то еще, но обязательно будет. И если мы понимаем это, то в каждой своей поворотной точке можем пытаться ответить на одни и те же вопросы, они стары, как мир: что будет с обществом, народом, «коллективным человеком», которому мы принадлежим, и что будет лично с нами.
Иллюстрации
Вся книга пронизана десятками иллюстраций Василия Кандинского и Пауля Клее.
Они полностью отражают наши судьбы – по горечи, по яркости, по экспрессии. Да и их личные судьбы – знаменитых художников – полны рисков, огня (он был неумолим в 1910-х – 1940-х) и поворотных решений.
Пусть Кандинский и Клее помогут нам понять – нас самих.
Источники иллюстраций можно посмотреть в конце.
Благодарности
Многие тексты книги появились благодаря моей многолетней работе как колумниста в «Российской газете» и историческом журнале «Родина». Они дали мне большую сцену, чтобы говорить громко. С ними я выкарабкивался из «скорлупы» академического ученого и университетского профессора, чтобы стать еще писателем и публицистом – для всех. В «РГ» и «Родине» – замечательные профи, низкий им поклон – от всего сердца.
Часть I
Коллективное поведение. Что это такое?
Общества как люди
У каждого общества/народа – свой характер. Это давно известно и подтверждено тысячью томов. Каждый из нас – какими бы мы ни были разными – находится внутри «коллективного человека», его традиций, пристрастий, взглядов на жизнь. Характер «коллективного человека» складывается многие сотни лет. Все, что происходит со страной, – плоть от плоти «коллективного человека». Все, кого мы выбираем, кто вершит наши судьбы, наши институты – плоть от плоти.
Нет народов на темной или светлой стороне. Мы разные, как разными бывают люди. И мы постепенно смешиваемся. Каждый народ заслуживает любви. У каждого народа было в истории все что угодно. Никто не имеет превосходства над другим. Что бы ни случилось в прошлом – коллективной ответственности нет. Народы способны понять свое прошлое – и меняться. Если меняться в «современности» – нужно знать, как это сделать. Есть люди, которые вопросу «как сделать» посвящают жизнь.
Будем говорить именно об этом – как должна быть устроена жизнь. Именно идеи ведут нас, и запас идей должен быть.
Есть ли «коллективные люди»?
Как доказать
Этому вопросу посвящена масса описаний цивилизаций, менталитетов, тома в этнографии. А есть ли типология, статистика, делающие общества / «коллективных людей» сравнимыми количественно?
Да, есть. Типологию обществ можно посмотреть во «Всемирном обзоре ценностей» (международный проект социологов, семь волн обследований, 1981–2021, 120 стран, 95 % населения мира, одни и те же вопросы, по одним и тем же методикам). В нем дана карта обществ со схожими моделями поведения, созданная большой массой замеров. Последняя, седьмая, волна проекта прошлась по 57 странам, в т. ч. России[1].
Карта обществ показывает важнейший для всех закон. Чем состоятельнее общество, чем дальше оно от страха, голода и холода, тем больше в нем индивидуализма, чувства самоценности, свободы и самовыражения, тем мягче иерархии, слабее групповые конфликты (при том, что общие интересы могут быть полностью учтены)[2].
Табу. Общества нельзя сравнивать по критериям «лучше – хуже», «они такие – мы сякие», «мы – люди, они – нелюди». «Лучше – хуже» несет зло.
Каждое общество, любой народ драгоценны.
П. Клее
«Матрешка» нашей личной судьбы
Первая матрешка – модель коллективного поведения. В ней вторая «матрешка» – модель экономики, собственность. А в ней третья – характер случайно вынырнувшего откуда-то «вождя».
И, наконец, венец творения, четвертая матрешка – мы сами, лично, со всеми нашими собственными тараканами, талантами и желаниями.
Все это нужно, чтобы пытаться прогнозировать будущее, свое и семьи. И, конечно же, не делать (или делать) ошибки.
«Коллективные люди». Сравним их
[3]
Насколько мы разные? Пройдемся по семейным ценностям. Учить ли детей дома умению много и интенсивно работать? «Это особенно важно», – ответили 76 % россиян, 40 % немцев, 68 % американцев. А чему еще учить? «Чувству ответственности». За важность этого 76 % тех, кто живет в России, 80 % немцев, 59 % американцев. В каких еще свойствах характера нужно наставлять детей? Ответ – толерантность, чувство уважения к другим людям. Проголосовали «за» 56 % россиян, 84 % немцев, 71 % американцев. «Не быть эгоистичным». Учить своего ребенка именно этому: «за» – 16 % россиян, 6 % немцев, 28 % американцев.
А еще? Беспрекословное подчинение ребенка своим родителям, по малейшему мановению их руки. «Послушание!» Это считают важным 19 % тех, кто живет в России, 12 % немцев и 21 % американцев. И, наконец, еще одно качество наших детей – «независимость». Хотим ли мы, чтобы наши дети были независимыми личностями? Будем ли учить этому? «Да!» – ответ 34 % россиян, 70 % немцев, 56 % американцев.