Варвар Лорен (ЛП)

— Это я.
Она приоткрывает крышку и смотрит на меня заплаканными ярко-голубыми глазами.
— Что?
— Я пришла посмотреть, все ли с тобой в порядке, — мягко говорю, отодвигая крышку, чтобы видеть ее. — Все едят, кроме тебя.
— Я не в порядке, — она шмыгает носом, вытирая щеки. — Я проснулась на чужой планете, и кто-то подсадил в меня паразита. Почему меня все должно устраивать?
— Знаю, — говорю я, неловко похлопывая ее по плечу. — Я чувствую то же самое. Я потрясена и не знаю, что думать, но это лучше, чем годами быть в отключке.
— Неужели? — она качает головой, вытирая еще больше слез. — Потому что, по крайней мере, тогда я не знала, что происходит. По крайней мере, мне не было страшно, — Мари прижимает дрожащую руку ко лбу. — Лучше бы никто меня не будил, понимаешь? Я не уверена, что смогу справиться… со всем этим, — она машет рукой по сторонам. — Я не такая храбрая, как ты.
Такая храбрая, как я? Я борюсь с желанием истерически рассмеяться, ведь сама держусь на волоске. Я вздыхаю и смотрю на ее капсулу, а затем начинаю забираться в нее рядом.
— Что ты делаешь? — испуганно спрашивает она.
— Посмотрим, сработает ли это, — говорю я Мари. — Если я смогу спрятаться от всего этого на несколько часов, то присоединюсь к тебе.
Она хрипло смеется, когда я втискиваюсь рядом.
— Должна предупредить, это не выход. Прятки лишь немного помогают.
— Ах, но хоть немного же помогает, правда?
Я ложусь рядом, наши плечи соприкасаются, и я сжимаю ее руку. Я знаю, что она чувствует. Единственная причина, по которой я сама не рыдаю, заключается в том, что еще один плачущий человек делу не поможет. Другим нужен кто-то сильный, кто-то, на кого можно положиться, а я вполне могу быть этим человеком. Я еще раз сжимаю ее руку.
— Все будет хорошо. Обещаю.
— Ты просто так это говоришь? — в ее голосе снова слышатся слезы.
— Да?
По крайней мере, она заставляет меня смеяться. Это уже что-то.
***
Ночью все люди укладываются на меховые кровати в одном из складских помещений корабля, мягкое покачивание облегчает засыпание. Горящие глаза моих соседей — не очень. Я все равно засыпаю и не удивляюсь, когда Мари подходит и сворачивается калачиком рядом со мной. Она почему-то решила, что я ее защитник, поэтому я по-матерински обнимаю ее, похлопываю по спине и пытаюсь снова заснуть.
В этот момент я снова слышу ночной плач. Думаю, это Ханна. Мы все переживаем случившееся по-своему. Днем она стерва, а ночью ломается. Это нормально. Хотела бы я помочь, но не думаю, что она хочет показать кому-то свои «слабости». Поэтому я закрываю глаза и пытаюсь заснуть.
Все наладится, говорю я ей про себя. Это только начало. Когда ты достигаешь самого дна, тебе некуда двигаться, кроме как вверх.
Конечно, я не уверена, говорю ли я это ей или пытаюсь убедить себя.
Глава 3
ЛОРЕН
Я смотрю на воды океана, оцепенев от шока. Конечно, в этом мире много другого, но в то же время так много похожего на наш. Снег есть снег. Горы есть горы. Камни есть камни. А там, где мы были, не было ничего, кроме снега и скал, покрытых снегом. Это не выглядело таким уж чужим, по крайней мере, на мой взгляд. Но этот пляж? Он инопланетный. Нечто потустороннее. Прямо-таки жуткий.
Мы пролетели между долинами окружающих нас зубчатых гор и оказались на побережье. Длинный трап уходит в песок, но сам корабль уже находится в воде, опираясь на треногу, выглядящую не так прочно для противостояния волнам странного океана.
Боже, он действительно странный. Вода зеленая. Не успокаивающего цвета морской пены и даже не сине-зеленая. Она глубокого бутылочно-зеленого цвета, и пена, которая вьется вдоль каждой волны, тоже зеленая. Песок здесь более темного, почти нефритового цвета, а песчинки крупнее, чем, насколько помню, были на земле. По крайней мере здесь пахнет океаном, даже если он на него не похож. Волны тоже хаотичны. Я вспоминаю летние каникулы, проведенные на пляжах Флориды в подростковом возрасте, и разочарование от того, что волны были настолько прохладными, что на них нельзя было кататься, как это делают серферы по телевизору. Нежные, освежающие маленькие волны.
 
Но здесь… Эти чудовищные волны хаотичны и сердиты. Они разбиваются и обрушиваются на пляж, словно пытаясь наказать его. Знаю, что это как-то связано с притяжением двух лун, но видеть такое тревожно.
И существа.
Боже, здесь повсюду разные существа. Крабы больше похожи на скорпионов, а волны колышутся от щупалец, похожих на змеев. И, к счастью для меня, мое зрение исправилось настолько, что я могу видеть их во всей их красе. Это не дружелюбное место. Почему-то, когда я услышала, что мы отправимся на корабле в океан, я подумала об белых песчаных пляжах и пологих волнах. Даже если там будет снег, все равно на это будет приятно смотреть.
Не угадала.
Но… здесь есть птицы. Коричневые, толстые маленькие птички собираются в стаи вдоль скал и улетают, как только кто-нибудь приближается. Большие птицы с белыми перьями и длинными тонкими лапами опускают в волны похожие на иглы клювы, выуживая лакомства. Здесь не совсем так, как дома, но при виде птиц я почему-то чувствую себя лучше. Наблюдение за ними всегда меня успокаивает. Интересно, насколько здешние существа похожи на тех, что живут дома, но все же дико отличаются. Птица в волнах похожа на вытянутого бледного родственника фламинго, но с клювом будто лезвием бритвы. Крабы как на Земле, но более жуткие. Океан — это вода, но не совсем такая, как у нас.
Здешние люди… то же самое.
— Ну, это… другое.
Вилла подходит ко мне и смотрит на воду. Она плотнее прижимает к груди свой меховой плащ, когда странная птица в волнах удаляется от нас. Она рассеянно пинает крошечного крабоскорпиона со своего ботинка.
— Не помню, чтобы пляж выглядел таким… экзотическим.
— Аналогично.
Я наблюдаю, как один из паукообразных крабов размером с тарелку подползает ближе к воде. Что-то со щупальцами хватает его, утаскивая в волны, и я вздрагиваю.
— Хорошо, что слишком холодно для купания, да?
— И правда, — вторит она, соглашаясь, затем переводит взгляд на меня. — Мардок говорит, ему нужна помощь в спасении кое-какого оборудования, если у тебя есть время.
Мардок — один из больших синих инопланетян с татуировками и серебряными рогами. Он сильно отличается от других, и, кажется, кто-то упоминал, что давным-давно он был членом команды этого корабля. Такая большая предыстория, что новичку вроде меня хорошо хотя бы запоминить имена и лица, поэтому я стараюсь сосредоточиться на основном. Мардок многое знает о корабле, и они с Харлоу усердно работали над тем, чтобы разобрать компоненты на мелкие детали, прежде чем вся эта штуковина уйдет в лету.
Учитывая, что мы сейчас на пляже, предполагаю, осталось не долго.
— Конечно, я могу помочь. Хотя не знаю, пойму ли что-нибудь. Я не слишком разбираюсь в космических кораблях.
— Я тоже. Думаю, ему просто нужны дополнительные руки. Другие большие синие парни отправились на охоту или ставят палатки. Или готовят пещеры. Или что-то еще, — Вилла корчит гримасу. — Боже, надеюсь, это не палатки, потому что не знаю, смогу ли я спать на земле, зная, что все эти паукообразные скорпионы повсюду.
— Отлично. Теперь я не смогу уснуть, — поддразниваю я, когда мы поворачиваем обратно к кораблю.
Я не могу удержаться от последнего взгляда на волны и вижу, как белая птица опускает голову под воду и вытаскивает что-то скользкое. Она смотрит в мою сторону и останавливается, а я чувствую абсурдное желание помахать рукой, как будто птица даст мне разрешение жить на ее планете.
Глупо с моей стороны. В конце концов, это всего лишь птица. Я застряла здесь, хочет она того или нет. Но я все равно улыбаюсь, следуя за Уиллой обратно на корабль.