Ревизор: возвращение в СССР 20 (СИ)

Марат потащил мать на улицу показать ей машину. Вышли мы все вместе. Решили с нашими, что мы сразу и поедем в деревню.
* * *
Москва. Возле дома Ивлевых.
Проводили стариков, Пашка повёз их в деревню. Оксана с чувством глубокого удовлетворения наблюдала за сыновьями, какие же они красивые у неё. И умные. Маратик только приехал в Москву, а уже и машину купил, и с иностранкой познакомился. В Москве, конечно, перспективы лучше. Даже, Пашка, и тот вон, как хорошо устроился. Помощницу дочке нанял. Сама Оксана даже мечтать о таком, в своё время, не могла.
Она подошла к мужу.
— А ничего девочка, да? — взглянула она на мужа. — Худенькая, правда, но с возрастом пройдёт. Кто её родители? Наверняка такие же богатые, как и дядя?
— Да, Павел говорит, там очень богатая семья, — кивнул Загит. — Он даже опасается, что ей не разрешат иметь ничего общего с Маратом.
Ну, вот ещё! Подумаешь, что Пашка говорит! Не ему мне указывать, — подумала Оксана и мило улыбнулась Аише.
* * *
По дороге в деревню бабушка всё пытала меня, приедем ли мы на свадьбу через неделю?
— Я точно приеду, бабуль, а насчёт Галии с детьми будем думать. Жариковы приедут?
— Собираются вроде. И мама с Ахмадом будут.
— Слушайте, ну если разместимся все, то с удовольствием приедем, — сказал я. И жена обстановку сменит. Памперсов просто наберём с собой побольше. А поспят дети в переносках.
— Возьми обязательно своё фоторужьё, что Балдин подарил, — попросила бабушка.
— Конечно, — пообещал я.
* * *
Москва.
Тем временем Марат вернул Аишу озабоченному дяде. Извинился, что так поздно и вернулся к родителям.
Галия с мамой укладывали детей. А мужчины на кухне решали, кто из них будет спать на полу. Женщины с детьми займут спальню. А в большой комнате только три спальных места. Не хозяина же на пол спать отправлять.
— Я лягу на пол, никаких проблем, — заявил Марат.
Уложив детей, Галия занялась размещением гостей, кто-то пошёл в ванную, а Оксана получила возможность поговорить с Маратом наедине.
— Хорошая девушка, — улыбаясь, проговорила Оксана, глядя на сына.
— Аиша? — встрепенулся Марат.
— Ну, да. Ты присмотрись к ней получше. Вдруг у вас что и получится. Уедешь с ней за границу.
— Зачем? — удивлённо уставился Марат на мать. — Я не собираюсь никуда уезжать. Аиша мне, конечно, очень нравится. Но к чему уезжать? Мне в Москве нравится. Тут Павел очень помогает. На работу устроил, машину помог купить, с Аишей познакомил. К нему всегда можно за советом обратиться, за помощью… А что я в Ливане делать буду? Даже местного языка не зная?
Подумайте только, Пашка ему машину помог купить! Это мы с отцом её купили, — с обидой думала Оксана, уже зная, что Загит дал сыну денег на покупку. Тоже мне, нашёл друга и защитника. А родители, значит, тебе ничем не помогают?
* * *
Вернулся домой поздно, а жена сообщила, что Сатчан ждёт звонка.
— Ну, сегодня уже звонить не буду, — усмехнулся я.
Да и догадываюсь я, что ему нужно…
  
Глава 7
 
* * *
Москва. Квартира Ивлевых.
— Что вы все на кухне торчите? — спросила своих мужчин Оксана, проснувшись утром в воскресенье и выйдя на кухню.
— Паша спит ещё, — объяснил Загит. — Ушли, чтоб разговорами ему не мешать.
— Тоже мне, — хмыкнула Оксана. — Десятый час, а он всё спит. А вы его так расхваливаете, мол, работящий.
— Он по ночам работает, под утро только лёг, — довольно резко ответил ей Загит. — Днём не получается работать, сама ж видела, он тут, как белка в колесе вертелся с нами. Спасибо бы лучше сказала, что он нас так хорошо принимает. Есть же такие хмыри, что своих родственников, уехав в Москву, и на порог не пустят, не то что кормить будут и переночевать по-людски уложат.
Оксана недовольно поджала губы, но ничего не ответила, налила чашку чая, добавила молока и потащила в спальню.
 
* * *
Москва. Квартира Ивлевых.
— Смотрю, у вас холодильник неплохо так загружен, — заметила Оксана, подавая чай с молоком дочери. — И колбаски разные, и всякое такое… импортное. Дефицит.
— Да, Паша бегает целыми днями с одной работы на другую, потом на третью. Он молодец, у нас дома в Святославле я и половины не пробовала из того, что сейчас у меня каждый день на столе есть.
— Конечно, он и должен так бегать! — удивлённо посмотрела Оксана на дочь. — И еду тебе должен самую лучшую покупать, ты же ему двоих сыновей родила! Он по гроб жизни тебе теперь обязан. На руках тебя носить должен, холить и лелеять. И по ночам он с детьми должен спать, а не ты!
— Мам! Ты же обещала, про Пашу плохо не говорить!
— Всё-всё! Молчу! Какие вы все нежные, уже слова сказать нельзя.
Они помолчали немного и Оксана решила осторожно разузнать, что у них тут с сестрой её приключилось, что та, теперь, знать её не хочет.
— Слушай, а ты давно с тётей Машей общалась? — спросила она Галию. — Что-то она странно на меня реагирует, разговаривать не желает. Что тут случилось?
— Ты об этом, лучше, с Павлом поговори, — помрачнев, ответила ей дочь, которой мать только что напомнила о том, как пыталась через тетю заставить ее сделать аборт. Убить Русланчика и Андрюшку. — Он лучше знает, как и что там произошло.
Вот же, дурочка! — расстроилась Оксана, глядя как у дочки желваки играют. — Не понимает, что мама ей добра желает! Этот гад уже настроил её против всей семьи…
Москва. Квартира Ивлевых.
Заканчивая кормить Андрюшу, Галия тормошила его за носик, чтобы он проснулся и продолжил сосать грудь. А малый ленился и только улыбался во сне. Как, вообще, можно было говорить об аборте⁈ — не могла понять Галия.
Возмущению её не было предела. Разговор с тёткой всплыл в памяти. Сейчас она прибила бы её на месте! А мама? Никак не может по-человечески. Что с ней делать? Всё ей надо о Паше гадость какую-то сказать. Она успокоится вообще когда-нибудь? Ирина Леонидовна говорила, что после рождения внуков вздорным старикам деваться уже некуда и приходится мириться с выбором детей. Но маму и внуки не останавливают!..
* * *
Москва. Квартира Ивлевых.
— Во сколько ты собираешься домой ехать? — спросил Загит Руслана.
— Да я, если честно, ещё вчера думал вернуться, — ответил Руслан. — Хорошо, Настя догадалась сюда позвонить, теперь можно не торопиться.
— Да, плохо, когда телефона в доме нет, — кивнул Загит. — Езжайте вместе с матерью, поможешь ей с сумками.
— Конечно, — кивнул сын.
Вернулась в кухню Оксана.
— Мам, выходим из дома в двенадцать, — сказал ей Руслан, — попробуем сесть на проходящий поезд до Брянска. Ночью будем в Святославле.
— Я вас отвезу на вокзал, — пообещал Марат.
— А ты поедешь с нами провожать? — обратилась Оксана к Загиту.
— Угу, — ответил тот, поднялся и пошёл курить на лестницу. Руслан поспешил за ним.
Оставшись наедине с младшим сыном, Оксана подсела к Марату поближе.
— Маратик, как ты, вообще, живёшь? — участливо глядя на него, спросила она.
— Всё хорошо, мам. Работаю в училище у себя, физкультуру веду у старшекурсников. На ЗИЛе у нас целая секция самбо. Соревнования, вот, были в сентябре, неплохо выступили. Много народу заниматься стало, пришлось, даже, на две группы людей разделить. Мне тут нравится.
— А у Галии с Пашкой всё нормально? — как бы между делом спросила Оксана.
— Да, — пожал плечами Марат. — Он очень хорошо заботится о ней и детях. Ну, ты же сама видишь.
— А проблемы есть какие-нибудь? Может, помочь чем-то надо?
— Да нет, мам. Если что случается, мы тут как одна семья, один за всех и все за одного, всё сразу решим. Вот был тут недавно случай, — вспомнил Марат про наговоры Регины на Павла, — так мы с Мартином быстро Пашу предупредили, и друзья его вовремя узнали и меры приняли…