Рассвет Оникса (ЛП)

По крайней мере, ее подход был лучше, чем у Райдера. Он наблюдал за нашим возвращением за стол со странным выражением лица и не отходил от нас с тех пор, как мы сели за стол. Он прервал следующий вопрос Кейна, заданный моей матерью, своим собственным.
— Итак, Король Рэйвенвуд, — спросил он, держа в руке булочку. — Как ты подружился с моей сестрой? — Я бросила на него грязный взгляд. Мне не понравилось, что он сделал акцент на подружился.
  
Кейн одарил его фирменной волчьей ухмылкой. Я покраснела на восемь оттенков в предвкушении.
— Она предложила стать целительницей в моей цитадели в обмен на украденные тобой монеты. Возможно, ты должен ее поблагодарить.
Теперь настала очередь Райдера покраснеть.
— Ваше Величество, это был простой сценарий жизни или смерти. Вы бы сделали то же самое для своей семьи, не так ли?
— У меня нет семьи, так что я не знаю, — небрежно ответил Кейн. Его слова отозвались в моем сердце ноткой грусти. Должно быть, он заметил мое выражение лица, так как добавил: — Но я поверю тебе на слово.
— Кровоточащие Камни, — пробормотал Райдер под нос, отстраняясь.
— Язык! — шипела на него мама.
Я не смогла сдержать улыбку. Мне даже не хватало ее нелепой стыдливости.
У Мари тоже было много вопросов. В основном об Аббингтоне и о том, какие заблуждения сложились у людей об Ониксе. Ли сразу же полюбила ее. Они вдвоем были похожи на две половинки комедийного спектакля — заканчивали фразы друг друга и безудержно смеялись над тем, что никому другому за столом не казалось смешным.
— Это наводит меня на еще одну мысль, — сказала Мари моей матери. — Что было…
— Из-за тебя женщина подавилась рыбой-меч. Дай ей спокойно поесть. — Тон Гриффина был достаточно приятным, но Мари бросила на него яростный взгляд.
— Мне очень жаль, командир. Я забыла, как хорошо вы умеете завязывать разговоры. Не хотите ли вы сделать комплимент ее прическе? — спросила Мари.
У меня вырвался смех, и я чуть не рассыпала папайю по столу. В перерывах между приступами хихиканья я схватила Кейна за руку. Кейн сдержал смех, наблюдая за моей истерикой. Уголком глаза я заметила, как Райдер нахмурил брови, наблюдая за происходящим между нами. Я быстро высвободила руку из рукава короля.
— Не волнуйся об этом, Рэд. Думаю, ей нравится, когда ее расспрашивают. Правда, мама? — сказал Райдер.
Моя мать улыбнулась и начала говорить, но Гриффин перебил ее.
— Не знаю, Рэд, мне кажется, ребенок просто добрый.
Мари насмешливо хмыкнула, а Райдер ухмыльнулся Гриффину, но улыбка не достигла его глаз.
— Если я ребенок, то кто же тогда вы, командир?
— Мужчина, — ответил Гриффин, уже заскучав от этого разговора.
— Мог бы меня обмануть, — проворчал Райдер, вызвав у нас с Мари очередной приступ смеха.
Я посмотрела налево и увидела Кейна и Ли, увлеченных разговором. Она что-то объясняла ему с оживленным выражением лица и сложными жестами рук. Кейн, к его чести, внимательно следил за происходящим, опираясь подбородком на кулак и кивая в такт ее рассказу.
Я смотрела на эту странную группу, стоявшую передо мной, и чувствовала, что мое сердце может разорваться. Это было лучше, чем я могла себе представить, когда все они были вместе.
Когда ужин закончился и мы все наелись до отвала, ром и углеводы покрывали наши желудки, я обогнула стул матери, чтобы помочь ей встать. К моему недоверию, она легко встала.
— Мама! — сказала я, даже не пытаясь скрыть свое потрясение.
Сначала она двигалась медленно, но потом обрела опору и пошла, как раньше. Медленно, но обдуманно. Изящная, даже элегантная. Ли и Райдер наблюдали за ней с благоговением. Я почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Сегодняшний вечер должен был стать своего рода рекордом по плачу от счастья.
— Арвен… У меня нет слов.
— У меня тоже. Как ты себя чувствуешь?
— Лучше. В голове меньше тумана.
— Значит, это не лихорадка говорит, — сказал Кейн.
Я обернулась к нему, стоящему позади меня, его глаза были как звезды.
— Нет, — прошептала я. То, что я сделала в лесу той ночью, было невероятной глупостью. Но ничто не стоило того, чтобы сегодня увидеть лицо моей матери.
— О чем он говорит? — спросила мама, подняв бровь.
— Ни о чем, давай я провожу тебя в твою комнату на ночь. — Я повернулась к Кейну, но он прочитал мои мысли.
— Я зайду к тебе перед отъездом. Наслаждайся своей семьей сегодня вечером.
Я кивнула в знак благодарности.
На полпути к лестнице мама повернулась ко мне.
— Итак, ты спишь с королем. Это что-то новенькое!
— Мама! — Я задохнулась, но не смогла скрыть ухмылку.
Она рассмеялась.
— Я просто дразнюсь. Но ты ему явно очень, очень нравишься.
Я почувствовала знакомое трепетание в сердце.
— Мы не делаем ничего подобного. — Я взяла ее руку в свою, пока мы шли по освещенному факелами залу: — Но я тоже его люблю. Он был добр ко мне с тех пор, как я появилась в Ониксе. Несмотря на все, что происходит, на все, что поставлено на карту. Что ж, — я задумалась над своей фразой. — Его версия доброты.
Мама хмыкнула, похлопав меня по руке.
— Он кажется очень внимательным под всеми этими слоями задумчивости. — Теперь настала моя очередь смеяться. Кейну бы это понравилось.
— Это были нелегкие месяцы, но в них было несколько положительных моментов. Ты бы обожала цветы в садах Шэдоухолда. Это самые странные цвета, которые я когда-либо видела.
Она одарила меня полуулыбкой, после чего отошла на несколько шагов от своей комнаты.
— Арвен, когда Райдер вернулся за тобой и увидел… кровь, мы подумали о худшем. Я не могла спать, зная, что мы позволили тебе вернуться. — Она взяла мою руку в свою. — Но я так, так горжусь тобой, Арвен.
Я крепко сжала ее руку, и мои брови сжались в кулак.
— Почему?
— Когда Король нашел нас в Гранатовом, он рассказал нам, что ты сделала для Райдера. Для всех нас. Скольких ты исцелила в аванпосте Ониксового Королевства. Я понятия не имела, куда ты делась. Жива ли ты еще. Но часть меня знала, что ты прекрасно справишься сама. Возможно, это было необходимо. Боюсь, я слишком сильно оберегала тебя. Я просто знаю, каким мрачным может быть этот мир.
В голове промелькнули мысли о Берте, волкодлаке, лжи Халдена.
— Я благодарна. Если бы я знала, что там, я бы никогда не дала себе шанс быть храброй.
Мама покачала головой и взяла меня на руки.
— Мне так повезло, что ты моя дочь. Мир стал лучше благодаря твоим глазам.
Я чувствовала себя как дома, прислонившись головой к ее плечу и ощущая ее успокаивающие руки на своей спине.
— Если что, я получила это от тебя, — пробормотала я ей.
— Моя добрая девочка. Не позволяй никому отнять это у тебя. Тот сияющий свет, который есть в тебе.
Я кивнула в ложбинку между ее шеей и плечом, и ночное жужжание сверчков и цикад стало коконом для наших объятий. Все происходящее — понимание того, что я, скорее всего, не увижу Кейна снова в течение нескольких месяцев, а то и лет, назревающий конфликт с королем Фейри — не давало мне понять, насколько сильно я нуждаюсь в маме. Я не хотела ее отпускать.
Она сжала меня сильнее и сказала:
— Думаю, завтра я искупаюсь в заливе. Что ты об этом думаешь?
Одна слезинка скатилась по моей щеке на ее платье.
— Думаю, это звучит замечательно. Я присоединюсь к тебе.
Глава 27
Я ждала, пока не смогла больше не смыкать тяжелые веки. Свечи, которые я зажгла к визиту Кейна, уже давно растаяли, проглотив свои фитили целиком и утопив комнату в оттенках синего и черного. Я надеялась, что Кейн навестит меня перед утренним отъездом, но его все не было, и я усилием воли заставила себя не поддаваться ноющей боли. Я не была ребенком. Он был королем, отправлявшимся на большую войну, чем та, которую я когда-либо знала, и худшее было еще впереди.