Берегись, наследница!

Джейн откашлялась, взглянув на покупки. Мэк наблюдал за происходящим, опершись на стойку. Девушку переполняло столько чувств, что она никак не могла бы их все назвать: одно из них — благодарность, потом — смущение вместе с чувством жуткой беспомощности.
— Не знаю, что сказать. Я, наверное, не смогу расплатиться прямо сейчас.
— Все нормально, Джейн. Будем считать, что ты взяла взаймы. Кроме того, — продолжала Лиззи, подмигнув брату, — это все по кредитной карте Мэка.
Джейн резко повернулась, ожидая увидеть его недоумение. Лиззи взяла ее за руку и легонько стиснула ее.
— Все хорошо. Мой брат богаче, чем Дональд Трамп, только не афиширует это. Такие суммы ему по карману.
Джейн не отрывала глаз от хорошенькой розовой ночной рубашки, легкого халатика в тон и четырех пар трусиков разных моделей — от полностью хлопчатобумажных панталон до красных кружевных «танга».
— Я не знала, какие ты любишь, — пояснила Лиззи.
— Ах, Лиззи, ты такая заботливая и щедрая. Они все замечательные. Спасибо, — поблагодарила Джейн и обернулась, поймав на себе взгляд шерифа. — Я найду способ вернуть долг.
Он покачал головой:
— Не беспокойся сейчас об этом.
— Как только я освобожусь, мы пойдем с тобой за остальными вещами, — продолжала Лиззи. — Ты не можешь обойтись только моими обносками.
— Я не против, — отозвалась потрясенная Джейн. У нее не было слов, чтобы отблагодарить брата с сестрой за их щедрость и доброту. — И все же надеюсь, что моя память вернется раньше, чем придется тратить деньги на покупки.
Лиззи тепло улыбнулась:
— Я тоже надеюсь, Джейн. Но мы все-таки сходим на днях, просто на всякий случай.
— Спасибо, Лиззи. Я, наверное, возьму свои вещи и отправлюсь спать. Завтра нужно встать пораньше: Мэк отведет меня в участок, чтобы снять отпечатки пальцев. — Девушка повернулась к нему. — Мне завести будильник?
Он подошел ближе, не отрывая взгляда от красных трусиков «танга», лежавших поверх груды ее нового белья.
— Я постучусь к тебе в дверь.
Шериф поднял глаза, и их взгляды встретились. Вспышки в его темных глазах было достаточно, чтобы Джейн ушла спать, дрожа словно в лихорадке.
— Проснись и пой, мисс Доу, — крикнул Мэк из-за двери, ведущей в спальню Джейн.
Стук в дверь пробудил девушку от глубокого сна. Она медленно открыла глаза и лежала, пытаясь припомнить события последних двадцати четырех часов. Она знала, что спала в незнакомой кровати, но, как ни странно, заснула почти сразу. И ей снился… Мэк Риггс.
— Джейн, ты слышала меня?
— А, да, — ответила девушка, узнав знакомый низкий голос из своего сна. — Я проснулась. Буду готова через несколько минут.
— Не торопись. Кофе варится на кухне, — сказал Мэк через дверь. — Лиззи сегодня надо было рано бежать в школу. Ты завтракай, а я буду в гараже.
— Ладно, — отозвалась Джейн и тихо добавила: — Спасибо…
Лиззи оставила ей на комоде несколько маечек на бретельках и блузок. Джейн подумала, что черная блуза с кружевной каймой больше подойдет для визита в полицейский участок, чем ярко-розовая или салатная маечка. Она сняла рубашку и переоделась в принесенные вещи. Джейн предпочла надеть свои туфли, чувствуя себя в них удобнее, чем в теннисных туфлях Лиззи.
Девушка причесалась, наложила блеск для губ и парой взмахов подкрасила ресницы. Она застелила постель, прибралась в комнате и направилась в кухню. Джейн сейчас и вправду бы выпила большую чашку отменного кофе, приготовленного шерифом.
Войдя в кухню, она остановилась как вкопанная. Стол был накрыт на одну персону по всем правилам, со скатертью, салфеткой и даже красной розой на тонком стебле, стоявшей в высоком бокале. Яйца, бекон, овсянка и бисквиты были разложены в миски, на манер шведского стола. Джейн вздохнула: она чувствовала, что ей не съесть всего этого.
Комнату наполнил терпкий аромат кофе; девушка налила себе чашку и, в очередной раз ошеломленная, села за стол. Она до середины наполнила миску овсянкой и быстренько съела ее, затем убрала еду со стола в холодильник, прикрыв фольгой.
  
После этого она насладилась ароматом розы — знака заботы и внимания со стороны шерифа, налила еще одну чашку кофе и, взяв обе чашки, деловито направилась к двери гаража.
Внезапно она остановилась, осознав свою оплошность, и кофе выплеснулся на пол гаража.
— Ой, извини. Я не хотела мешать.
— А, Джейн, — сказал Мэк. — Доброе утро. Все в порядке, я почти закончил.
Джейн одарила его полуулыбкой, старясь не засмотреться, что было непросто, ибо видеть шерифа в брюках от спортивного костюма, поднимающим тяжести, казалось необычным. Кожа его блестела в лучах утреннего солнца, просочившихся в гараж. Мускулы у него на руках так и вздувались при малейшем напряжении.
С бешено бьющимся сердцем Джейн поставила кружки на рабочий стол, боясь, что уронит их. Так вот что скрывалось под светло-коричневой формой шерифа!
Мэк закончил свои упражнения и, вытирая пот со лба, сел на скамейку. Джейн смотрела, как он растирает туловище маленьким белым полотенцем.
— Я хотела сказать спасибо за завтрак, — вдруг сказала она. — Я съела только овсянку. Думаю, что обычно не ем много по утрам.
Шериф неторопливо оглядел Джейн с головы до ног.
— Наверное, нет.
— Думаю, ты не будешь кофе, — невпопад заметила Джейн, показав ему чашку.
Мэк поднес к губам большую бутыль с водой и отпил из нее.
— Нет, не буду, но спасибо за предложение.
— Честно говоря, — проговорила Джейн, — мне очень понравилась красная роза. Это из вашего сада?
— Этим занимается Лиззи. Я готовлю, она накрывает на стол. Сестра любит свои цветы.
— А, — ответила Джейн, выругав себя за свое предположение. Конечно же, Мэк ни романтичен, ни сентиментален. Да и зачем ему ставить на стол розу для нее? Она же его гостья, а не возлюбленная. — Надо будет ее поблагодарить. Так это твое хобби?
Мэк оглядел спортивное снаряжение в своем гараже.
— Это моя работа, — ответил он, и Джейн прыснула от смеха, едва они встретились глазами.
Шериф улыбнулся, и Джейн стало ясно, что у них появилась собственная шутка.
— Ладно, скажем так: для работы я должен быть в форме. Просто мне легче заниматься этим дома, по своему собственному расписанию.
Джейн снова оглядела гараж.
— Для домашнего спортзала — впечатляюще.
— Спасибо. И знаешь, пользуйся моими тренажерами, когда захочешь. Поддерживать себя в форме — это всегда хорошо.
— Ты… — выпалила она и осеклась, затем поспешила добавить: — Очень мило с твоей стороны. Может, я когда-нибудь попробую.
Пользоваться твоими тренажерами… Ну все, Джейн, сказала себе девушка, убирайся отсюда, пока не выставила себя законченной идиоткой.
— Когда ты будешь готов? — спросила она шерифа.
— Дай мне десять минут.
— Хорошо, тогда я подожду тебя в доме.
И она мысленно пообещала себе не ходить за Мэком Риггсом, когда он тренируется в гараже.
Это слишком опасно.
  
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
 
Полдюжины полицейских столпились вокруг Джейн, желая познакомиться с ней.
— Разойдитесь, — попросил их Мэк.
Марион Шивер, помощник шерифа и его лучшая, несмотря на свою резкость, сотрудница, отозвала шефа в сторону. Марион оставалось полгода до выхода на пенсию, и она всегда стремилась высказать свое мнение.
— Она — красавица, — заговорила Марион, — и уже успела стать местной знаменитостью. Целую неделю было затишье, а таинственная женщина, потерявшая память, вполне может оживить обстановку. Пусть мальчики пообщаются с ней: уверена, новые друзья ей не помешают.
— Друзья? — переспросил Мэк, не сводя глаз со своих помощников. — Сомневаюсь, что у них на уме дружба, — процедил он.
— А у тебя, Мэк? Что у тебя на уме?
— Марион, она для меня — работа.
— Ты же взял ее к себе, — сказала Марион, подняв брови. — Она живет с тобой.
— Со мной и Лиззи. И не забывай, что, когда я ее нашел, у нее не было ни памяти, ни денег, ни документов. Ради бога, пойми, что она не из тех женщин, которых можно пристроить в приют.