Рассвет Оникса (ЛП)

Эта мысль вновь привела меня в ярость по отношению к Королю Рэйвенвуда. Какой человек, тем более король, мог так поступить со столькими невинными людьми? И ради чего? Ради новых земель? Ради богатства?
Вместе с отвращением к Королю Рэйвенвуду я почувствовала отвращение к самой себе. Как я могла питать хоть какие-то положительные чувства к такому эгоистичному, мерзкому, высокомерному, жестокому…
  
— Арвен?
Я крутанулась на месте и уткнулась лицом в сильную теплую грудь.
— Ой, — пробормотала я, потирая больной нос, как ребенок.
Король смотрел на меня сверху вниз, в его глазах читался юмор, но рот держал твердую линию. Его сопровождали четверо солдат, все в охотничьем снаряжении.
— Доброе утро, Кейн, — сказала я. Командир Гриффин прочистил горло. — Или вы предпочитаете Ваше Величество?
Он скривился.
— Кейн лучше. Не беспокойся о Командире Гриффине.
Гриффин скептически вскинул бровь.
Сегодня темные волосы короля были убраны назад, с лица. Он был одет в кожаную куртку и тунику, охотничьи сапоги и меч у бедра, явно собираясь в какую-то экспедицию. Но на каждом из освещенных фонарями лиц людей, стоявших за его спиной в коридоре, был написан страх. Судя по всему, сегодня не было веселой прогулки.
Теперь, когда он стоял передо мной, я не знала, как поступить. Может быть, он и передаст письмо, но я не была уверена насчет борроурута. Я могла бы попытаться уговорить его, сказать, что откажусь лечить кого-либо, пока он не достанет его для меня, но никак нельзя было обойтись без того, чтобы рассказать, что это для моей матери. Не зря же в зельнице его не было — обычно его не используют для лечения. Он обязательно спросит, зачем мне он нужен, а я не собиралась делиться с этим ублюдком своими самыми сокровенными желаниями и слабостями. Снова.
Меня осенила идея.
Я натянула свою самую привлекательную улыбку и затрепетала своими самыми большими ланьими глазами:
— Вообще-то я просто искала вас, мой Король. — Я внутренне содрогнулась. Возможно, это звучало слишком резко. Но глаза Кейна сверкнули, а губы скривились от удовольствия.
— Правда?
— О, да. Я хотела извиниться за свое поведение на днях. Оно было возмутительным. Мне очень не хватало сна, и, наверное, я чем-то заболела. Вы можете меня простить?
Он лишь заинтересованно приподнял бровь.
— Твоя ярость не показалась мне лихорадочной. Но я рад, что т чувствуете себя лучше.
— Я просто очень благодарна вам за то, что вы были добры ко мне прошлой ночью и позволили мне остаться. Я подумала, что могу передать вам письмо, которое я хотела отправить своей семье, чтобы вы передали его, когда найдете их. — Я достала письмо из кармана платья и протянула ему.
Он взял конверт в руки и в замешательстве повертел его в руках.
— Почему оно такое тяжелое?
Я покраснела.
— Я решила послать им немного монет. На случай, если они будут нуждаться.
Король взвесил письмо на одной большой ладони.
— Довольно много ты сюда положил. Это все, что у тебя есть?
— Почти, да.
— Разве у твоего брата недостаточно наших монет, чтобы хватило на несколько жизней?
Я ненавидела, когда он так говорил о моем брате. Ему бы не пришлось идти на это преступление, если бы наша деревня не была разорена за последние пять лет. Но я придержала язык.
— Я просто хочу помочь им. Это единственный способ в моем положении.
Он свел брови, и мерцающие лампы в зале осветили его суровое лицо. Больше он ничего не сказал.
— Вы доставите его им? — спросила я. — Когда вы их найдете? Когда мы разделились, они направлялись в Гранатовое.
Король задумчиво посмотрел на меня, в его зыбких глазах мелькнуло что-то похожее на жалость.
Я вздрогнула.
— Я дал тебе слово, не так ли?
Да, но я ценю твое слово примерно так же, как мешок картошки.
Я тяжело сглотнула. Если все, что я слышала об этом короле, было правдой, то лесть и мнимая власть над подданными — единственный способ получить от него то, что мне нужно.
— Да, конечно, мой Король.
Его глаза стали тяжелыми и голодными, а на губах заиграла соблазнительная улыбка:
— Тебе придется прекратить это ласковое поведение, пташка.
У меня перехватило дыхание, а щеки запылали. Командир прочистил горло во второй раз, и я снова сглотнула. Почему у меня так пересохло во рту? Кейн провел рукой по лицу, чтобы скрыть улыбку.
— В тот день… я не хотел тебя обидеть.
— Да, это было так, — сказала я, внутренне проклиная себя. Люди за спиной короля чуть сдвинулись. Будь покладистой, Арвен.
Король Рэйвенвуд в задумчивости почесал челюсть.
— Возможно, ты знаешь мои намерения даже лучше, чем я сам. таком случае я приношу свои самые пылкие извинения, — сказал он низким голосом. И в его глазах появилось новое выражение — такое, какого я раньше в них не видела.
Я стояла, ошеломленная. Это было настоящее извинение? От него?
Король и его люди начали двигаться мимо меня, по коридору и, несомненно, к воротам замка. Но я не могла отказаться от второй части своего плана. Мне нужно было найти место, где рос борроурут.
— Вообще-то я знаю, как ты можешь загладить свою вину. — Он отвернулся, давая мне возможность продолжить. Я знала, что этот ублюдок борется с желанием приподнять бровь, признавая свою вину.
— Могу я присоединиться к вам сегодня?
— Нет, — процедил Гриффин.
— Но…
— Конечно. — Кейн улыбнулся. Гриффин пробормотал что-то себе под нос и направился в коридор.
Я лучезарно улыбнулась королю, показывая ему все, что в моих силах, — это очень много значит для меня.
— Я обещаю, что не буду докучать, — заверила я его. — Я очень покладистая.
Глава 11
— Ни за какие Камни, — я резко топнула ногой, чтобы подчеркнуть это.
Кейн закатил глаза.
— Как хочешь, — и направился к конюшне.
Его люди расседлывали лошадей вокруг нас. Стоял редкий солнечный день, намекающий на приближение лета. Теплый ветерок гулял по сосновому лесу, наполняя конюшни знакомым сладким и освежающим ароматом. Хотя каждое утро я тренировалась с Даганом, характер занятий не оставлял возможности оценить окружающую обстановку. У меня уже несколько недель не было времени насладиться природой, и я жаждала почувствовать траву между пальцами ног и солнце на лице.
Не говоря уже о том, что мне каким-то образом удалось уговорить Кейна взять меня с собой в лес, а это был единственный способ найти остатки борроурута. Это был мой шанс, и я не могла упустить его из-за одной неприятной прогулки верхом.
Я обратилась к Камням с просьбой дать мне силы и последовала за Кейном.
— Отлично! — позвал я его. — Ладно. Но знайте, что в свое время я объездила немало лошадей. Не понимаю, почему вы обращаетесь со мной как с ребенком.
Он ничего не сказал, но терпеливо стоял и ждал, пока я сяду. Я сделала это с легкостью, едва не ударив короля по лицу, когда поднималась. Мне показалось, что я услышала, как он хихикнул, прежде чем запрыгнуть, но все мысли вылетели у меня из головы, как только он уселся позади меня.
Его теплая, внушительная фигура обхватила меня сзади, как широкая ладонь обхватывает крошечный камешек. В нос ударил пьянящий аромат пихты, кожи и мяты, когда его сильные мускулистые руки обхватили меня, чтобы взять поводья. Я откинулась назад в его непроизвольных объятиях. Правда, деваться мне было некуда.
— Удобно, пташка? — пробормотал он возле моего уха. Я закрыла глаза, не думая.
— Нет, — прозвучал сонный хриплый голос, и я в тревоге распахнула глаза. Кейн рассмеялся — чувственный звук, напоминающий о постельных принадлежностях и мягком жужжании, — и повел нашу лошадь рядом с остальными мужчинами.
  
Камни, он всегда был таким самоуверенным.
Ненавижу его.
Гриффин оценил нас, нахмурившись.
— Вы двое выглядите уютно.
— Я сказала ему, что могу ехать одна. — Не знаю, почему мне понадобилось оправдывать свое положение перед этими людьми — все они знали о моей ненависти к королю. Видели мою вспышку в тронном зале. Но я не хотела, чтобы они считали меня слабой.