Совершенные (СИ)

Трое инквизиторов встали за плечами Дамира, и в их руках тоже возникло оружие Духа. И двоих – мечи, у одного – нож. Его он швырнул в Августа и, чиркнув по плечу разрушителя, клинок вернулся в руку хозяина. Разрушитель отшатнулся, и между деструктами и стражами выросла стена. Но несколько слаженных ударов инквизиторов, и Августу пришлось снова сделать шаг назад. Он не нападал, лишь защищался и защищал тех, кто был за его спиной, но воздух дрожал, и эта дрожь пугала сильнее, чем инквизиторы.
– Тебе не победить. – Дамир говорил спокойно, но я слышала в его голосе ярость. – Нас слишком много.
Он снова ударил атмэ, и белая полоса оставила росчерк на руке Августа. Лишь в последний миг его Дух вырос щитом, заслоняя разрушителя.
Я прижала ладонь к губам, боясь издать крик. Я не знала, чего боюсь. Я не знала, за кого я боюсь.
– Где пленница? Говори, куда вы дели девушку? Что ты с ней сделал, сволочь? – процедил Норингтон, нанося удар за ударом. Август не нападал, заслоняясь невидимым щитом и делая мягкие шаги назад. Но тьма вокруг него нарастала. Тихая и неумолимая, словно смерть.
Темная сила кралась незаметно, словно зверь на мягких лапах. Обнимала тихо. И вдруг инквизитор с ножом-атмэ упал. Дамир молча переступил через него и снова ударил мечом. Но там, где был Август, уже зияла пустота, а сам разрушитель возник за спиной стражей.
И еще один мужчина упал, хотя в руках Августа не было никакого оружия. Казалось, он вообще ничего не делает, лишь перемещается по залу, легко прикасаясь к затылкам инквизиторов, но стражи один за одним падали, словно их погружали в мгновенный сон.
На миг даже почудилось, что у Августа получится прорвать оцепление и спасти деструктов.
Пока в зал не ввалились новые инквизиторы. И один из них держал нож на шее Иглы. Ее руки стягивали за спиной наручники, длинные черные волосы растрепались, прикрыв ужасающее лицо без маски. А на ее груди тускло блестело сапфировое сердце, украденное у меня…
– Рэй, прости! – отчаянно выкрикнула Зоя, дергаясь в руках держащего ее мужчины. – Прости меня! Это все проклятая кукла! Ее украшение оказалось маяком! Они выследили меня! Выследили нас! Это все чертова кукла! Это все она! Она виновата!
Маяк? Я зажала рот ладонью. Прекрасное синее сердце, надетое на мою шею Дамиром – это маяк? Возможность выследить меня в любом месте. Так вот как инквизиторы нашли укрытие, спрятанное в расщепленном пространстве!
Не желая того, я стала приманкой! Или ловушкой для деструктов?
Но как? Неужели Дамир знал, что произойдет в театре? Он ведь так и не сказал, на какое задание мы отправляемся…
Страх, злость и непонимание так сильно сдавили мне горло, что я едва смогла сделать вздох.
Истиннодух, но ведь я не знала об этом! Я этого не хотела! Не хотела приводить сюда инквизиторов! Вот только… кто мне теперь поверит?
Сестра Августа забилась, обдирая тонкие запястья о железные грани наручников и отчаянно пытаясь укусить инквизитора. Ее черная коса извивалась живой гадюкой, норовя дотянуться до вражеской шеи.
– Отпустите ее, – в голосе Августа скользнуло беспокойство.
– Прекрати сопротивление и встань на колени! – крикнул Дамир, наставляя на него меч. – Иначе я прикажу перерезать этой девушке горло! Живо! На колени!
Инквизитор возле Зои надавил на лезвие и кровь испачкала сталь и шею девушки. Мишель заплакала, громко хлюпая носом. Лицо Августа казалось все таким же бесстрастным, но я видела какой напряженной была его фигура.
– Отпустите девушку.
– Встань на колени!
Я пошарила у ног и медленно сжала в ладони кусок витражного стекла. Острый осколок обжег кожу, но я держала крепко. За спиной Августа громко охнула пришедшая в себя Фиби и заплакал Юниш.
И тут…мир замер.
Ничего не понимая, я переводила взгляд с застывшего Августа на такого же застывшего Дамира. Зоя с перекошенным ртом, шипящий от боли инквизитор, которого она все-таки укусила, капли крови, повисшие на ноже, замершие в разных позах деструкты и стражи… Что происходит?
– Кассандра Вэйлинг, не пугайтесь, – в беззвучном застывшем зале ко мне шел профессор Хакал, аккуратно обходя фигуры окаменевших людей.
 
– Милорд! Как вы это сделали? – изумилась я.
– Вы не поймете. Ни на вашем уровне развития. Несомненно, мне придётся за это заплатить, но это сейчас не имеет значения. У меня есть лишь минута, чтобы поговорить с вами. Вы должны уйти. Сейчас же. Уйти и увести вашего друга.
– Друга?
Профессор коротко глянул в сторону Августа.
– Кажется, я кое-что понял о нем. И если я прав, то вам нужно уйти немедленно. Ваш друг не может отступить, ведь здесь его друзья, а господин Рэй довольно буквально понимает слово «ответственность». Но он не может и победить. Не сегодня. Его Дух впечатляет, признаться… Давно я не ощущал ничего подобного. Но победа всегда требует жертв, на которые господин Рэй не готов согласиться… Думаю, дом давно окружен. Инквизиторы и их духовное оружие сметут сопротивление. Дальнейшее противостояние приведет к ненужным смертям и породит катаклизм.
– Вы предвидите события?
– Ничего подобного, – усмехнулся Альберт Хакал. – Я лишь обладаю здравым смыслом и жизненным опытом. Вам надо увести Рэя, Кассандра.
– Почему? – вырвалось у меня.
– Почему я помогаю? – Профессор поднял кустистые брови. – Не желаю погибнуть под развалинами этого дома. Как, впрочем, не желаю напрасных жертв. Вы все еще так молоды… Ну и потом, – Милорд бросил на Августа быстрый, но острый взгляд. – Этот человек должен остаться в живых.
– Но как сбежать от инквизиторов? Нас не выпустят!
– Посмотрите наверх, юная Вэйлинг. – Профессор ткнул пальцем в широкую трещину на потолке. – Две противоборствующие стороны не учли третью. А именно – клочок Духа, ну или то, что вы называете привидением почившего господина Клауса. Корпускулярная энергия безумно возмущена столь непочтительным обращением с его частной собственностью. Еще несколько минут – и его ярость достигнет апогея. А господин Рэй, занятый сражением и тем, что он так отчаянно сдерживает внутри себя, не сумеет вовремя отреагировать. А значит, не сможет удержать созданное им расщепление пространства. Удивительное явление, кстати… Расщепление схлопнется, раздвоение исчезнет, а дом вернется в исходную точку. Еще немного – и все мы окажемся в Старограде, госпожа Кассандра. Ну или под руинами развалившегося здания. Вам стоит поторопиться.
Профессор снова оглянулся на Августа, и я увидела, как тот медленно моргнул.
– Он возвращается в реальность быстрее, чем я думал, – прошептал Альберт Хакал то ли с удивлением, то ли с паникой. Окинул меня быстрым внимательным взглядом. – Идите к нему, Кассандра. Скорее! Деструкты прикроют.
– Прикроют?
– Да. Удивительная преданность господину Рэю. Они готовы умереть за этого человека. Изумительно.
– Но я…
– Быстрее! Уводите его. Прочь!
Что?
Остановившееся время начало свое неумолимое движение, и тишину разорвал яростный вопль Иглы. Я бросила быстрый взгляд на Дамира и его белый меч-атмэ, на стонущих деструктов, на раскачивающуюся Зою. На стражей-инквизиторов. На Августа, из которого выплескивалась тьма. Я ощущала вибрацию, сотрясающую воздух.
Август не мог сдержать силу внутри себя. И не мог уйти.
Трещина переползла с потолка на стену, посыпались камни. Дом вздрогнул, словно живой зверь, пробуждающийся от спячки и медленно встающий на лапы.
– Скорее! – выдохнул профессор.
Дамир поднял руку с мечом, замахнулся, целясь в сердце Августа… Мои пальцы сжались на куске стекла, который я подобрала на полу. И выпрямившись, я метнула осколок, привлекая к себе внимание. Дамир вздрогнул, когда осколок вонзился в его плечо, обернулся, зажимая рану. На краткий и бесконечный миг наши взгляды встретились, и я увидела изумление, исказившие лицо того, кого, несмотря ни на что, считала своим другом.
Что-то крикнул профессор и зал заполнился белыми птицами, призрачными осами и метелью без снега. Души плененных деструктов из последних сил накинулись на инквизиторов, отшвыривая их в стороны и заслоняя своего предводителя.