Берегись, наследница!
Лиззи только отмахнулась:
— Не благодарите. Мэк рассказывал вам, что я преподаю в средней школе? Дьяволята они все, скажу я вам, и я уже не прочь и передохнуть. Занятия в школе скоро заканчиваются, и у меня будет целое лето для отдыха.
Джейн подумала, кто же она сама по профессии? И была ли у нее работа? Скоро ли хватятся ее? Казалось, что все разговоры возвращают ее к исходным вопросам — кто она и почему оказалась в Уинчестере.
— Скажите, — полюбопытствовала Джейн, — а та песенка, которая не идет у вас из головы, она о чем?
— «Живи так, как если бы тебе пришлось умереть». Она о том, чтобы чувствовать всю полноту жизни.
— А вы, — спросила Джейн, почти наверняка зная, каким будет ответ, — чувствуете всю полноту жизни?
Улыбка исчезла с лица Лиззи.
— Нет, мне хотелось бы быть смелее, но я никогда не любила риск, — серьезно ответила она.
Джейн не знала, что на это сказать, но Лиззи снова улыбнулась:
— И к тому же кто позаботится о Мэке? Я ему нужна. С ним сейчас нет никого рядом, да и долго уже не было. Два года, как развелся.
Хотя это ее и не касалось, Джейн сочла нужным сказать:
— Лиззи, ему повезло, что вы рядом с ним. По правде говоря, вам обоим повезло, что вы есть друг у друга. Хотелось бы мне, чтобы и у меня были братья или сестры.
Подавшись вперед, Лиззи взяла Джейн за руку, глядя на нее лучистыми карими глазами:
— Память скоро вернется к тебе. Это может произойти даже завтра. Но все равно знай, что в Уинчестере у тебя есть друг.
Джейн не могла толком ничего сказать о себе, но почувствовала, что хотела бы иметь такую подругу, как Лиззи Риггс.
— Спасибо, — ответила она.
— Ну вот, я все болтаю и даже не спросила, не хочешь ли ты привести себя в порядок. Хочешь принять теплый душ или ванну с иеной? Я уверена, ты рада будешь снять эту одежду.
Благодаря щедрости Лиззи и ее проницательности Джейн почувствовала себя как дома.
— Я не против. Не знаю почему, но мне кажется, будто я ношу ее уже целую вечность.
— Тогда тем более нужно переодеться.
У Джейн не было никакой другой одежды, но не успела она сказать об этом, как Лиззи ее опередила:
— Позволь мне об этом позаботиться. Я сделаю все, что надо. Просто расслабься и радуйся жизни.
Мэк вошел в кухню через заднюю дверь, отстегивая с пояса пистолет, скидывая шляпу и вешая их на видавшую виды деревянную вешалку.
— Эй, Лиз! — крикнул Мэк.
— Это не Лиззи, — ответил ему женский голос, и шериф, повернувшись, лицом к лицу столкнулся с Джейн. — А всего-навсего я.
Увидев ее у себя на кухне, он отступил на шаг. Разрумянившееся личико, зачесанные назад влажные белокурые волосы спадают на плечи, а эти лавандовые глаза показались еще больше и выразительнее, когда она на минутку засмотрелась на него, прежде чем отвернуться к плите.
— Лиззи велела мне разогреть ваш обед. Надеюсь, я справилась.
— Хорошо, — пробормотал Мэк.
— Ваша сестра просила не готовить обед на нее: она будет занята в школе. Похоже, вы остались со мной вдвоем.
Не так уж плохо остаться вдвоем с женщиной, которая готовит тебе обед, подумал Мэк. Он стоял, молча наблюдая, как Джейн возится у него на кухне, одетая, как он догадался, в одежду Лиззи. Джинсы «Ливайс», словно вторая кожа, обтягивали фигурку девушки, а футболка уинчестерской футбольной команды на его сестре так никогда не смотрелась.
Настоящий мужчина не нуждался в детективном таланте, чтобы заметить, что Джейн ничего не надела под футболку. Бело-коричневая ткань натянулась у нее на груди…
Черт побери!
Он не мог даже подумать о том, что и под «Ливайсами» может быть ничего не надето.
— Скорее, это ты осталась со мной вдвоем. Помочь? — спросил он, когда Джейн с кухонными рукавичками стояла у плиты, собираясь поставить жаркое в духовку.
— Нет, спасибо. Я уже закончила. Обед будет готов через час.
Мэк потянулся к холодильнику.
— Хочешь пива? — спросил он, вытащив бутылку. Джейн закрыла дверцу духовки и повернулась к Мэку.
— Не знаю. А я любила пиво?
Мэк схватил вторую бутылку.
— Сейчас выясним.
Он протянул девушке пиво и жестом предложил ей сесть за стол. Они устроились друг напротив друга.
— Ну, как ты себя чувствуешь? — спросил шериф.
— Я немного отдохнула, и правильно сделала, потому что мне сейчас гораздо лучше.
— Голова не болит?
Джейн покачала головой, и влажные волосы упали ей на лицо.
— Не-а. Не болит.
Мэк вздохнул с облегчением, понимая, что почти весь день все его мысли были о мисс Джейн Доу. Он думал о том, что с ней случилось утром, и о том, как она проживет этот день.
— Я взял помощников, и мы выехали на то место, где я нашел тебя.
Услышав это, Джейн широко раскрыла глаза, и Мэк заметил в них нетерпение.
— И что?
— Вообще мы не можем знать наверняка, но удалось установить, что за полторы мили до того места, где я нашел тебя, машина свернула с дороги: мы обнаружили свежие следы шин в грязи. Если это была твоя машина, тогда ее, возможно, угнали.
— И все?
Мэк вздохнул.
— Мне жаль, что нет новостей получше.
Джейн сделала большой глоток пива, и Мэк с любопытством смотрел, что будет дальше. Она продолжала пить, пока не опустошила бутылку наполовину.
— Видимо, ты все же любишь пиво.
Опустив глаза, Джейн пожала плечами.
— Значит, я люблю пиво и горячую ванну с пеной.
Мэку не нужно было напрягаться, чтобы вспомнить, как Джейн выглядела после ванны: он насмотрелся на нее, пока она хлопотала на кухне. Но когда он представил, как она, обнаженная, нежится в горячей ванне с пеной, у него голова пошла кругом.
Джейн устремила на шерифа вопрошающий взгляд своих больших глаз.
— А теперь?
Мэк вернулся в своих мыслях к положению ее дел. Он почесал в затылке, обдумывая план действий.
— Рутинная работа. Мы проверим все заявления о пропавших в округе людях. А завтра снимем у тебя отпечатки пальцев и посмотрим, даст ли это нам что-нибудь.
— Отпечатки пальцев? Вы что, думаете, что я могла быть бандиткой? — ошеломленная такой мыслью, девушка произнесла последнее слово шепотом.
Мэк покачал головой. Что-то подсказывало ему, что Джейн Доу — не преступница. Ему хотелось потянуться к ней, поддержать, успокоить. Но как страж правопорядка, не имеющий права выйти за жесткие, четко очерченные рамки полномочий, он не мог этого сделать.
— Не обязательно, — ответил он. — Отпечатки пальцев берут не только у преступников. Это система идентификации.
— Но вы чаще всего идентифицируете преступников, так ведь?
— Да, это так. А у тебя проб…
— Нет, нет, — тут же перебила его Джейн, покачав головой. — Я охотно сделаю все, что от меня потребуется. С этим у меня нет проблем.
Мэк встал и направился в холл, собираясь переодеться в повседневное. По пути захватил кобуру: по ночам он привык хранить пистолет у себя в комнате, а не на виду, где злоумышленник легко может найти оружие.
— А, вот еще что, — обернувшись, сказал Мэк. Джейн стояла к нему лицом, вздернув светлые брови. — У тебя… хм… на теле есть особые приметы? — Он окинул девушку взглядом, не в силах сосредоточиться на ее лице. Трехфутовое расстояние между ними вдруг показалось ему недостаточным. Одно дело — проводить допрос в камере, и совсем другое — разговаривать с человеком наедине у себя дома. А может быть, его бросило в жар из-за таких личных вопросов, которые он задавал Джейн? — Тату, пирсинг или что-нибудь в этом роде?
Она покачала головой.
— Нет, ничего такого. Но у меня… э… есть родинка. — Внезапно девушка покраснела.
Окрыленный удачей, Мэк спросил:
— Где?
Джейн закусила губу и повернулась, указывая на спину чуть повыше ягодиц. Джинсы с низкой талией, принадлежавшие Лиззи, скрывали вышеупомянутую родинку.
— Я даже толком не знаю, как ее описать. Мне трудновато ее увидеть, — пояснила Джейн.